Присутствующие расступились, оставив небольшое пространство для Ромео и Джульетты. Мери Кент, невысокая светловолосая девушка, похожая на брата, с опаской наблюдала за приготовлениями.
Джессика взобралась на прочный стул и оперлась руками о его спинку, как о балюстраду балкона. Она вздохнула, искусно делая вид, что не замечает стоящего внизу молодого человека.
Прочистив горло, Саймон Кент начал:
Но тише! Что за свет блеснул в окне?
О, там восток! Джульета — это солнце
[3]
Сначала его голос звучал не слишком хорошо, но быстро набирал силу и выразительность. Прямо на глазах у зачарованного Стивена актер преобразился в пылкого возлюбленного. Кент был не просто профессионалом, его талант и темперамент вполне позволяли ему стать поистине выдающимся актером.
В то время как он говорил, в Джессике не осталось и следа легкомыслия. Она устремила взгляд на Кента, и когда начала свой первый монолог, это была уже милая, охваченная сильным чувством Джульетта. Диалог струился в естественном ритме разговорной речи, передавая почти невыносимое волнение молодых возлюбленных. Исполнение буквально завораживало всех присутствующих.
Стивен почувствовал, как у него на шее зашевелились волоски. Ведь это была не просто сцена, которую разыгрывали два талантливых исполнителя; в ней явственно ощущалась сила взаимного притяжения Саймона Кента и Джессики. «Или, может быть, это просто мне кажется, — подумал Стивен. — Я сейчас слишком романтически настроен».
Произнося грудным шепотом свои последние строки, Джессика красивым жестом протянула руку своему молодому поклоннику. Он также протянул ей руку: кончики их пальцев оказались всего в нескольких дюймах друг от друга.
Прости, прости.
Прощанье в час разлуки
Несет с собою столько сладкой муки,
Что до утра могла б прощаться я…
Окончив свой монолог, Джессика слезла со стула, предварительно метнув томный взгляд на того, кто пленил ее сердце и отныне стал ее судьбой.
Кент — Ромео произнес свои последние строки со всей страстью человека, который полюбил одной-единственной, на всю жизнь любовью. Затем он повернулся и отошел на несколько шагов, давая понять, что сцена закончена.
Послышалось тихое перешептывание. Затем разразились дружные рукоплескания.
— Неплохо сыграно, сэр. — Раскрасневшись от удовольствия, Джессика протянула Саймону руку. Они вместе откланялись, как если бы стояли на сцене.
Аплодируя, Стивен шепнул Розалинде:
— Хотел бы я знать, в какой мере это была лишь игра. Она пристально вглядывалась в сестру.
— Готова побиться об заклад, что это была не только игра.
С другой стороны комнаты Мария задумчиво посматривала на Кента. Возможно, оценивала, насколько он годится в зятья. Кент испытывал явное облегчение и радость. Он все еще не отпускал руку Джессики.
Выражение лица Томаса было весьма любопытно. Он смотрел на Кента с возбуждением и одобрением, к которому примешивалась и некоторая грусть: так, вероятно, смотрит старый лев на молодого льва, который в один прекрасный день займет его место.
И все же надо отдать ему должное: шагнув вперед, он похлопал Кента по Плечу.
— Вы пойдете далеко, мой мальчик. Но, пожалуйста, отпустите руку моей дочери.
Побагровев, Кент тут же отпустил руку Джессики. Молодому льву предстоит еще преодолеть долгий путь, прежде чем он станет повелителем здешних джунглей.
Стивен обнял талию своей невесты.
— Сдается мне, это подходящий случай объявить о том, что Розалинда оказала мне честь, согласившись стать моей женой. Я искренне надеюсь, что семья благословит наш союз.
Все Фицджералды, быстро повернувшись, уставились на жениха и невесту.
— Какая чудесная новость, — сказала Мария. — Но… к чему такая спешка? Ведь вы знакомы всего месяц.
Подняв глаза на Стивена, Розалинда нежно улыбнулась:
— Достаточно долго.
— Ax, точно так же вела я себя, когда встретилась с Томасом. — Мария пересекла комнату и обняла сперва Розалинду, затем Стивена. — Я всегда мечтала иметь еще одного сына, и кто может заменить его лучше, чем человек, спасший моего младшенького.
Стивен также обнял ее, пытаясь вспомнить, обнимала ли его когда-нибудь мать с таким энтузиазмом. Если подобный случай и был, то он забыл о нем.
Томас сощурил глаза, и Стивен подумал: уж не заметил ли он случайно оставшуюся соломинку у него на одежде. «Помолвлены, и в самый раз», — продекламировал он, пожал руку Стивену и обнял дочь. Затем их стали поздравлять другие члены труппы: мужчины жали ему руку, женщины горячо обнимали.
Стивен отчетливо понимал, что вступает в союз не только с Розалиндой, но и со всей семьей. Он почти не сознавал этого, когда женился на Луизе, может быть, потому, что ее родители, граф и графиня Ротхэм, очень походили на его собственных. Но теперь он становился членом семьи Фицджералд, как и они становились членами его семьи. Он усмехнулся, подумав, что Брайан станет его шурином.
Обняв сестру, Джессика спросила:
— И когда же свадьба?
— В среду, — невозмутимо ответила Розалинда. Вновь последовало удивленное молчание.
— Стало быть, мы должны будем изрядно потрудиться! — воскликнула Джессика и увела сестру наверх. Прежде чем покинуть гостиную, Розалинда, улыбаясь, оглянулась через плечо на Стивена.
— Я полагал, что вы человек женатый, — сказал Томас Стивену тихим, сдержанным голосом, который если и не обвинял, во всяком случае, требовал объяснений.
— Я вдовец. Детей у меня нет, — вкратце объяснил Стивен. — Если я и не спешил с предложением, то по другим причинам. Я изложил их Розалинде и оставил за ней окончательный выбор.
Пожилой человек с видимым облегчением кивнул:
— У моей дочери светлая голова. Если она считает, что вы будете хорошим мужем, мне остается только присоединиться к ее решению.
— Я был с ней совершенно честен и очень благодарен, что она приняла мое предложение. — Помолчав, Стивен добавил: — Розалинда сказала, что ее уход не повлечет никаких трудностей для труппы. Верно ли это, или нам придется остаться, пока вы не подыщете ей замену?
— Стало быть, вы забираете ее от нас? — грустно сказал Томас.
Стивен кивнул.
— Но не навсегда. Не сомневаюсь, что она будет часто встречаться со своей семьей.
Томас хмуро обозрел комнату. Его взгляд упал на Мери Кент.
— А ты, девушка, — произнес он своим рокочущим голосом, — умеешь ли ты играть?
Она вздрогнула от неожиданности и, сглотнув, ответила:
— Да, сэр. Я, конечно, не могу сравниваться с Саймоном, но вот уже несколько лет играю небольшие роли. — Она вдруг улыбнулась. — Я могу быть неплохой служанкой для героинь мисс Джессики. Томас рассмеялся:
