Но даже тогда она часто совмещалась с двухпольной системой в разных частях Галлии. Если она действительно существовала в этой части Западной Европы в рассматриваемый период, то вполне могла, вместе с глубоким плугом и хомутом, лежать в основе аграрных перемен, о которых мы говорили.
Давайте подведем итоги. В римские времена система вилл являлась основой ведения сельского хозяйства в большинстве регионов Западной империи, за исключением тех небольших участков, где сохранилась более примитивная кельтская система небольших полей. Однако система вилл исчезла вместе с крахом Римской империи во всех регионах, расположенных к северу от Роны и Луары. Как уже отмечалось, на ее месте стала появляться система деревень. Однако вовсе не новая система деревень была ответственна за новые очищенные земли и новые сельскохозяйственные практики, появившиеся в VII веке. Скорее здесь передовыми оказались монастыри. Судя по всему, именно они в долине Мааса, во Фландрии и даже, возможно, в долине Луары возглавили очистку земель от деревьев и кустарников, возделывание новых почв и внедрение усовершенствованных аграрных техник, что впоследствии копировали их соседи. В других местах – на реке Эйссел, в Лотарингии, Англии и Норвегии – не было никаких примеров для подражания, разве что отдельные крестьяне. Они, как американские пионеры, медленно вели тяжелые работы по вырубке лесов и осушению болот. В некоторых районах эти мелкие крестьянские собственности – класс, новый в Европе, – прокладывали путь, который впоследствии привел к существенному аграрному росту.
Здесь необходима осторожность. К VIII веку был сделан только первый шаг в огромной работе по расчистке земель, стоявшей перед европейцами, да и то лишь в ограниченных районах. Большие части Англии и континента располагались за пределами мест, где шли аграрные перемены. Во многих из таких мест аграрные перемены начались только при Каролингах. Другим пришлось ждать до XI и XII веков. Но, по крайней мере, в конце VII века было положено начало. Начавшийся при поздней империи процесс упадка сельского хозяйства и сокращения численности сельского населения был остановлен и даже повернут вспять. Появилась надежда на лучшее будущее.
Это подводит нас к финальному вопросу, касающемуся нововведений в сельском хозяйстве, – их отношения к торговому и промышленному росту, который, как нам известно, эти годы принесли на европейские земли, выходящие к Атлантическому океану. Здесь мы замечаем удивительное явление. Сельскохозяйственная революция проходила на тех участках вдоль Атлантического побережья, где активизировалась торговля, где находили самое большое количество серебряных монет, где были новые порты и возрожденные римские civitates. Представляется, что существовала тесная связь между новыми торговыми поселениями вдоль Рейна, Мааса и Шельды и новыми путями использования девственных земель и расчистки их для возделывания. То же самое справедливо для Юго-Восточной Англии, где новые торговые поселения и большое количество sceattas обнаруживаются как раз в тех регионах, аграрные перемены являлись самыми быстрыми. Заметим, что золотые монеты, найденные вдоль Луары, обычно чеканились в vici, деревнях, свидетельствуя об их аграрном процветании. Однако такие регионы, как Западная Британия, Северная Ютландия и Восточная Германия, не демонстрировавшие торговой или промышленной активности, судя по всему, не участвовали в аграрных усовершенствованиях и переменах. Потребуются дальнейшие исследования, прежде чем можно будет дать уверенный ответ на вопрос, но предварительную гипотезу можно выдвинуть уже сейчас. В этот период торговля, промышленность и аграрный рост были непосредственно взаимосвязаны. Одно стимулировало другое, и присутствие каждого явления было необходимо для общего здорового экономического роста.
Еще один важный аспект – типы судов, использовавшихся на морских торговых путях и беспрепятственно следовавших от Испании до Исландии и от Бискайского залива до Финского. Здесь опять-таки, как в случае торговли, промышленности и сельского хозяйства Северной Европы, делается акцент на рост, развитие и усовершенствование. В 550 году только в Галлии, Западной Британии, Саксонии и Англии ютов производили высококлассные суда, способные совершать долгие трудные морские переходы. Другие регионы – Ирландия, Скандинавия и Британия англов – производили суда более низкого качества – кораклы и гребные лодки, не подходящие для судоходства в Атлантике в широких масштабах. К 700 году ситуация изменилась к лучшему.
На берегах Западной Галлии в этот период два основных типа судов имели обшивку вгладь – scaphae и barcae. Григорий Турский упоминает о scaphae, торговавших с Галисией в конце VI века. Также известно, что в конце VI века barcae с галльским экипажем ходили в Ирландском море. Вероятно, эти два типа судна, так же как navis longa, упомянутые Гильдой, использовались кельтскими моряками западного берега Британии.
За Ирландским морем сложилась другая ситуация. Там в первые годы VI века главным судном был коракл. На таких судах ирландцы показали себя бесстрашными мореплавателями в Атлантике – до прихода викингов. Благодаря ирландским рассказам мы также обладаем более или менее точной информацией об этих судах в VI и VII веке и путешествиях, которые на них совершались. Некоторые из этих историй, как, например, та, что повествует о святом Брендане, по меньшей мере отчасти легендарны, но они довольно подробно описывают суда, которые имели довольно крупные размеры, мачту и могли перевозить двадцать пассажиров. На их постройку шло от двадцати до тридцати бычьих шкур, которые укладывались в два или три слоя. На них ирландские мореплаватели отправлялись даже в Испанию. Именно на коракле святой Колумба добрался до Ионы. На них же, согласно Дикуилу, ирландские монахи отправлялись в Исландию. На самом деле Коракл, имеющий небольшой вес, позволяющий ему плавать по волнам, как пробке, во многих отношениях является идеальным судном для использования в штормовой Атлантике.
Около 550 года или незадолго до этого, согласно легенде, ирландцы начали строить, кроме коракл, деревянные суда. Святой Брендан, согласно легенде, в свое второе плавание, в южном направлении, отправился на деревянном судне. Можно не сомневаться, что легенда соответствует фактам, поскольку нам известно, согласно Адамнану, что во времена святого Колумбы ирландцы строили деревянные суда. Адамнан упоминает удивительное количество типов судов, которые ирландцы использовали в те времена, некоторые из них нам незнакомы. Это barca, caupullus, navicula, navis longa, navis onera, scapha, curragh. Barca и curragh, которые уже встречались нам у галльских берегов, а navis longa – раньше в кельтской Британии. Интересно, что они появились в Ирландии только после открытия торговых путей, снова соединивших остров с Галлией, и после того, как возобновившееся англосаксонское наступление в Британии вытеснило кельтов с западного побережья Британии и заставило искать убежища на этом острове. Возможно, простейшая классификация таких судов содержится в древних законах Ирландии. Там упомянуто три типа судна: navis longa – военный корабль, barca – океанское судно, и curragh, или коракл. Все они, кроме curragh, скорее всего, были обшиты вгладь.
Понятно,
