— Ты о ком, о Лайзе? — сухо уточнил он.
— О ней.
— О, Лайза — та еще штучка, — пожал плечами Кайл.
Как его, черт возьми, понимать? А впрочем, она и не хочет ничего знать о ней. Приятнее считать, что это высохшая старуха, мегера.
— Понятно, — неопределенно протянула Скай и вдруг поняла, что Кайл думает совсем о другом, во всяком случае, снова вглядывается куда-то вдаль.
— Хотелось бы знать, — рассеянно протянул он, — как там Майкл и Крис управляются с компанией.
— Кто такие Майкл и Крис?
Кайл снова повернулся к ней и рассмеялся.
— Майкл — это мой брат. А Крис — сын. По-моему, я уже говорил тебе о нем.
И Кайл принялся рассказывать про свою компанию и как они с братом ведут дело. О Крисе он больше не заговаривал, но и без того Скай чувствовала, как Кайл беспокоится за него.
Да и у нее сердце кровью обливалось за мальчика, которого лишили отца. И себя тоже жалко. Крис — это часть другой жизни, той жизни, которой живет Кайл. Крис и его мать Лайза. Все наверняка ждут, все молятся, чтобы Кайл поскорее вернулся. И он принадлежит не ей, а им.
Каким-то образом Скай, погруженной в собственные мысли, удавалось следить за нитью рассказа и даже вставлять реплики. Собственно, этого ведь она и хотела — чтобы Кайл раскрылся. Но потерь оказалось больше, чем обретений.
Да и вообще теперь у нее сплошные потери. Она потеряла «Дилани-дизайн». Она потеряла Теда. И всего за шесть недель потеряла все свое прошлое.
Кайл замолк, потянулся, разминая затекшее тело, и поднял Скай на ноги.
— Устал. Давай-ка покончим на сегодня с работой и прогуляемся немного.
Скай смущенно кивнула Ну вот опять — стоит ему только поманить, как она тут как тут. Нет, надо встряхнуться, обрести себя, освободиться от помочей.
Нет. Ее сердце в плену. Настоящее слишком неопределенно. А прошлое и вовсе не имеет значения, если сомнительны перспективы на будущее.
Скай медленно тронулась вслед за Кайлом.
Этим вечером они набрели на огород Скай запуталась в чем-то и, наклонившись, чтобы высвободить ногу, потянула за какой-то корешок. В руках у нее оказалось нечто округлое оранжевого оттенка.
— Ничего себе, — пробормотал Кайл.
— А что это такое?
— По виду сладкая картошка либо ямс. — Кайл надкусил и поморщился. — Картошка. — Он принялся шарить вокруг, раздвигая траву, и их изумленному взору предстали целые ряды неровных грядок.
— Огород? — недоверчиво спросила Скай.
— Да, похоже на то.
— Но каким образом?
— Видно, кто-то побывал здесь, да и прожил некоторое время, — пожал плечами Кайл, продолжая осматриваться. — Быть может, совсем недавно — картошка даже подпортиться не успела.
— Ты хочешь сказать, тот — или те, — кто оставил бутылку из-под коки?
— Морковка! — весело воскликнул Кайл, не сразу ответив на ее вопрос. — Нет. Те просто проходили мимо. Может, с большого судна спустили лодку да подошли. А иначе не подберешься — рифов полно вокруг. Так о чем это я? Ах да, наверное, когда-то на этом острове кто-то жил. Ну, скажем, несколько десятков людей, решивших удалиться от цивилизации. А впрочем, как знать? Вообще-то люди веками через эти края проходили. Эй! — Кайл неожиданно осекся и с широкой улыбкой посмотрел на Скай. — Может, хватит глазеть? Помоги-ка лучше. Уверен, тут есть чем поживиться. Подумать только, не будь ты такой неуклюжей, запросто могли пройти мимо этого богатства.
— Ничего подобного! — запротестовала было Скай, но тут же рассмеялась. При виде даров, обещающих приятно разнообразить их стол, она вдруг почувствовала урчание в животе и, оттолкнув Кайла, принялась энергично копать землю. — Ну что ты застыл как истукан? Я с голоду умираю.
Мрачные мысли разом куда-то испарились, и Скай теперь вполне наслаждалась жизнью.
Ночью пошел дождь, так что поужинали они в хижине, и еда показалась такой упоительно-вкусной, будто они сидели в каком-нибудь великолепном ресторане. Помимо картошки и моркови, они отыскали лук, и такой гарнир к поднадоевшей рыбе превратил ужин в настоящее пиршество.
Кайл открыл бутылку бургундского. Снаружи бушевал ветер. Чувствовали они себя прекрасно.
Дождь — это тоже хорошо: пополнятся запасы пресной воды.
И вообще все было бы прекрасно, думала Скай, уютно свернувшись калачиком в его объятиях, если бы не угроза появления этого любителя золота. Или контрабандистов. Впрочем, если их не трогать, то и они не тронут.
Ну а вообще-то — что им светит здесь, на безбрежных просторах Тихого океана, где может в любой момент разразиться буря, сметающая вокруг все и вся, где воды кишат ужасными акулами, где под безжалостно палящим солнцем остается лишь дрейфовать в сторону вечности, постепенно опустошая запасы воды и пищи?
Утром Скай сказала Кайлу, что не хочет никуда отсюда уезжать.
— Послушай, — начала она, ловя на себе тяжелый, пристальный взгляд, в котором явно читалось: ну и дура же, просто помешанная, ничего ни слушать, ни понимать не хочет. — Давай достроим плот да отбуксируем золото как можно дальше. Там выбросим его за борт, и, если, как ты говоришь, ящик снабжен специальным устройством, он тихо и мирно ляжет на дно. А потом вернемся назад.
— О чем это ты? — холодно осведомился Кайл. — Ты что, не веришь, что мне удастся вызволить тебя отсюда?
— Да нет. То есть я хочу сказать, что я тебе, конечно, верю, но у стихии свои законы. А у нас здесь есть все, чтобы продержаться, даже если поиски затянутся на месяцы.
— Черта с два! — раздраженно оборвал ее Кайл. — А что, если кто-нибудь из нас всерьез заболеет? Или пресная вода кончится?
Скай повернулась к нему спиной, стараясь не дать волю чувствам. Хорош, нечего сказать, на какой угодно риск готов пойти, лишь бы поскорее вернуться к той жизни, в которой привык всеми командовать.
Она ему небезразлична, тут сомнений нет. Буквально из постели не дает ей вылезать, нашептывает, как она прекрасна, как он обожает каждую частичку ее тела. Ну и что с того? Все равно ему этого недостаточно. Ему в этой тюрьме на двоих тесно, а она не может примириться с его привязанностями на воле, как бы ей, напротив, ни было хорошо с ним в этой самой тюрьме…
— Скай. — Кайл потянулся к ней, но она только плотнее завернулась в простыню. Ему пришлось применить силу. — Черт возьми, Скай, что с тобой происходит?
— Ничего, — сквозь зубы процедила она, направляясь как была, без шорт и блузки, к выходу. Какое в конце концов имеет значение, одета она или нет?
— Скай, я с тобой разговариваю!
Вот подходящий случай продемонстрировать свою независимость.
