что будет, если то, что превратило этих людей в манекенов, попадёт в наш мир!
Алексей представил, и картина, которая родилась в его воображении, ему не понравилась.
После секундной паузы командир решительно произнёс:
— Мы разделимся. Вы, — он оглядел Алексея, Дмитрия и Данилу — пойдёте со мной — проверьте оружие и БК. Толик остаётся с остальными за главного и наблюдает за раненым, займёте оборону в церкви на случай появления манекенов и ещё кого — ничему уже не удивлюсь! — и если через два часа мы не вернёмся, уходите к точке перехода, недалеко осталось, Афанасий вас выведет. Нас — не ждать! Руководство само решит, стоит посылать нам помощь или нет. Если американец будет чудить — пристрелите.
Что же, решение разделиться было не самым рациональным, так как оставшиеся имели ранения разной степени тяжести, но, в то же время, оптимальным, насколько оно вообще могло быть таковым. В конце концов, только они могли в полной мере попытаться преследовать и задержать незваного гостя в этом проклятом мире.
Тем более, что идти им придётся практически на ощупь. Час туда, час обратно, ведь надо будет ещё и вернуться по незнакомой местности. Догнать, выследить, захватить, вернуться — расставил в уме этапы Алексей.
Его в очередной раз кольнуло подозрение, что полковник поддался желанию собрать, как можно больше информации об этом городе в частности и этом мире в целом, по крайней мере, той части, которую они могли обозреть. Неужели какой-то там нарушитель может быть настолько опасен в данной ситуации? Бывало, что Плетнёв и сам в ходе рейдов пропускал мелких рыбёшек, лишь бы заманить в засаду рыбу покрупнее.
А ещё, где-то на подкорке Плетнёву показалось, что полковник, на самом деле, знает больше об этом месте, чем пытается показать. Оно как бы и понятно, у всех свои уровни допуска, но всё-таки… всё-таки сейчас попытка преследования неизвестного могла оказаться для него последней. И стоит признать, что раньше он не ощущал это так остро, как сейчас.
— И ещё, — добавил командир, — если станет совсем невмоготу, разрешаю снять маски и попить воды и подкрепиться, с соблюдением мер предосторожности. И оказать максимально возможную помощь Александру. Похоже, нам терять особо уже нечего. Тем более, что противогазы выработали свой ресурс…где-то час назад, да, Дима?
— Лучше так, чем совсем без защиты, — засопел Кот.
— Лучше так, да, — задумчиво повторил Смирнов. — Толя, всё понял?
Анатолий кивком дал понять, что принимает приказ к исполнению.
— Ну, что, пошли, мужики!
Пограничники заняли позиции, чтобы держать дверь под контролем, но так, чтобы не быть на линии огня друг у друга. За дверью могло оказаться всё, что угодно, и чужак мог уже приготовиться к тому, чтобы открыть по ним беспорядочный огонь.
Полковник кивнул Плетнёву и тот осторожно взялся за тяжёлую кованую ручку в виде головы неизвестного животного, более всего похожего на результат удачной гибридизации собаки и дракона, который держит в оскалившейся пасти витое кольцо. Памятуя о возможных растяжках, медленно приоткрыл, осмотрев образовавшийся просвет.
Чисто, ничего похожего на леску или верёвку — уже хорошо. Видать тот, кто здесь был, уходил в спешке, либо не обладает соответствующими навыками и оружием. Но не стоит расслабляться, всё может измениться так быстро, что даже не успеешь это толком осознать, уж в этом-то Алексей теперь был уверен, как никогда.
Он потянул дверь сильнее, и она отошла на удивление легко. Казалось бы за эти годы даже самая крутая смазка должна была потерять свои свойства, но нет! Петли, конечно, дико заскрипели, но дверь поддалась без особых трудностей. Всё здесь было не так как, должно быть! Хотя, не исключено, что это заслуга того самого нарушителя. Если он тут не первый раз, то мог уже разработать петли, или смазать их хотя бы той же ВД-40.
Ещё раз присмотрелся: нет, ничего подозрительного по периметру дверного полотна не наблюдалось. Он резко дёрнул дверь на себя, в то время как Данила и полковник направили в проëм дула своих автоматов, готовые открыть огонь в любой момент.
Нет, там действительно никого не было: ни растяжек, ни потенциального противника, или как его назвал полковник, нарушителя.
Нарушителя режима карантина.
Может, стоило это место так и назвать? Карантин! А не какой-то там Тихий мир, Тихий лес и т. п. Ясно и просто — Карантин!
С одной стороны, то, что они ни на кого не натолкнулись — хорошо, с другой стороны им придётся идти дальше. Если бы сейчас по ним открыли огонь, то Алексей, как бы странно это не прозвучало, испытал бы облегчение, так как неизвестность перестала бы быть таковой.
Их взору открылся короткий коридор, метров пять-шесть в длину, не больше, в котором с трудом могли разойтись два человека, чуть шире дверного проёма, в который они сейчас собирались пройти.
Стены и потолок были выложены из подогнанного друг к другу камня различной формы, примерно такого же, как и стены церкви, но всё-таки отличного от последнего.
На другом конце коридора их ждала гораздо более массивная, окованная металлом дверь, чем та, что вела в кабинет. Она была встроена между двумя вертикально установленными в рост человека каменными блоками, на которые был уложен третий горизонтальный блок. Всё было тщательно встроено и подогнано в кладку коридора, хотя, вернее было бы сказать, что и дверь и сам коридор были возведены уже вокруг этой арки.
Вот только она ожидаемо оказалось открытой, да не просто, а так, что тяжёлые кованные петли засовов были сорваны, причем сделано это было изнутри. В то, что это мог сделать человек, который постарался избежать встречи с пограничниками, почему-то не верилось.
За второй дверью лучи их фонарей упёрлись на очередную стену, а вернее сказать, потолок.
Спуск. Да это был спуск в ту самую неизвестность, о которой только что подумал Алексей. Вселенная словно услышала его мысли и решила жёстко над ним подшутить.
Когда ты идёшь на задание, хоть бы и на сопредельную территорию, ты готовишься, ты изучаешь карты, особенности местности, и в целом и общем, ты готов ко всякого рода отклонениям от первоначального плана действий, но здесь! Здесь ты буквально
