и наглые, да? — добавил он шёпотом, и шёпот этот опалил кончик моего уха.
— Вспыльчивые. Огонь внутри беспокоит вас, заставляет гореть…
— Так и есть, — он провёл языком по кромке моего уха, вызывая волну мурашек.
— Я не думала, что вы можете быть такими нежными.
— Это пока, — прошептал Маркус и усмехнулся. — Как настоящий охотник, я не хочу спугнуть добычу раньше времени.
Странно, но эта фраза не напугала меня. Ровно наоборот: сердце забилось чаще, дыхание стало глубже, мне страстно захотелось как можно скорее познать, что он имеет в виду под этим “пока”, страстно хотелось позволить ему догнать свою добычу и сделать с ней то, что он хочет.
Я повернулась к нему лицом и, обхватив ладонью длинную сильную шею, прижалась к нему в поцелуе. У меня не такой уж великий опыт, и потому получалось довольно неумело, но он перехватил мою инициативу и умело направлял даже движения губ. Его язык изучал меня, касаясь губ, проникая внутрь и лаская меня изнутри. Это происходило так естественно, что я и сама осмелела, отвечая ему тем же.
Ох, Великая Праматерь, Богиня, покровительница любви! Почему я не знала, что может быть настолько приятно, настолько обжигающе горячо от одного только поцелуя? И как можно жаждать большего, когда всё тело уже полыхает огнём?
Вопреки моим ожиданиям, Маркус не торопился. Нет, он распалял во мне огонь с упорством, достойным лучших. Он то и дело отрывался от меня и смотрел сверху вниз из-под век чуть прикрытых глаз. И я закусывала губу и тянулась к нему, чтобы продолжить то, что было начато, но дракон не торопился дать мне то, чего так хотела. Он дожидался, когда я бессильно упаду обратно на постель, смирившись с его превосходством, — и потом обрушивался на меня волной, будто желая поглотить целиком.
Я задыхалась. Всё тело изнывало от охватившего его жара. И когда мне стало казаться, что дальше этой пытки не выдержу, дракон расстегнул одну за другой пуговицы на форменной рубашке.
— Я люблю девушек без белья, — прошептал он, неторопливо обнажая моё тело. — Отсутствие одежды тебе очень к лицу. Намного более к лицу, чем мужская форма академии.
Ответить мне было нечего — но Маркус, видимо, и не ждал, потому что он сжал между пальцев один из сосков, и я смогла только протяжно со стоном выдохнуть. Это было так остро. Тело отзывалось на каждое его движение, на каждое прикосновение, словно я была одним сплошным сгустком чувствительных нервов.
Он довольно улыбнулся, наблюдая, как я заметалась по постели, пока он удерживал мой сосок, не торопясь сделать что-то ещё. И чем дольше он держал его, тем приятнее становилось.
Наконец, ощущение начало стихать. Безошибочно определив этот момент, Маркус склонился надо мной и провел по напряжённому соску языком, распаляя меня ещё больше.
Вырвав из меня очередной стон, он приподнялся на локте и провёл пальцами по моему лицу, убирая растрепавшиеся пряди волос.
— Скажи, — сказал дракон. — Как далеко ты заходила раньше?
— Что?.. — не поняла я. — О чём ты?
— О ласках. То, что ты девственница, я и так чувствую, по запаху. Но это ведь не значит, что у тебя вообще ничего и никогда не было. Слишком уж уверенно и бесстрашно себя ведёшь.
— У меня были отношения, — призналась я, хотя не так-то просто говорить, когда дыхание не слушается.
— Он ласкал твою грудь? — зачем-то продолжал расспрашивать Маркус. Он снова сжал сосок и я, тихо взвыв, кивнула. — А там?
Отпустив грудь, он прошёлся рукой по обнажённой коже живота, скользнул под довольно короткую юбку и провёл ладонью между ног. Я закусила губу, чтобы не застонать громче. Он вроде не делал ничего особенного. Но пожар внутри разгорелся настолько, что даже этого хватило, чтобы свести меня с ума.
И тут моё терпение кончилось. Резко сев на кровати, я толкнула его в плечи, заставив упасть. Улыбка Маркуса стала шире.
— Так нечестно, — проговорила я, расстёгивая ремень его штанов, на котором держались незнакомые мне артефакты. — Если хочешь меня раздеть, то сначала разденься сам.
— Кому расскажу, что ты такая прыткая, не поверят ведь, — заметил дракон, помогая мне стянуть с него штаны.
— А ты собираешься кому-то рассказывать? — сощурилась я.
Маркус хмыкнул:
— Теоретически рассуждаю.
Его член был настолько напряжён, что заметно приподнимался над телом, а сила так искрилась, что, казалось, я почти могу увидеть её невооружённым глазом. Я осторожно обхватила его ладонью. Сухой, гладкий, он оказался удивительно приятным наощупь. Мне казалось, это должно быть неприятно, но на деле прикосновение к чуть подрагивающему мужскому достоинству заводило ещё сильнее, вновь распаляя немного утихший пожар внутри. Лаская его, я легла рядом, опёрлась о локоть и дотянулась до его губ, поймав мягкий поцелуй.
— А ты неплохо подкована для невинной барышни, — заметил он.
— Я тоже читала Веронику Веритас, — призналась я в ответ.
— Чего ещё можно было ожидать от лучшей адептки академии, — Маркус поймал мой подбородок и посмотрел прямо в глаза. — Прекрасную теоретическую подготовку.
После этих слов, с силой и свойственным ему напором припав к моим губам, он одним движением оказался надо мной. Я чуть подтянула к себе колени и призывно развела их в стороны. Но Маркус не стал сразу делать то, о чём я так его просила. Он встал на колени, критически меня осмотрел, а потом стянул юбку — последнее, что на мне оставалось.
Моё нетерпение росло с каждым мгновением. Я подалась к нему бёдрами, ещё не зная точно, что именно буду чувствовать, но совершенно уверенная, что мне определённо это понравится.
Дракон усмехнулся. Склонился надо мной, удерживая свой вес на локтях, и лёгонько упёрся в мою промежность.
Я требовательно застонала.
— Хочешь? — в его голосе вновь появилась хрипотца.
— Да, чёрт возьми, да! — выдохнула я.
— А нельзя.
Что значит, нельзя?!
У меня глаза так и распахнулись. Тяжело дыша от накатившего на меня возбуждения, я непонимающе сощурилась и повела головой, и жест этот заставил дракона тихо рассмеяться.
— Только после свадьбы, — добавил он, коротко приподняв одну бровь.
Я ударила его по плечу.
— Хорош шутки шутить! Между прочим, у тебя серьёзная задача. И вообще, драконы такие деньги отваливают за возможность лишить девственности человечку с даром, а ты!..
— Вот именно, что лишить девственности, — неожиданно серьёзно перебил меня дракон. — Думаешь, ты сможешь так запросто впустить меня в себя целиком?
— Там ткани эластичные, — отчаянно краснея, ответила я. — Растягиваются достаточно сильно.
Маркус прыснул и уронил голову мне на грудь. Его плечи затряслись от беззвучного смеха.
— Ты знаешь так много,
