и, оказавшись снова на ровном грунте, покатил по пустыне под лучами еще низкого утреннего солнца.
Арестованные смотрели, как из-под колес грузовика поднимается пыль, нависает над дорогой и затем медленно расползается над пустыней. Они изо всех сил пытались усидеть на своих одеялах, чтобы не отбить бока о доски кузова ― машину сильно трясло. Оказавшись на развилке, грузовик свернул на юг, в сторону Куатро-Сьенегас и Сальтильо, до которого было, судя по указателю, четыреста километров.
Блевинс расстелил одеяло и улегся на него, закинув руки за голову. Он лежал, уставившись в безоблачное голубое небо пустыни. Птиц вокруг не было. Когда Блевинс заговорил, то его голос вибрировал от тряски кузова под его спиной.
Да, ребята, дорога будет долгой, произнес он.
Ролинс и Джон Грейди посмотрели сначала друг на друга, потом на него, но никак не отозвались на это высказывание. Они понятия не имели, сколько времени им суждено провести в пути.
Старик сказал, что до Сальтильо ехать целый день. Я его спрашивал, снова подал голос Блевинс.
Еще до полудня они выехали на большое шоссе, которое шло от городка Бокильяс на границе, но машина поехала в глубь страны, через поселки Сан-Гильермо, Сан-Мигель, Танке-эль-Ревес. Шоссе было пыльным и раскаленным, и немногие встречные грузовики обдавали их градом пыли и мелких камешков, и пассажиры спешно отворачивались, прикрывая лица рукавами. Грузовик остановился в Окампо, водитель выгрузил какие-то ящики, отдал письма, а потом они поехали дальше, на Эль-Осо. Вскоре машина остановилась у маленького придорожного кафе, и охранники, спрыгнув с грузовика, двинулись туда, прихватив винтовки. Арестанты остались на своих местах. Дети, носившиеся по дворику, прекратили игру и уставились на приехавших, а тощая белая собака, словно давно уже поджидавшая этого события, неторопливо подошла, долго мочилась, а затем с достоинством удалилась.
Потом появились и охранники. Они смеялись и свертывали на ходу сигареты. Один из них нес три бутылки фруктовой шипучки, которые передал арестантам. Дождавшись, когда они напьются, он взял пустые бутылки и понес их возвращать в кафе. Остальные двое конвоиров залезли в кузов. Из дверей появился капитан. За ним выбежал охранник, возвращавший бутылки, потом чарро и, наконец, водитель. Когда все заняли свои места, капитан вышел из-под навеса у кафе, сел в кабину последним, и грузовик поехал.
У Куатро-Сьенегас машина выехала на асфальтовое шоссе и покатила на юг, к Торреону. Один из охранников встал и, держась за плечо товарища, прочитал надписи на дорожном указателе, покосился на троих американцев и снова сел. Его двое товарищей тоже окинули взглядом скованную цепью троицу и после этого уже стали смотреть по сторонам. Грузовик мчался вовсю, но час спустя съехал с асфальта и двинулся по проселку, извивавшемуся между холмов. В этих краях было немало заброшенных полей, и одичавшие коровы цвета свечного воска выходили попастись из арройо, где обычно прятались. Они казались существами из какого-то иного, потустороннего мира. На севере собиралась гроза, и Блевинс тревожно поглядывал туда, где время от времени черноту туч прорезали ниточки молний. Он пытался понять, откуда дует ветер и не попадут ли они в грозу. Перебравшись через широкое, устланное белыми камешками русло высохшей реки, грузовик преодолел подъем и покатил по лугу, где трава доставала до верхушек шин и издавала под грузовиком какие-то булькающие звуки. Машина въехала в эбеновую рощу, спугнула парочку ястребов и остановилась во дворе заброшенной эстансии, являвшей собой прямоугольник из глинобитных домиков, сараев и загонов для овец.
В кузове никто не пошевелился. Капитан открыл дверцу и вышел из кабины.
Вамонос, сказал он.
Охранники вылезли со своими винтовками. Блевинс посмотрел на пустые строения.
Что это, спросил он.
Один из охранников прислонил винтовку к колесу, взял связку с ключами, выбрал нужный и, открыв замок на цепи, забросил ее в кузов, потом снова взял винтовку и жестом велел арестантам слезать. Капитан послал одного из охранников проверить, что происходит на усадьбе, и теперь все ждали его возвращения. Чарро стоял прислонившись к капоту машины и, зацепив большой палец за ремень, курил сигарету.
Что мы тут будем делать, снова спросил Блевинс.
Не знаю, отозвался Джон Грейди.
Водитель остался в кабине. Он сидел откинувшись на спинку сиденья и надвинув шляпу на глаза. Похоже, он спал.
Мне бы отлить, сказал Ролинс.
Он и Джон Грейди пошли по высокой траве. Блевинс хромал за ними следом. Никто не обратил на них никакого внимания. Тем временем вернулся разведчик, доложился капитану, а тот взял винтовку у одного из своих людей и передал чарро, который взвесил ее на руке так, словно это было игрушечное ружье. Арестанты тем временем вернулись к грузовику. Блевинс уселся чуть поодаль. Чарро посмотрел на него, вынул изо рта сигарету, бросил в траву и наступил каблуком. Блевинс встал и похромал к задней части грузовика, где стояли Ролинс и Джон Грейди.
Что они задумали, с тревогой в голосе спросил он.
К ним подошел охранник с винтовкой.
Вамонос.
Ролинс, который стоял опершись на кузов, выпрямился.
Соло эль чико, сказал охранник. Вамонос.[85]
Ролинс посмотрел на Джона Грейди.
Что они задумали, повторил Блевинс.
Ничего, сказал Ролинс.
Он посмотрел на Джона Грейди. Тот промолчал. Охранник взял Блевинса за руку.
Вамонос, повторил он.
Погоди, сказал Блевинс.
Эстан эсперандо,[86] отозвался охранник.
Блевинс извернулся, освободился от державшей его руки и сел на траву. Конвоир потемнел лицом. Он посмотрел туда, где у кабины стоял капитан. Блевинс стащил сапог и сунул внутрь руку. Он отодрал черную от пота стельку и отбросил ее в сторону. Потом снова сунул руку в сапог. Конвоир наклонился и, схватив Блевинса за тощее предплечье, рывком попытался поставить его на ноги. Блевинс отбивался, как умел, пытаясь передать что-то Джону Грейди.
Возьми, прошипел он.
Зачем мне это, спросил Джон Грейди, глядя на мальчишку.
Бери, говорят, почти крикнул тот и сунул в руку Джона Грейди комок песо. Конвоир пихнул его вперед, а сапог так и остался лежать на земле.
Погоди. Дай взять сапог, сказал Блевинс конвоиру.
Но конвоир продолжал толкать его, и Блевинс, хромая, шел, куда его толкали. Пройдя грузовик, он безмолвно и испуганно оглянулся, а потом пошел с капитаном и чарро через поляну к деревьям. Капитан положил ему руку на плечо, словно доброжелательный советчик, и повел его дальше. Человек с винтовкой шел следом. Вскоре Блевинс оказался среди эбеновых деревьев, хромая, в одном сапоге ― почти такой, каким они увидели его тогда в арройо после грозы в тех чужих неведомых краях несколько месяцев назад.
Ролинс
