Оружие, хоть и было в рабочем состоянии, выглядело плачевно. Треснувший приклад, цевьё в выщерблинах, исцарапанная и кое-где даже чуть смятая крышка затвора. Создавалось такое впечатление, что этим автоматом пользовались совершенно не по назначению. Ну например, гвозди заколачивали. Понимая, что бросать его на дороге глупо, парень сунул автомат под какие-то тряпки в углу и, перекурив, устроился отдыхать. Но стоило только парню закрыть глаза, как рядом нарисовалась Настя.
— Погоди дрыхнуть. Дело есть, — непререкаемым тоном заявила она.
— Что ещё? — мрачно спросил Димка, даже не делая вид, что ему интересно.
— Нам нужно где-то горячую пищу приготовить. Нюська долго на сухомятке не протянет. Да и мы тоже.
— Ясно. Проснусь, будем думать. А теперь отвали, я спать хочу, — буркнул Димка, закрывая глаза.
— Да погоди ты спать, — не отставала Настя. — Лучше скажи, как нам-то быть?
— В каком смысле? — не понял Димка.
— Да мы уже воем тут от скуки. Я все бока отлежала, и задница вся в синяках от твоих колдобин, — продолжала возмущаться женщина. — Нужно что-то сделать, чтобы не так тяжело ехать было и нескучно.
— Ты вообще в своём уме? — растерянно протянул парень, глядя на неё квадратными от удивления глазами. — Я без малого сутки за рулём, глаза болят. Мне отдохнуть надо, а ты хочешь, чтобы я вас тут ещё развлекал?
— Ну хоть поговори с нами пару минут. Объясни, куда едем и что делать там будем? — заметно смутилась Настя.
— Значит так. Сейчас вы все сядете на свои места и будете молчать до тех пор, пока я не проснусь. Услышу от вас хоть один звук, выброшу на улицу. Совсем уже обалдели, — фыркнул парень, устраиваясь поудобнее.
— Эй, ты чего, озверел, что ли? — испугалась женщина.
— Озвереешь с вами, — сонно огрызнулся Димка. — Я ещё клоуном тут не служил. Отвали.
* * *
Едва продрав глаза, он с ходу попал прямо в эпицентр скандала. Как оказалось, выспавшиеся за время дороги девицы принялись от скуки шептаться и в итоге, плавно съехав на личности, уже готовы были вцепиться друг другу в космы. Благо, ругались они шёпотом, боясь и вправду оказаться на улице в случае несанкционированного пробуждения их охранника, водителя и спасателя в одном лице. Его обещание обе восприняли достаточно серьёзно, поэтому, сидя в разных углах, тихо шипели друг на друга, сверкая разъярёнными взглядами, словно пара озверелых кошек.
Выйдя на улицу, Димка быстро оправился и, осмотрев трактор, отправился завтракать. Но поесть спокойно ему так и не дали. Стоило только парню появиться на пороге будки, установленной на платформе, как женщины дружно кинулись к нему жаловаться друг на друга. Ещё не до конца проснувшись, парень понял, что ничего не понимает, и не долго думая предложил им обеим просто заткнуться. Вскрыв банку тушёнки, он вяло ковырнул мясо и, покосившись на женщин, угрюмо пробурчал:
— Как же вы мне надоели со своими разборками. Неужели даже в беде не можете без всей этой чуши обойтись? Она сказала, она посмотрела. Да наплевать мне, кто на кого и как смотрит и кто кому чего сказал. Или вы отвянете от меня с этой дребеденью, или точно обеим морды набью.
— А чего сразу обеим-то? — не смогла промолчать Настя.
— А чтоб никому обидно не было, — пожал плечами Димка.
Обещая им подобные репрессии, парень преследовал одну, но вполне понятную и простую цель. Отвлечь женщин от их мелких дрязг, дав им новую мишень для нападок. А против кого женщины объединяются с особым удовольствием? Все верно, против мужчины. Так что, пообещав начистить обеим физиономии, он просто перевёл все стрелки на себя, разом заставив их забыть о своих разногласиях. Но, судя по всему, в данной ситуации он не учёл обстановки, в которой всё происходило.
Возмущённо фыркнув, женщины дружно замолчали, при этом продолжая буравить парня возмущёнными взглядами. Очевидно, что обещание солдата они восприняли более чем серьёзно, и теперь, опасаясь за целостность своих мордашек, вынуждены были молчать, просто физически источая яд. Если бы взглядом можно было убивать, от Димки давно уже не осталось бы даже мокрого места. Делая вид, что не замечает их взглядов, парень кое-как справился со своей тушёнкой и, глотнув из бутылки кипяченой воды, выбрался на улицу.
Султан, очевидно посчитавший, что с появлением Димки его смена закончена, по-хозяйски расположился прямо посреди фургона и, растянувшись во весь рост, громко захрапел. Мрачно покосившись на собаку, Настя не удержалась и, поднявшись, громко проворчала:
— Разлёгся, блин, матрац лохматый. Обходи его теперь.
— Только пнуть не вздумай, — предупредил её парень, собираясь закрыть дверь. — Ахнуть не успеешь, как без копыта останешься.
— Так он же спит, — не поверила ему женщина.
— Не надейся. У него реакция волчья. Глаза спят, а уши всё слышат. В общем, я предупредил, а дальше сама думай, — равнодушно пожав плечами, ответил Димка, закрывая дверь.
Вспомнив, как хрустели на собачьих клыках кости здоровых мужиков, Настя зябко передёрнула плечами и, устроившись поудобнее, приготовилась к долгой дороге. Трактор затарахтел, прицеп дёрнулся, и автопоезд снова тронулся в путь. Но сидеть просто так женщинам было скучно. То и дело, сквозь зубы проклиная дорогу, транспорт и водителя, они пытались хоть как-то удержаться на своих местах, когда трактор преодолевал очередную трещину или промоину.
Только Нюська, словно не замечая всех неудобств, прильнула к пыльному окошку, с откровенным интересом наблюдая за проплывающим мимо пейзажем.
— Ну чего ты там высматриваешь? — не удержалась Настя, удивлённо поглядывая на дочь.
— На дорогу смотрю, на деревья, — нехотя отозвалась девочка, даже не оглянувшись.
— Слезай, будем буквы учить, — скомандовала Настя, решив хоть чем-то занять себя.
— Не хочу, — тут же фыркнула маленькая упрямица.
— Что значит не хочу? А кто тебя спрашивал? — попыталась возмутиться Настя. — Будешь делать то, что я тебе говорю. Мы не дома, так что капризы свои оставь при себе.
— А я говорю, не хочу, — насупилась Нюська. — Ты опять орать и ругаться на меня будешь.
— Даже если я на тебя и ругаюсь, то я твоя мама и имею право тебя ругать, — попыталась выкрутиться женщина.
— Что, всё время? — иронично усмехнулась Нюська.
— Значит, заслужила.
— Отстань. Ты и сама не хочешь, — вдруг выдала маленькая нахалка, отворачиваясь к окну.
— Анна, я тебя сейчас точно выпорю, — ответила Настя, растерянно охнув.
— Вот только попробуй. Я Султашу разбужу, — многообещающе протянула Нюська.
— И что? — не поняла женщина.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
