нужно? Меня Лиля позвала прогуляться.
Старушка тоже встала:
– Надо, деточка, надо. Хлеба совсем нет, чай и сахар заканчиваются. Держи, – она достала из кармана смятую трешку и протянула девушке: – Должно хватить.
– Все сделаю, – Надя накинула легкое пальтишко и выбежала из квартиры в предвкушении разговора с подругой.
Сколько интересного она расскажет Лиле! Да и не только Лиле, но и своему парню, студенту архитектурного, Косте. Правда, тот ни за что не поверит, что в комнате бывшей монахини нет сокровищ.
Глава 41. Приморск, наши дни
Вика сидела на набережной и смотрела на море.
Прошло полгода с тех пор, как они расписались с Максимом, и она не понимала, как за это короткое время он мог так измениться. Муж уже не жаждал проводить с ней все свободное время, наоборот, искал предлоги, чтобы уйти из дома. Любовь к детям тоже куда-то улетучилась.
Через две недели брака Максим настоял, чтобы Вика отправила их к родителям, потому что он хочет насладиться медовым месяцем, и теперь женщина, анализируя его поступки, думала, что это было сделано специально. Андрей Ильич поднял связи и сделал зятю новую должность с повышением. Теперь он служил в части, до которой можно было дойти пешком, сначала исправно приходил обедать вместе с женой, и они наслаждались обществом друг друга. Но спустя пять дней Максим стал являться домой, когда дети возвращались из школы, не прикасался к Вике, разводил руками, мол, сама понимаешь, при детях неудобно, и однажды сказал:
– Дорогая, у нас еще медовый месяц. Мне хотелось бы побыть с тобой наедине. У нас чудесные дети, но… Давай отвезем их к твоим родителям, хотя бы на пару недель.
Вика все больше и больше влюблялась в нового мужа и была готова для него на все. Тогда его предложение не показалось ей странным. Не зря же молодые супруги всегда уединяются.
Она позвонила родителям, услышала недовольство в голосе отца и умоляюще пролепетала:
– Папа, ну, пожалуйста. Мы ведь молодожены.
– Когда он на тебе женился, знал, что придется растить и твоих детей, – буркнул полковник. – А теперь, получается, они ему в тягость. Ну, да ладно. Приводи внучат.
Витя и Ася особо не сопротивлялись. Максим почти не уделял им внимания, даже сторонился, и они первыми почувствовали, что на отцовскую любовь рассчитывать не придется.
Вика думала, что через две недели, как обещал муж, дети вернутся назад, но он категорически воспротивился. Несмотря на его просьбы, Ася и Витя вернулись домой, и муж стал придумывать предлоги, чтобы не проводить с семьей свободное время.
Сначала Вика верила. Военные – вообще люди занятые, и частые дежурства для них не редкость. Но однажды она увидела мужа, во всяком случае, человека, очень на него похожего, на набережной в тот день, когда он должен был, по его словам, находиться на службе.
Рискуя опоздать на работу, Вика проследовала за ним до цветочного киоска, убедилась, что это действительно Максим – хотя своим глазам не хотелось верить – и удивилась, когда мужчина выбрал дорогой и красивый букет.
Сердце радостно забилось. Неужели это для нее? Женщина перестала его преследовать, ноги с легкостью понесли ее в поликлинику. Она предвкушала миг, когда вернется домой и увидит этот шикарный букет. Или Максим купил ей еще что-нибудь? Но дома не оказалось не только мужа, но и цветов.
Он явился только на следующий день, вдохновенно солгал про тяжелое дежурство, и Вика поняла, что подарок предназначался не ей. Она захотела устроить скандал, дать ему пощечину – и передумала. Максим станет выкручиваться, врать. А что останется делать ей? Подавать на развод? Второй раз в своей жизни? Нет, больше она такого не переживет.
Тогда Вика не сказала ему ни слова и сейчас понимала, что надеялась неизвестно на что. Супруг продолжал ее обманывать, а дома вел себя как хозяин, хотя жил в квартире жены. Кроме того, он заставлял ее ходить к родителям вместе с ним, нагло указывал на антиквариат и требовал у полковника:
– Эту вещь я тоже хочу. Мы с вашей дочерью должны красиво обставить квартиру, сделать такое уютное гнездышко. Я уже присмотрел потрясающие обои, к ним подойдет вот эта люстра.
Отец отдал и люстру из дорогого хрусталя, правда, не ту, что висела в гостиной, поменьше и подешевле, но все равно красивую. Два сервиза из дорогого фарфора и три слоника из слоновой кожи, с бивнями из слоновой кости и золотыми седлами с драгоценными камнями тоже перекочевали к ним. И это не считая многочисленных серебряных ложек, вилок и подстаканников. Именно потому, что их было много, Вика не сразу заметила пропажу. Подстаканники и ложки были дорогие, старинные и стоили недешево. А сегодня, вернувшись с работы, она увидела, что нет одного из слоников. Отец говорил, что такой слоник мог потянуть тысяч на триста… Многие коллекционеры умоляли его продать их, но Андрей Ильич неизменно отвечал: это останется его внукам. И вот одного из слоников уже не было, и Вика не знала, что делать.
Выходило, Максим давно брал вещи, не говоря ей ни слова. Неужели он нуждался в деньгах? Нет слов, зарплата у него хорошая, но если разделить ее на четыре человека, то получится не так уж и много. Вике в городской поликлинике вообще платили копейки. Но как он посмел брать эти вещи? А что, если…
Женщина всегда отгоняла от себя мысли о любовнице мужа, хотя таковая, безусловно, имелась. И именно ей Максим покупал цветы.
Женщина закрыла лицо руками. Что же делать? Нет, разговора с ним не избежать, и чем скорее, тем лучше.
Она бросила взгляд на беззаботных курортников, приехавших в город в последние дни августа, и достала мобильный. В голосе супруга слышалось недовольство, словно жена отвлекала его от дела государственной важности, и если раньше женщина терялась, то теперь твердо произнесла:
– Я жду тебя сегодня на обед. Мне нужно с тобой поговорить.
– Но я не могу! – он взорвался. – Ты забыла, что я офицер?
– Нет, не забыла, –
