упрекать меня. — Теперь неизвестно сколько скорую ждать придётся, сейчас обед, в центре по-любому пробки на дорогах.
— Я сам отвезу Лику, — вдруг услышала я Сашин голос в динамике телефона на заднем фоне.
— Мам, ты что, у Ивлевых? — удивлённо поинтересовалась я.
Почему удивилась, да потому что к себе домой Николай Григорьевич маму никогда не приглашал, даже после новости о её беременности. Мужчина берёг чувства взрослых детей, которые ещё не полностью оправились после смерти матери. А тут, получается, он в дом новую женщину приведёт, да ещё и с животом. В общем, они с моей мамой обоюдно решили пока не узаконивать отношения и встречаться на территории мамы или в гостинице, где до сих пор живёт адвокат. К себе, то есть в бабушкину квартиру моя родительница тоже не торопилась приглашать на постоянное место жительства отца своего второго ребёнка. Не знаю, почему она тянет, но по её словам «так всем удобнее».
— Да, у нас здесь знакомство за семейным столом намечалось, но сейчас уже не до этого, — с грустью ответила родительница и тяжело вздохнула.
— Мама, извини, я не специально, ты ведь сама просила… — зачем-то начала я оправдываться и запищала от новой схватки.
Претерпевая неприятную тянущую боль внизу живота, немного согнулась.
— Дыши глубже! Всё хорошо! Мы скоро приедем! — успокаивала меня мать уже встревоженным тоном.
— Мам, не надо приезжать, я справлюсь, — ответила ей, как только боль немного отпустила. — А ты хоть бы предупредила, что у тебя такая серьёзная встреча намечается. Получается, я всё испортила.
— С ума сошла? Нашла о чём переживать! Всё, мы выходим, а ты давай потихоньку одевайся и нас жди.
Мама отбила вызов, и я начала переодеваться. Сумка со всем необходимым для роддома уже у порога стояла, там же и карта беременной со всеми документами и готовым анамнезом. Пока я ковырялась, решив, что мне необходимо ещё и умыться, причесаться, периодически отдыхая от схваток, времени прошло около часа. Уже одетая и неся свою сумку, я спустилась на лифте вниз. Консьержка сразу поняла, что я поехала рожать, подхватила мою ношу, вынесла и оставила на скамье у подъезда. Я поблагодарила добрую женщину и принялась ждать своих спасителей. Уж за час-то они точно должны подъехать, несмотря на пробки в центре.
Сидеть на скамье я не стала, так как от этого становилось только хуже, а вот медленно прохаживаться у подъезда туда-сюда было то, что нужно: и боли меньше, и дышать легче. Увидев въезжающую во двор машину Игоря, я напряглась. Мама, оказывается, и ему сообщила. Зачем? С другой стороны двора показалась Сашина машина, я напряглась ещё больше. Мои бывшие мужчины подъехали к подъезду практически одновременно и также одновременно вышли из автомобилей.
Оба сверлили друг друга взглядами и ждали моего решения — к кому же из них я сяду?
Глава 30
Сфокусировав взгляд, я пыталась разглядеть пассажиров в Сашиной машине, в надежде увидеть мою мать, но там никого не было. Она же собиралась приехать! Или… во двор въехала ещё одна машина, которую я тоже узнала, именно в неё садилась родительница, когда уезжала, навестив меня в больнице. Значит она приехала в машине Николая Григорьевича, но по пути зачем-то взяла и сообщила моему бывшему мужу, что я еду рожать. Эх, мама-мама, зачем ты создала такую ситуацию? И как мне теперь быть? А вот как! Сяду в машину именно к ней.
Только я сделала шаг по направлению к автомобилю адвоката, как у меня снова возникла схватка, очень сильная. Такой резкой боли я ещё не испытывала. От неожиданности я, согнувшись, схватилась за свой ставшим деревянным живот и вскрикнула.
Игорь и Саша одновременно бросились ко мне.
— Не подходи к моей жене! — прорычал бывший муж.
— Я врач! — ответил Александр.
— Ты мстишь за Свету, — не унимался Игорь.
— Уже нет, — парировал Саша.
Они продолжали ругаться, а я так и стояла полусогнувшись и держась за живот. Хотела бы сказать этим придуркам, чтобы замолчали оба, но пока не могла, сильная боль отнимала все мысли и силы. И в самом деле, нашли время отношения выяснять! Обступили меня с двух сторон и грызутся, как псы… Как только схватка начала стихать, я смогла чуть выпрямиться и, подняв голову, снова нашла взглядом машину Николая Григорьевича. Адвокат с моей мамой решили не подъезжать к подъезду, видя, что здесь уже два претендента увезти меня в роддом имеются. Вместо этого их автомобиль остановился у выезда со двора. Выходить из него ни адвокат, ни моя мать не торопились. Зачем тогда вообще приехали? Проконтролировать ситуацию? Не поубивают ли друг друга мои бывшие?
И тут меня посетила единственная здравая мысль, которую поспешила озвучить. К тому же, мне гораздо легче стало, могу уже нормально идти, но до машины мамы с адвокатом всё равно дальше добираться.
— Поедем все вместе! Но если вы снова продолжите ругаться, то я поеду одна или, вообще, пешком пойду.
— Какой пешком? У тебя схватки сильные! — возразил Александр.
— Тогда везите меня уже скорее в роддом, только прошу, молчите.
Мы втроём сели в машину бывшего мужа. Игорь за руль, Саша на пассажирское кресло рядом, а я по-королевски разместилась на заднем сидении. Ну, то есть не совсем по-королевски — морщась от боли, приняла полусидячее положение, запихав себе подушку под спину, что находилась на сиденье.
Мужчины сначала соблюдали договорённость, ехали молча, только на перекрёстке всё же ругнулись, когда Игорь остановил автомобиль.
— Чего ты встал?! — возмутился Саша.
— Потому что светофор, придурок! — грубо ответил супруг.
— Ещё жёлтый, ты бы успел!
— Чё-о-о-о?! Какой успел? Вот, уже красный! Не хватало ещё аварию спровоцировать!
Я глухо замычала от новой схватки, и они оба замолчали. Но на следующем перекрёстке, когда Саша понял, что муж везёт меня в частную клинику, снова возмутился:
— Может всё же ко мне в больницу поедем? Ко мне ближе! Вон она уже за поворотом!
— Я тебе не доверяю, — сквозь зубы процедил Игорь.
— Ему доверяю я! Этого достаточно! — пришлось мне заступиться за доктора.
— Лика, я ведь тебе объяснял… — начал возражать муж.
Его перебил Александр:
— Послушай, хватит считать меня монстром. Я ни за что не причиню Анжелике вреда, наоборот, делал всё, чтобы спасти её и твоего ребёнка. Если хочешь знать, именно трагедия со Светой определила мою будущую профессию, до этого я неврологом хотел стать. После похорон решил, что отныне буду спасать будущих матерей и их малышей от такой же участи.
В их диалог опять вмешалось
