Читаем без скачивания Метро 2033. Хозяин Яузы - Анна Калинкина

– Любовь – дело такое, от нас не зависит, – туманно сказал Леха. – Наверное, все равно бы любил. Сам-то я тоже не ангел. Все мы не ангелы – вот что надо помнить. И Верка твоя, конечно, та еще стерва, но и ее понять можно. У нее тоже жизнь – не сахар.

– И чего теперь, будет всю жизнь на жалость давить? – рассердился Федор. – Знаю, она обмолвилась как-то, что у нее дочка новорожденная умерла. Мало ли у кого что случилось – я вон тоже матери в детстве лишился, и чего теперь?

Леха остро поглядел на него.

– Это она так сказала – что умерла, значит, дочка? – задумчиво проговорил он.

– Ну да, а что?

– Да нет, ничего. Померла так померла.

Глава 14

Жди меня

Федор вновь и вновь думал о Неле. Вспоминал с нежностью ее разноцветную жилетку. Вспоминал ее надрывный кашель.

«Надо спасать ее, пока не поздно», – решил он. Забрать у старика, уйти с ней подальше от всех этих призраков. Иначе ее погубит этот кашель, доконают непомерные для нее усилия и бредовые видения. Вполне возможно, что старик подсадил ее на дурь – с этим тоже придется что-то делать.

«Эх, – с тоской думал он, – мало ли красивых девчонок на Китае, да и во всем метро, почему же именно она меня зацепила? Потому что рассказывала всякие странные вещи? Рисковала наравне с мужиками и оказалась храбрее многих, которых я знаю? И при этом она – такая беспомощная. О ней и позаботиться-то толком некому. Старик вроде опекает ее, но только потому, что сейчас она ему нужна. Если она совсем разболеется, вряд ли он станет с ней возиться. А от такой тяжелой жизни она будет слабеть со дня на день. Ей нужно пожить спокойно. Я мог бы увезти ее куда-нибудь подальше – можно было бы к анархистам, например, податься. Я бы купил ей всяких книжек и читал сказки на ночь».

На самом деле он понимал, что это только мечты. Вряд ли старику понравилось бы, реши Федор забрать у него Нелю. Данилу устроил бы только один вариант – если б Федор остался с ними и делил все тяготы бродячей жизни, стал Даниле помощником. Но ведь помощники старика, если верить Витале, долго на свете не заживаются. Не слишком ли высока цена за девчонку? Не проще ли найти другую?

И как нарочно, они опять поругались с Верой – дико, безобразно, из-за какой-то ерунды. Последнее время он старался избегать ее, но, живя на одной и той же станции, разминуться было трудно, тем более что Вера нарочно подкарауливала его и при каждой встрече начинала выяснять отношения.

– Да что ж ты за человек такой, всем от тебя одно горе, – орала она.

– Тогда какого черта ты за меня цепляешься? – не остался он в долгу.

– Я, дура, все надеялась, что совесть у тебя проснется, что перестанешь ты меня мучить.

– Я уйду отсюда, надоело, – крикнул он. На душе было противно. И это называется любовь – когда она только и старается задеть его побольнее? Кажется, жить вместе больше не имело смысла. Он ее и раньше не любил, а теперь, похоже, и у нее любовь уже превратилась в ненависть. Внутренний голос твердил – пока она еще злится на него, какие-то чувства у нее еще остались. Может, еще можно было все наладить, но ему уже ничего не хотелось, он устал. Зачем ему оставаться с этой стервозной бабой, если там, на Электрозаводской, его ждет другая, которая ни за кого не цепляется, храбрая, молчаливая и такая славная. А она будет ждать его – он по глазам ее это увидел еще там, в подвалах Солянки.

– К черту! Хватит с меня! – крикнул он и пошел прочь.

– Федя, вернись, – закричала Верка ему вслед, опомнившись. Он, не слушая, отправился в закусочную – выпить. Там Вера его и нашла, просила прощения, и они кое-как помирились, но Федору было ясно, что дальше так продолжаться не может.

Ночью ему приснилась Неля – глядела укоряюще. «Тебе надо найти проводника», – тихонько сказала она. Эта фраза преследовала его все следующее утро. «Надо найти проводника», – повторял он про себя. А червячок внутри зашевелился с новой силой, опять томило непонятное беспокойство, хотелось чего-то небывалого, несбыточного.

И как нарочно, первый, кто попался ему в закусочной, был местный сталкер Курятыч. Это был плотный, основательный мужик, неторопливый в движениях. Федор считал его тугодумом и даже удивлялся – как при такой неспешности ему удается моментально чуять опасность и избегать ее. Но видно, удавалось, раз Курятыч уже много лет поднимался на поверхность и нередко возвращался с добычей. Он и на станции предпочитал ходить в зеленом камуфляже, чтобы сразу выделяться в пестрой толпе. Вообще-то фамилия его была Куроедов, но народ давно переделал ее на свой лад.

Сталкер явно не бедствовал – заказал и шашлык, и брагу, даже угостил подсевшего к нему Федора. Как потом выяснилось, не просто так.

– Ну что, Федя, все сидишь на месте, скучаешь? – ухмыльнулся он. – Не надумал со мной наверх прогуляться?

Он уже давно, словно бы в шутку, звал Федора с собой, а тот отнекивался. Но сейчас вдруг подумал – а почему бы и нет? Все лучше, чем ругаться тут с Веркой. Что-то случилось с ним после путешествия по Яузе – он уже не так боялся поверхности, как раньше.

– Тут, у метро, все магазины, конечно, уже разграбили, – сказал Курятыч. – А в тех, что подальше, можно много полезного найти. Я такие места знаю, – похвастался он. – Только мне напарник нужен, без напарника несподручно.

У Федора загорелись глаза.

– Курятыч, а правда, давай сходим? А прибыль поделим пополам.

– Вот и ладненько, – расплылся в улыбке Курятыч. – Тем более, мы с умом все сделаем. Сперва выйдем да оглядимся – как обстановка в городе. Если неспокойно, так обратно вернемся, в другой раз попробуем.

– А ты про одержимых не слыхал, которые возле Курской на Винзаводе тусуются?

– Фигня все это, – уверенно сказал Курятыч. – Выродки попадаются, не без того, а про одержимых – это так, байки.

– Курятыч, а ты в систему Солянки не ходил?

– Что там делать-то, – проворчал сталкер. – Взять там нечего, а приключений огрести на все места – легко.

– А мы через какой выход пойдем? Там, где надпись памятная на камне?

– Какая памятная надпись? – удивился Курятыч.

– Да я заметил, когда по переходу шли, – смутился Федор. – В том месте, где сворачивать надо было, стена из плит белого камня сложена была. И надпись там была памятная. Я только успел прочитать «Белокаменное основание варварской башни…», а все остальное сколото было.

– Ну правильно, – важно сказал Курятыч, – потому что в древние времена здесь варвары жили, они ту башню и построили, стало быть, а теперь от нее только основание каменное осталось. Там и улица раньше называлась – Варварка. Но мы не там пойдем. Через Маросейку лучше.

Федору очень хотелось спросить, в честь кого носит улица смешное название Маросейка, но он побоялся выглядеть идиотом. Взял с Курятыча слово молчать и начал собираться в поход. Вере было сказано, что он отправляется на вылазку. Та сначала никак не могла взять в толк, зачем ему это надо, и отговаривала – боялась, что с Федором что-нибудь случится там, наверху. Потом, когда убедилась, что его не переупрямишь, практический расчет в ней взял верх, и она принялась наставлять Федора, что надо брать в первую очередь, а на что – вообще не обращать внимания.

– Если в магазине консервы попадутся – бери. Хоть они и просроченные, народ их за милую душу сметает. Лекарства тоже хорошо идут. Вот со шмотьем по-разному бывает. Часто приносят гнилое, все разваливается тут же. Поэтому шмотки в последнюю очередь бери – если уж больше нечего будет.

– Да знаю я, – бурчал Федор.

– А все же, может, зря ты это? – сомневалась она.

– Иначе у меня корочки сталкерские отберут, – отшучивался Федор. – Скажут, какой, мол, из тебя сталкер, если на поверхность ни ногой?

И настал день, когда они с Курятычем отправились в путь. Химза и противогаз у Федора так и остались со времен путешествия, старик не стал забирать. «Конечно, ему не жалко, – подумал Федор, – он так часто наверху бывает, что все себе там может найти». Правда, автомат Данила все же ему не оставил, но у Федора на Китае был и свой арсенал.

Проверив фонарик, парень на всякий случай решил взять еще и запасной. «Из оружия, наверное, лучше всего будет пистолет Макарова», – решил он. Федор был не из тех, кто обрастает барахлом, старался, чтоб вещей у него было немного, лишь самые необходимые, но хорошего качества. Его фляга и складной нож «Викторинокс» с набором лезвий для разных целей были предметом зависти многих одностанчан, и не раз его пытались раскрутить на игру в карты в надежде, что он поставит на кон вожделенные сокровища, но Федор был не настолько азартен.

Вера провожала его. Ей было сказано, что они вернутся к утру. Впрочем, пусть не волнуется, если задержатся на денек – Курятыч знает места, где можно передневать. Вера заботливо собрала Федора, сунула с собой какую-то еду и вообще была так тиха и ласкова, что он чуть не раздумал уходить. На прощание поцеловала его, попросила беречь себя, сказала, что будет ждать. Федор потрепал ее по щеке, по черным волосам, чуть не расчувствовавшись.