шпану. У меня даже татуха судьи имеется.
Мне пришлось отвернуться. Седой же пока не покажет доказательство – не успокоится.
После недолгих, но очень громких дебатов судьи решают стать командой. И не приходящему в себя Леонардо объявляют, что будут следить за нами. Чего-то там еще о нарушениях и штрафах предупреждают.
Вошли в роль полностью.
Я на них особо не обращаю внимания, насмотрелась уже. Наношу границы, в палитре развожу краски. Искоса наблюдаю за потерянным Леонардо и понимаю, что ему штрафы сегодня не грозят. Он и так еле дышит, куда ж еще нарушать.
Бородачи меня вообще не трогают. Иногда кто-то срывается хвалить. И я слышу за спиной, как остальные ему шипят, чтобы не мешал процессу. Зато к Леонардо то и дело цепляются.
Я уже на карандаш начала наносить тон. А бедный гений все еще мой банан пытается перенести на холст, по сто раз делая замеры дрожащей рукой.
После завершения своей картины мне приходится ждать пока Леонардо закончит. Я никакой не судья, но то, что мой напарник сегодня написал хуже меня, видно невооруженным глазом. Он даже о тенях забыл на нервной почве.
Жаль мне его? Не-а.
Ведь Леонардо сам постоянно всем мешал и в наглую влезал. Я поставила его в такие же условия. Но не опустилась до того, чтобы марать чужую работу.
– Удачи на конкурсе, Лео, – желаю ему на прощание.
– Мы еще придем судить тебя, патлатый. Помни о нас, когда попытаешься кому-то помешать.
С мольбертом подмышкой, тубусом и рюкзаком Леонардо впервые на моих глазах не грациозно шел, а бежал наутек из сада, как будто из ада сбегал.
Глава 27
Костя
Агата надулась как шар и потемнела. Скорей из пакетика высыпаю в отверстие на крышке аквариума корм и отскакиваю подальше. Вроде не взорвалась. Но к чему тогда дуться?
А хотя, если вспомнить, кто ее принес… Тогда и понятно станет.
Лера вчера со мной сквозь зубы общалась. Но я же вижу, что следит за мной. Скрывает, сопротивляется, но ловит каждый мой взгляд. Реагирует на любую фразу. Так ли ты ко мне равнодушна, как хочешь казаться, малявка?
В турагентстве на удивление день проходит спокойно. По крайней мере, до того, как я решаю выдать обещанную премию «за мирное поведение в коллективе» на собрании.
– Если Светка у вас в любимчиках так и скажите, – жгучая брюнетка Ольга, себе места от злости не находит.
– Вот я вообще не пойму, за что ей? Мы тут стараемся, ведем себя тихо, продажи делаем. А Светка клиенту нагрубила, я сама слышала.
Юля присоединяется к недовольству. И две пираньи становятся против одной.
– Завидуете? Ну и пожалуйста, – поднимает блондинка конверт и машет у них перед носом, – Босс выделил меня. А вам – фига вместо премии!
Девушки мне напоминают Агату, раздуваясь от злости. Только не темнеют, и так после солярия уже на негритянок похожи, куда ж еще больше.
– Благодарю за понимание, – ругаться с ними, смысла нет. А Светка и сама за себя покусает, – Уже сейчас я делаю вывод для следующей премии. Кто станет следующей счастливицей, мы еще посмотрим…
Менеджеры переглядываются между собой. Не теряя зря времени, тут же кидаются зарабатывать очки.
– Светик, я поздравляю тебя, заслужила, – пусть не слишком радостно, но выдавливает из себя Ольга.
– Ты такая… молодец, – подхватывает Юля, не сводя глаз с конверта.
– Спасибо, девочки. У нас самый дружный коллектив и самый справедливый босс, – Света тоже закидывает крючок на следующую премию, бросая в меня обожающий взгляд.
Показываю приторно подобревшим пираньям, что собрание окончено и тянусь к телефону. У меня же есть еще одна зубастая вредина. От нее никаких вестей и на премию не поведется. Колеблюсь написать ей или позвонить…
Да сколько можно? Вот ничего не буду делать.
Подожду, пока малявка первая вспомнит обо мне. Заодно и проверю, насколько хватит ее выдержки.
До конца рабочего дня Лера так и не объявилась. Засовываю свое недовольство поглубже и еду по просьбе отца забрать готовые документы в отделе транспортного контроля.
В дороге мне звонит Свят, и забивает голову своими предсвадебными хлопотами.
– Мальчишник будем в клубе устраивать или махнем куда-нибудь в другое место?
Так прикидываю, что мне все равно. И попутно обращаю внимание, что свернул на знакомую улицу.
– Где хочешь, там и соберемся, – произношу, невольно сбрасывая до минимума скорость.
Впереди виднеется вывеска «Оседлай железного коня».
У Леры сегодня рабочий день после учебы. Там она еще или уехала домой? Тушу зудящий порыв войти. Нет уж, решил первый не лезть, значит, и не буду.
Лишний раз повидаться с Даном желание нулевое. А сотрудница на испытательном сроке, скорее всего уже дома. Зачем ей там задерживаться в байкерском отстойнике?
– И я также думаю по поводу транспорта, – продолжает Свят, – Лимузин, карета или…
До мотосалона остается расстояние в полдома. И полностью открытый вид на вход в пристанище байкеров.
Именно там я и вижу… Дана на байке. К нему подбегает малявка, запрыгивает сзади, и они в мгновение ока уносятся вперед.
– Байкер долбанный!!! – ору непонятно куда и бросаю телефон.
Добавляю скорости. Но на первом же перекрестке останавливаюсь на светофоре. Полностью теряю из вида гадского байкера с прилежной сотрудницей.
Вот как мы работаем… Офигеть.
Хотя мог же он домой ее подвезти? Сам себе поражаюсь, насколько велико желание оправдать увиденное зрелище.
И ничего не выходит. Направление к дому малявки совсем в другую сторону.
Кто-то там хотел проверить, когда малявка вспомнит обо мне. Подкалываю сам себя. Так вот, в очередной раз Лера меня обломала и помогла почувствовать себя идиотом.
Вновь разрывается телефон. Отвечаю на вызов, вообще не глядя.
– Так ты думаешь, мне нужно на байке привезти Аню на церемонию? – Свят истолковал мой крик по-своему, зацепившись за начало слова.
