невиновата? Очнись!
Крис замолчал. По его виду я поняла — он действительно разозлился. Но зачем было говорить это вот так прямо, особенно когда Ирен в таком состоянии?
Я взглянула на Ирен. Она стояла в ступоре, испуганно смотря на парня. Все рядом переглядывались и шептались. Доктор тоже молчал, неловко топчась на месте.
Крис хмыкнул и прошел мимо нас в сторону выхода.
— Стой! Сернари, объяснись! — крикнула я и уже хотела его догнать, но почувствовала, как кто-то держит мою руку. Это была Ирен.
— Не надо, Мио, — тихо сказала она, а после глянула вслед ушедшему парню и негромко позвала, — Крис! Я поняла, спасибо. И спасибо, что принес Локки в больницу…
Крис на секунду остановился и, не поворачиваясь к нам, произнес:
— Не за что. Рад, что ты поняла.
Я не знала что сделать: догнать его и устроить ему взбучку, или остаться здесь.
— Извините, — обратилась мисс Фер к доктору, — можно ли увидеть раненого?
— Пока нет. Тем более, он сейчас спит. Завтра, если он очнется, сможете поговорить с ним. Но не стоит его слишком волновать.
На последней фразе он взглянул на Ирен. Та опустила голову и кивнула.
По пути домой Милли предложила Ирен сходить в местную парикмахерскую и подровнять волосы, но та отказалась, сказав, что она сама разберется. Дома Ирен попросила Трейси подстричь ее так, как она говорит. Сестра Трейси работает в салоне красоты, и часто учила девушку стричь. Поэтому у нее был некий опыт в этом.
Из-за новой прически, Ирен полностью изменилась как внешне, так и внутренне. Прическа была похожа на каре, но немного другая. Сзади ее волосы спадали каскадом. Они были такие короткие, что не могли даже полностью закрыть шею. Спереди она сделала короткую челку. Две передние пряди по бокам лица спадали лесенкой, а кончики почти касались плеч. Ирен велела Трейси резать волосы абы как, максимально неаккуратно, словно хотела красотой расплатиться за свои ошибки.
В общем, теперь Ирен стала совершенно неузнаваемой..
Когда она пришла к нам в комнату отдыха, где мы все ждали ее, на ней были мешковатые потертые джинсы и черная кофта на замке. Прежняя Ирен ненавидела черный. В поездку она взяла стильные кофточки ярких цветов и стильные дорогие бриджи. Мы с Локки отчитывали ее за это, но она отмазывалась, говоря, что у нее просто нет другой одежды, а все эти вещи из прошлогодней коллекции. Она заявляла, что никогда бы не надела ширпотреб.
На Ирен не было макияжа. Она специально красилась все эти три дня, что мы были здесь. Для нее выйти на люди без боевой раскраски, пусть даже это будет небольшая дружеская компания, было просто немыслимо. Сейчас же моя подруга выглядела как обычная девочка подросток с бунтарски-взлохмаченными короткими волосами цвета плавленого золота, а не как обворожительная девушка в стильной одежде и с идеальным макияжем.
— Ирен, ты… — осторожно начала я, но не смогла продолжить.
Я не знала, как реагировать. Мы все были в шоке.
— Ну, как я выгляжу? — улыбнулась Ирен, хотя видно было, что эта улыбка далась ей с трудом.
— Я одолжила у Трейси вещи, так как мои не очень подходят к этой погоде. И согласитесь, прическа вышла ничего так, да?
Она покрутилась перед нами и повернулась к Трейси, которая была с ней.
— Спасибо тебе. И прости, что я тогда накричала на тебя.
— Да ничего, не стоит благодарности.
— Ну, — Ирен повернулась к нам, — вам, да и мне тоже, стоит принять душ. А то так и простудится недолго. Да и, Мио, — она взглянула на меня. — Твоя одежда, как я вижу, уже испорчена.
Я взглянула на себя и увидела, что вся кровь на мне затвердела и впиталась. Мы ведь до сих пор не переоделись.
— Да, ты права.
Я взглянула на подругу и увидела, что она внимательно смотрит на кровь на мне. В ее глазах блеснула предательская влага, но она только вздохнула и пошла на второй этаж.
Все кто остались в комнате переглянулись.
— Думаю… с ней все в порядке, — неуверенно предложил Марк. — Верно?
Мисс Фер кивнула.
— Она изменилась. На ней больше нет тех розовых очков, через которые она смотрела на мир. И если то, что она увидит, не ослепит ее, она станет сильнее.
— Да… — я тяжело вздохнула. — Вы правы. Она слишком долго находилась под опекой других. И теперь, когда она чуть не потеряла того, кто очень важен ей, она поймет, что мир не так красочен, как ей казалось. Но я боюсь, что все произошло слишком быстро.
* * *
На следующий день все спали до обеда, за исключением меня и Криса, конечно же. Так как вчера все сильно переволновались и устали, сил ни у кого не было. Даже Ирен, которая, как мне казалось, не будет спать всю ночь, продержалась только до пяти утра.
С шести до девяти утра я рыскала по той самой поляне, где произошли вчерашние события, в поисках кольца. Я могла бы пойти туда еще ночью, но боялась, что кто-нибудь может заметить мое отсутствие. Крис же по этому поводу особо не заморачивался. Он вчера пришел в девять вечера и сразу же лег «спать», а когда все заснули, опять куда-то смылся. В итоге, на помощь в поисках мне можно было и не надеяться.
Кольцо я так и не нашла.
В десять я решила навестить Локки. Это может показаться слишком рано, но, зная этого парня, можно было не волноваться. У Локки был строгий режим дня. Ровно в семь часов утра он просыпался, и ровно в одиннадцать вечера ложился спать. Даже если он неделю работал и учился, не покладая рук. Или даже если что-то заставило его не спать всю ночь и заснуть только под утро, он всегда просыпался ровно в семь, без помощи будильника. Я всегда удивлялась этому. Локки говорил, что если есть хоть что-то, что заставит его спать после семи утра — это наверняка будет смерть.
Только у входа в приемную в больнице я сообразила, что возможно время посещений еще не наступило, и меня могут не пустить. Я оказалась права. В десять в больнице делали обход.
Так как это больница города-курорта, здесь большая часть травмированных, чем больных, поэтому посещать пациентов можно было с одиннадцати до часа и от пяти до восьми вечера. Мне пришлось ждать.
Локки, как я и думала, не спал. Когда я зашла к нему в палату, он внимательно смотрел в окно
