место — я сюда часа через два подойду. А так — живу в таверне Ламберта. Через него, кстати, можешь передать мне расположение нужного здания.
— А хозяин таверны отдаст за тебя еще один медяк, если я найду требуемое?
— Держи сразу четыре монеты, — протянул я кругляши. Насколько я знаю, эти мелкие ребята отрабатывают свои монетки, и волынить не будут.
Но пацан оказался чересчур честным. Он взял одну медную монету, а остальные — не тронул.
— Теперь верю, что не обманешь, а вот деньги пока брать не буду. Если выполню задание — вручишь столько, сколько посчитаешь нужным, а за суету я больше медяка не возьму.
Оставлять мертвячку и идти на учебу я не стал — решил устроить себе выходной и прогуляться по городу.
Следующие три часа мы шарились по городу. Впервые со времени попадания я вытаскивал из доставшейся мне памяти не нужные и важные вещи, а красивые места. И на удивление, таких оказалось немало: старое заброшенное зернохранилище, с которого открывался вид на ухоженные сады, полуразобранная внутренняя стена, забравшись на которую, мы насладились видами на особняки с двухметровыми кирпичными заборами. Потом нас оттуда согнали матерящиеся стражники и мы отправились в вояж. Старые сады, березовая рощица, даже за город выглянули, посмотрели на холмы и пшеничные поля.
Всю дорогу ненавязчиво поглядывал на девушку, отмечая места, мимо которых мы проходили. Темница, кладбище, старая бойня, где уже лет сорок никто скотину под нож не пускает. Не знаю, чего именно я ждал — что девушка начнет рычать, облизываться или втягивать полной грудью воздух рядом с местами, где лежат мертвецы, или где кого-то в прошлом мучили и убивали. Только вот не дождался абсолютно ничего. Девушка выглядела столь обычной, как даже самые обычные девушки не выглядят. Ух, хитрюга…
Впрочем, за девушкой следил не я один — нашу парочку провожал взглядом едва ли не каждый встречный. Кто смотрел с завистью — в основном ровесники, кто — с недоумением, видимо, пытаясь вспомнить девицу, или прикидывая, что она нашла в непробужденном. Впрочем, никаких конфликтов в стиле унижения меня на глазах девушки не было.
Возвратившись на площадь, я направился к тому самому пацаненку, которого озадачивал. А он, заметив нас — поспешил навстречу.
— Нашел два нужных дома! — сообщил он нам. — Вас ждут в первом. Вам повезло — хозяйка сейчас как раз остановилась в городе, и сегодня собиралась уезжать. А второй можно будет осмотреть завтра, если первый не подойдет.
— Отведешь? — спросил я паренька, потому что в окраинных узких и кривых улочках, которые строились кое-как, сломит ногу и черт.
— Да, идемте, — махнул он кому-то рукой, и из тени ближайшего трактира на смену этому пацану поспешил другой.
У двора нужного нам дома стоит старая деревянная скамейка с облупившейся краской. На меня повеяло ностальгией: на похожих скамьях в деревне, где проходило мое детство, когда-то сидели старички и старушки. Если нашим развлечением был футбол, где границы ворот определялись положенными кирпичами, то старички любили наблюдать за нами, сидя под цветущей черемухой, наслаждаясь солнышком и приятными запахами цветов. Медленные, немногословные, почти столь же обветренные и темные от солнца, как скамейки, на которых они сидели.
Двор, как и маленький садик первого дома, зарос сорняками и цветами. По крыше змеился хмель, между камней дорожки пыталась расти гусиная трава. Любопытно, как прочно природа охватила своим прикосновением этот маленький уголок мира.
При наличии даже малой доли фантазии можно представить, как выглядел этот дворик. В клумбах наверняка росли аккуратные цветочки
А теперь некогда яркий и уютный двор превратился в заброшенное место, которое чудом не разграбили и не вытащили отсюда ничего, начиная от оконных стекол и заканчивая вилами и граблями, стоящими в прихожей.
Хозяйка встретила нас на пороге. Познакомились, и старушка показала нам дом, в котором неприятно пахло сыростью и спертым, застоявшимся воздухом. Показала полный набор посуды, ручную помпу, которая работала примерно как наш, земной качок — заливаешь кружку воды на резиновую шайбу-поршень, и качаешь, пока не пойдет вода. В богатых домах ужа давно стоят магические помпы, а здесь все сделано по старинке.
В доме был подвал, две комнаты, кухня, туалет и маленькая душевая с баком, в который нужно было самостоятельно заливать воду. Благо, магический обогреватель на баке имелся.
В общем, не верх того, что мне бы хотелось, но вот подвал здесь шикарный — с каменными стенами и полом, с дубовым потолком. Расчерчу его универсальными знаками, экранирующие печати по стенам раскидаю…
После демонстрации дома мы снова вышли во двор, прошлись по участку и саду. Я осмотрел высокую траву заросшего садика, вдохнул медовый запах каких-то цветов, растущих на неухоженной клумбе, и поневоле улыбнулся. Мне здесь нравится. Несмотря на трещины, идущие по кирпичам на северной стене, несмотря на общую неухоженность крошечной усадьбы и битые, местами отсутствующие камни дорожки.
— Нам все нравится, — ответил я за двоих.
— Ой, я так рада, так рада… — запричитала старушка, искоса поглядывая на Горо. — Единственное, ребята, у меня есть просьба — наведите здесь какой-нибудь порядок, а? Пусть те, кто со стороны смотрят, не думают, что старуха бросила свой дом, иначе начнут растаскивать забор, или окна побьют.
— Я и не собирался оставлять все, как есть, — порадовал я старушку. — Подлатать дом не обещаю — нет нужных навыков, — да и желания, — но порядок наведем.
Радостная старушка благодарила нас не меньше минуты, потом стиснула в сухощавой ручке серебряные монеты и учесала на местный вокзал — стоянку дилижансов.
— Я пока в дом, наведу там порядок, — быстро сказала Альсарана.
Я кивнул и вышел за ограду, к скамейке, на которой сидел скучающий бегунок. Отдав три медных монеты, сразу озадачил паренька следующим вопросом:
— Ты как, не против позвать друзей и помочь мне навести здесь порядок?
— Почему нет, — степенно ответил пацаненок, спрятав медяки куда-то под одежду. — Скольких звать?
— Зови четверых. По два медяка на нос выдам.
Мелкий кивнул и умчался. Я же, вспомнив, что еще не обедал, зашел в дом, где Альсарана уже металась из угла в угол, вытирая пыль. Даже успела открыть окна, чтобы горячий летний воздух хоть немного проветрил и высушил дом, унося неприятный запах плесени.
— Умеешь готовить? — с порога спросил я.
— Да, конечно. Могу сделать…
— Отлично. Тогда сходи на рынок, купи что-нибудь
