Читаем без скачивания Мы из подводного космоса - Валерий Касатонов

А на другой день приехал в санаторий один их самых больших московских адмиралов. Он оказался мужем вчерашней внимательной женщины. И если кого-то это удивило, то только не командира подводной лодки, для которого разведка – одна из форм повседневной деятельности. Он всё знал и действовал наверняка. Жена адмирала поворковала со своим мужем и грозный адмирал, желая доставить жене удовольствие, пригласил Юрия Степановича на беседу. Командир лодки, прекрасный тактик, так построил беседу, что адмирал сам предложил ему продолжить службу в Москве. Жена адмирала, которая в этот момент разливала элитный кофе, подошла и нежно поцеловала мужа, дав понять, что он действует совершенно правильно. Взбодрённый адмирал даже дал Юрию Степановичу номер телефона своего служебного кабинета. Теперь надо было ждать…

Прошёл месяц, потом ещё один. Заканчивался уже пятый месяц. Адмирал, наверное, забыл о своём обещании. Юрий Степанович, доведённый до белого каления, обратился к командиру бригады: «Разрешите позвонить из Феодосии по военному телефону в Москву?» Без разрешения командира соединения Севастополь не соединял с Москвой. Когда командир бригады узнал, куда будет звонить его подчинённый командир подводной лодки, он проявил удивительную заинтересованность. Оказывается, он тоже хотел в Москву. Итак, «добро» было получено. Юрий Степанович совершенно озверевший, потому что комбриг сел рядом, с таким видом, будто он тоже будет говорить с адмиралом, назвал секретный номер. А дальше произошло чудо…

Адмирал оказался в Москве, а не где-нибудь на флотах. Более того, он оказался в своём кабинете, а не в министерстве или на многочисленных совещаниях. Адмирал взял трубку и Юрий Степанович, мокрый от напряжения и переживания, доложил ему о себе. Адмирал, которого звонок застал врасплох, и который, наверное, забыл бы о подводнике, если бы не его настойчивость, вынужден был сказать, что телеграмма с вызовом будет в ближайшие дни. Юрий Степанович, обалдевший от неожиданного счастья, даже стал подсказывать московскому адмиралу, чтобы его перевели приказом Министра Обороны, для скорейшего получения квартиры. Грозный адмирал обрезал: «Мы знаем, как это делается» и положил трубку.

Комбриг не сразу отпустил смелого до безрассудства командира лодки. Он уважительно налил ему рюмку коньяка, вытащенного из глубин секретного сейфа. После третьей рюмки капитан 2 ранга Крылов пообещал, что возьмёт командира бригады лодок в Москву. Немного осмотрится и начнёт действовать. Довольный комбриг проводил уже можно считать московского офицера до дверей. Чем чёрт не шутит, если у того в друзьях сам адмирал флота…

Через три недели поезд мягко качнулся и повёз грустного Юрия Степановича Москву. «Прощай море! Прощай родная лодка! Прощай молодость! Хочу ли я в Москву?..»

37. Здравствуй, Тихий океан

Лейтенант Алексей Малахов прибыл во Владивосток. Во Владик, как говорят бывалые моряки. Всё на нём новое, с иголочки. Тужурка подогнана по фигуре. Фуражка сшита на заказ лучшим мастером Севастополя. Рубашка белоснежная, галстук рижский. Тёмная ниточка усов оттеняет его белоснежное лицо с юношеским румянцем. Глаза восторженно воспринимают жизнь. А жизнь прекрасна!

Месяц назад он окончил училище, получил назначение на Камчатку, в распоряжение командующего флотилией атомных лодок. Прощай училище!

Здравствуй, Тихий океан! Впереди большая и интересная флотская жизнь. Оставшуюся часть пути от Владивостока к новому месту службы предстоит преодолеть на теплоходе, поезда на Камчатку не ходят. Он уже разведал обстановку на морском вокзале: ближайший теплоход через два дня, но билетов нет. Народу много, все волнуются, переживают, дети капризничают. Лейтенант в глубокой задумчивости решает проблему: «Быть или не быть?» Он опаздывает уже на три недели. За время отпуска ему удалили гланды, по настоятельному совету опытных врачей, затем направили в военный дом отдыха на реабилитацию. Всё, как положено, оформили документально. Но где-то в глубине души Алексея терзает беспокойство, все однокашники давно уже прибыли на флот, получили хорошие места, ему же останется что-то худшее. Как говорится на флоте: «Опоздавшему – кость!» Впереди – полная неизвестность. С таким опозданием без фитиля, видимо, не обойдётся. Но сейчас – главное, как добраться до места назначения?

Денег нет. Сигарет нет. Есть только воинское требование на бесплатный проезд. Да и перекусить не помешало бы. Живот уже прирос к позвоночнику. Глубокая задумчивость проступала на лице молодого розовощёкого лейтенанта, что, однако, не мешало его глазам подмечать всё происходящее вокруг. Вот стройная женщина, слегка за тридцать, элегантно одетая, наверняка работница морского вокзала, ухоженная, грациозно-деловито прошла с какими-то бумагами, поглядывая на парадно одетого лейтенанта. Через несколько минут она прошла назад, ещё раз внимательно посмотрев на Алексея. «Ах, какая у неё красивая коса! Редкость в наше излишне деловое время». Вот она появилась вновь и идёт прямо к юноше. Офицер встал, засмущавшись и покраснев, отдал воинскую честь и представился: «Лейтенант Малахов Алексей Андреевич!» Женщина расцвела, такую галантность и учтивость не часто встретишь.

«Вижу у вас значок об окончании Севастопольского училища. Мой муж тоже там учился. Уверена, у вас проблемы. Я заместитель начальника морвокзала по пассажирским перевозкам. Чем я могу вам, подводнику, помочь?» Несмотря на начальственный вид, она говорила очень доброжелательно. Алексей кратко доложил свои беды. «Пойдёмте ко мне в кабинет, я подумаю, что можно сделать». В кабинете уже пыхтел самовар и приятно пахло нарезанным лимоном. Хозяйка царским жестом пригласила Алексея к столу, налила крепкого морского чая, заставила положить пять ложек сахара. «Вы ещё растёте, вам надо много кушать сахара», – пошутила она. «Пейте чай, а я пойду звонить». Юноша, отбросив ложную скромность, набросился на еду. Бутерброды, печенье и даже сушки – всё исчезало со стола с приличной скоростью. Женщина, решая по телефону какие-то вопросы, иногда посматривала на юношу, в её взгляде было что-то тёплое, даже материнское. Увидев, что он закончил с едой, она подошла к почти счастливому молодому человеку. Как мало нам надо в молодости, чтобы почувствовать себя счастливым и беззаботным! «На теплоходе есть мой резерв – одна каюта. Каюта на двоих. Вот вам два билета. Один билет продадите, у вас появятся карманные деньги. До отхода теплохода пару дней будете жить в гостинице «Приморская», в полулюксе. Там всё оплачено и уже вас ждут. Я вам желаю, Алексей, счастья. На лейтенантах держится флот, как говорил мой муж. Впереди у вас сложная жизнь морского офицера – подводника, пусть удача и успех сопутствуют вам. Счастливого плавания!» Алексей, потрясённый такой добротой и вниманием, первые секунды только хлопал глазами, затем встал на колено и с большим чувством поцеловал одну, потом другую руку женщины. Она потрепала мальчишку по волосам, а когда за ним захлопнулась дверь, такая с виду сильная и строгая женщина, заплакала…

Два года ещё не прошло, как погиб её муж. Ушёл в море и бесследно исчез в глубинах Тихого океана. И подводная лодка, и весь экипаж, и её муж, командир БЧ-5, – все канули в вечность. А начинал он так же, как этот юноша с горящими глазами. С огромным желанием послужить Родине, быть полезным стране… Посадка на теплоход напоминала штурм Зимнего, только что «Аврора» не стреляла. Перед самым проходом в порт Алексея остановил мужчина средних лет и попросил доставить в Петропавловск корзину с фруктами. «Там вас будет встречать мой сын, я ему позвоню по телефону. Если в управлении кадров возникнут трудности, то передайте от меня привет начальнику управления, он мой хороший приятель. Моя фамилия – Охотников». Мужчина, видимо, был опытный в морских делах.

Плавание прошло благополучно. Алексей отоспался, отъелся на бесплатных харчах и в хорошем расположении духа сошёл на берег. Корзину с фруктами передал по назначению молодому человеку, который и доставил его на своей машине в управление кадров Камчатской флотилии. Там встретили опоздавшего лейтенанта настороженно и сразу же стали смотреть на него, как Ленин на буржуазию, враждебно. Когда Алексей вытащил свои оправдательные бумаги, начальник, не читая, выбросил их в урну и сказал с грубоватым юмором: «Сверните эти бумажки тонкой трубочкой и засуньте себе в …одно место». Юноша онемел от обиды и досады. Просто не ожидал такой грубости от старшего офицера. А начальник набирал обороты: «Раз опоздали, будете служить на берегу, помощником командира роты в строительном батальоне. С глаз моих долой. Идите».

Всё ожидал подводник-механик лейтенант Малахов, но только не такого назначения. Сжав зубы, развернулся через левое плечо, сделал три шага строевым, потом перешёл на походный, и лишь, закрывая дверь кабинета, сказал: «Вам привет от Охотникова».