в пучину безумия.
Собравшись с мыслями, принялась выстраивать план действий. Нет, не по освобождению чернокожих рабов — к сожалению, им придётся погибнуть вместе с мясниками. Подвешенные за ноги ещё живые болванки были лишены признаков воли, их безжизненные пустые глаза не оставляли сомнений, что жертвам перед убоем тщательно промыли мозги, и явно не из гуманных побуждений, а для того, чтобы не испортить адреналином ценный биологический ресурс, добываемый из тел.
Слышала я байки, что на Чёрном континенте процветает торговля извлечёнными у доноров источниками силы — как сырцом, так и концентратом, широко используемым в тёмной артефакторике и магической медицине. Поговаривали о секретном рецепте амриты, дающей чуть ли не вечную жизнь. В конспирологию не особо верила, хотя и допускала, что африканские колдуны вуду и не на такие зверства способны.
Так то дикари — что с них взять, а тут фактически под самым носом вершился форменный геноцид ради какого-то невнятного аппендикса! Сколько миллионов рабов выпотрошили в этом цеху? Десятки?.. Сотни?.. Кто их считал, если в мире вполне официально существуют биржи и фермы по разводу молодняка!
Пройти мимо никак не могла. Не из человеколюбия, а из принципа. Императорский разлом — моя земля, а на моей земле подобное твориться не должно. Ежели раньше я хотела сохранить комплекс для нужд рода, то, узрев, что в нём творится, и думать забыла о корыстном интересе.
Отрешившись от мирского, пролетела полтора километра на одном дыхании. Несмотря на несколько тысяч трудившихся в поте лица работников ножа и топора, никто не заметил моего передвижения. Да и если бы срисовали, это лишь отсрочило бы на несколько минут неминучую смерть всех присутствующих на мясокомбинате. Остановившись на площадке перед выходом, сформировала в руке сферу сырой силы размером с крупный апельсин. Влив в шар едва ли не половину резерва, увеличила его до размеров автомобиля и запустила по баллистической траектории точно в центр исполинского цеха. Гермостворы, зашипев, закрылись за спиной. Проверять, что творится в мясницком цеху, нужды не было, я и так знала, что происходит в данный момент. Вибрация пола и низкий гул термоядерной реакции говорили сами за себя. Сейчас там жарче, чем в жерле вулкана.
Нужно поспешать — многотонная дверь шлюза, способная снести ядерный удар, раскалилась докрасна. Вскоре весь уровень зальёт расплавленной магмой, я же тем временем буду далеко. Мой путь лежал наверх. Скрываться нужды больше нет. Пойду напролом. Достав из хранилища автоматический дробовик, прищёлкнула барабан, набитый патронами с магической картечью. Самое то — супротив тяжелобронированной пехоты врага. В замкнутом пространстве страшная сила, обладающая ошеломительным останавливающим эффектом.
Раздавшаяся тревожная сирена ничуть не смутила, я лишь слегка настроила фильтры, отсекая противный рёв. Застопорившись перед активными лифтами, щедро распылила взрывчатку. Юркнув в проход пожарной лестничной клетки, установила на трёх маршах дистанционные мины. Внизу раздался грохот — сработала первая закладка. Жамкнула кнопку детонатора — пролёты вздыбило: чуть не рассчитала силу взрывной волны. Хорошо хоть, успела подняться выше десятого уровня, иначе сверзилась бы вместе с бетонными конструкциями.
Глянув на обвал, ничего, кроме клубов пыли, не рассмотрела. Атаки снизу можно не ждать, а вот сверху меня встретил отряд чёрных. Быстро работают, ничего не скажешь. По стенам засверкали искры рикошетов. Надо полагать, били наугад, иначе бы подстрелили, словно перепёлку: несколько секунд я маячила на виду, перепрыгивая лестничную площадку, но среагировали лишь на звук, а значит, в этой шобле артефактных нет.
Ускорившись, поднялась на пролёт выше и фактически в упор расстреляла семерых боевиков, жавшихся по стеночкам. Не ожидала такого убойного эффекта. На болотах картечь была обычной, но и она рвала жаб-переростков в клочья, магическая же творила какую-то несусветную дичь. Метила в торс, чтобы наверняка, — относительно целыми остались только обрубки ног, обутые в берцы, всё остальное разбрызгало по стенам кроваво-говнистой кашей.
Зрелище стоящих рядком культяпок настолько заворожило, что едва не зевнула очередь сверху. Одна из пуль тюкнула в темечко. Будто веслом по черепу огрели. Во рту появился солоноватый привкус — хорошо приложили. Защитная сфера лопнула, но подшлемник выдержал. Только мне от этого не легче — с закрытой черепно-мозговой не побегаешь. А вот мы сейчас и поглядим! Что там говорила Василиса? В движении жизнь?..
Рванувшись наверх что есть мочи, подстегнула выброс адреналина, а как его не подстегнуть, когда пришлось на пределе возможностей уворачиваться от летящей во все стороны смерти!
Стрелков было четверо. Одному пробила дулом дробовика забрало и только тогда нажала на спусковую скобу. Голова бойца исчезла в кровавой взвеси. Довернув ствол, выстрелила ещё пару раз, снимая двоих, а четвёртого забила до смерти пустым барабаном.
Перезарядившись, поскакала по ступенькам, будто за мной стадо демонов гналось. Дикая боль в черепе потихоньку сошла на нет, кровавый туман в глазах растаял. И вправду регенерация в стрессе работает значительно эффективней. Второй раз за двое суток схватить пулю в голову и остаться при этом живой…
«А я тебе что говорила? Убить нас нелегко. Ольга, ты только не волнуйся, ладно?..»
«Чего бы мне волноваться, я спокойна, как огурец!»
«Поэтому и спокойна. Дело в том, что подшлемник не выдержал. Пуля прошла через кору головного мозга, уничтожив амигдалу. Не знаю почему, но она не регенерирует».
«Амигдала? Это ещё что за зверь?»
«Миндалевидное тело, область головного мозга, предполагается, что именно оно отвечает за страх и тревогу. Оль, тебе страшно?»
«Мне похер, Вась. Шлем должен держать любой калибр, даже магический. Какого ляда этого не случилось?»
«Это всё, что тебя волнует?»
«Вась, пуля всё ещё в голове?»
«Нет, вышла через тридцать две секунды. Сними шлем, она в волосах запуталась, дырочку просверли и повесь на шею!»
«Так а чего тогда кипишуешь? Голова почти не болит, от железяки избавились. В чём проблема-то?»
