карту. – Через два километра дорога делает резкий поворот и примерно через пятьсот метров упирается в лес. Дальше на хутор ведет лесная дорога. Встретим их на опушке. Нам до нее метров триста всего, если напрямки, через овраг. Барабоха, берешь на себя мотоциклистов, мы с Вишней займемся пассажирами. Катерина, ждешь нас здесь, ведешь скрытное наблюдение за особняком.
Бегом преодолев последние метры, группа залегла за огромным валуном. Дорога отсюда прекрасно просматривалась, и опушка была всего в нескольких метрах.
– Внимание, – произнес Барабоха, приникнув к оптическому прицелу винтовки, – вижу мотоциклы.
– Подпускай ближе, огонь по моему приказу.
– Товарищ майор… – начал Барабоха.
Но Бородин и сам уже видел, что еще несколько сот метров – и мотоциклы свернут в лес и их будет уже не достать.
– Где машина? – шепотом спросил Вишня. – Ничего не понимаю.
– Барабоха, не стрелять. Ждем. Что-то тут не так. Похоже, они зачем-то вернулись.
Через несколько минут мотоциклы благополучно скрылись в лесу, а Opel так и не появился.
– Вишня, давай назад, к особняку, проверь, что там! – приказал Бородин.
Через минут десять вернулся Вишня. Тяжело дыша, упал на песок рядом с командиром и доложил:
– В особняк машина не возвращалась. Грузовик минут через пять после нашего отхода ушел в сторону города. Похоже, там сейчас вообще никого нет.
– Понятно, – сквозь зубы процедил Бородин. – За мной! – и, рывком подняв с песка автомат, встал и вышел на дорогу.
Пройдя до поворота дороги, он понял, что произошло. На обочине стоял Opel с распахнутыми дверцами. Рядом никого не было.
– Партизаны? – спросил Барабоха.
– Не похоже. Выстрелов не было, мы бы услышали. Машина цела.
– Черт! – Вишня с досадой ударил кулаком по капоту. – Эта стерва «Хельга» опять нас переиграла! Ушла в лес вместе с Рудынскисом, где теперь их искать?
– Спокойно, – ответил майор, – мы никого искать не будем. Возвращаемся в город и навестим Веру. Только она может нам сейчас помочь…
Курляндская группировка немецких войск, 5 мая 1945 года
– Ну здравствуй, Хельга, – улыбнувшись, проговорил полковник Беккер.
– Я тоже рада тебя видеть, – ответила она и села на широкую двуспальную кровать.
– Я как чувствовал, что увижу тебя, – полковник встал и подошел к столу. – Вот захватил с собой из Берлина бутылочку отличного французского коньяку.
– Это очень кстати, Мориц, а то от вашего паршивого шнапса меня уже изжога мучает. Что думаешь делать?
– Что ты имеешь в виду?
– Хочу знать твои планы на будущее. Надеюсь, ты не собираешься подыхать здесь со всем этим сбродом?
– А ты осталась прежней, – констатировал Беккер. – Все такая же хорошенькая русская чертовка. Ладно, раздевайся, пока я открою бутылку.
– Ты не ответил на мой вопрос, – сквозь зубы проговорила девушка, не двигаясь с места.
– Послушай, ты думаешь, я не догадываюсь, к чему весь этот разговор? Я давно понял, что рано или поздно ты переметнешься обратно к русским. Потому и держал тебя рядом с собой.
– Ты собираешься остаться здесь? И даже не попытаешься уйти в Норвегию?
– Нет, конечно. Хотя, возможно, после того, как взорву этот чертов порт…
– Не нужно ничего взрывать. Война проиграна. Сегодня-завтра подпишут капитуляцию, и все – конец игре.
– Если ты хочешь перевербовать меня, то напрасно. Я свой выбор уже сделал.
– Это твое последнее слово?
– Конечно. Разве ты еще не поняла, что я слов на ветер не бросаю. Так ты разденешься, наконец? Я сгораю от желания.
– Будь ты проклят со своим рейхом! – прошипела девушка и, вытащив пистолет, несколько раз выстрелила Беккеру в грудь. Потом бросила пистолет на кровать, спокойно подошла к столу и сделала несколько больших глотков прямо из горлышка.
– А коньяк и вправду недурен, – улыбнулась она, облизала губы и быстрым шагом вышла из комнаты, плотно притворив за собой дверь.
СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО
ШИФРОВКА № 2357/45
«ОКР «Смерш» Ленинградского фронта
В процессе розыска и задержания участников террористической организации «Межа Кати» – «Ягдфербанд СС» 4 мая с.г. при проческе леса в Тукумском районе Латвийской ССР была обнаружена вооруженная группа в составе девяти человек, которая при задержании оказала вооруженное сопротивление. В результате боя бандгруппа была уничтожена. При дополнительной проческе указанного района в земле были обнаружены тайники с личными вещами участников группы, в том числе несколько автоматов «МП-40», ручные гранаты, револьвер с приспособлением для бесшумной стрельбы, сигнальные ракеты, большое количество взрывчатых веществ, а также круглая каучуковая печать организации «Межа Кати», представляющая собой стилизованное изображение кошачьей головы с надписью на латышском языке – «Смерть большевикам! Лесные кошки видят и знают все». При осмотре местности, примерно в одном километре южнее пункта, где размещалась уничтоженная бандгруппа, был обнаружен и опознан труп адъютанта Янкауса – лейтенанта Я. Карклиньша. Учитывая большое количество взрывчатки, которой располагала данная бандгруппа, можно предположить, что уничтоженная группа диверсантов планировалась «Межа Кати» как резервная для проведения подрыва морских портов Лиепаи и Вентспилса.
Казаков».
Вентспилс, 5 мая 1945 года
Вера жила в маленьком двухквартирном одноэтажном доме на улице Тиргус, рядом с мясной лавкой, вход в которую украшала большая бычья голова, искусно вырезанная из дерева. Они остановились около этой самой лавки, дубовые двери которой были закрыты на амбарный замок. Улица, несмотря на близость к центру города, в этот час была пустынной, деревянные ставни во всех домах были плотно закрыты.
– Ждете меня в машине, – приказал Бородин. – Вишня, загони машину в тупик между домами. Я быстро. Если все пройдет нормально, ночевать будем здесь.
Бородин быстро вышел из машины и, решительно подойдя к дому Веры, повернул ручку дверного звонка. За дверью тут же послышались быстрые шаги:
– Wer ist da?[56]
– Öffnen Sie die Tür, Mademoiselle. General Hofman hat mich geschickt, um Sie zu holen[57].
Дверь тотчас распахнулась. Бородин шагнул в полутемную прихожую.
– Kommen Sie rein, Herr Sturmbanführer. Ich ziehe mich nur um[58], – сказала девушка, кинув
