— Тебе лучше хотя бы изображать, что приятно, иначе у меня на тебя не встанет больше! — нагло заявил Громов скатившись с меня на край постели в шикарной гостинице, где для нас был заказ номер новобрачных. — Не хочу думать, что со мной что-то не так. Потому что со мной всё нормально! И это ты… по молодым охочая. Так что свои извращения в укромный уголок бабских фантазий запихай и довольствуются мной! Не такой я мерзкий, как ты показываешь своим видом! Я умею быть нежным и внимательным — просто перестань меня отвергать! Иначе я тебе знатно подпорчу жизнь! Не забывай, ты мне родить должна! Если помнишь, в контракте точно указано: наследство причитается только если выполнить главный пункт «родить наследника».
Пфф, можно подумать мне нужны его деньги.
— Не требуй невозможного, Громов. Я не робот, и желать тебя по твоей прихоти не могу. Если тебе будет легче я в следующий раз простору как шлюха, видимо тебя они подняли самооценку до небес. Только, прости, но любовник ты никакой! — Я встала с постели и дёрнула простынь к себе, чтобы скрыть обнажённое тело. — Насчёт беременности я сделаю всё возможное… — запнулась и чуть переиначила: — Ты же знаешь, что я уже не пью противозачаточные давно, — не лгала. И он об этом прекрасно знал — тест прошла за пару дней до свадьбы, а если учесть, что не пила таблетки уже пару недель, как узнала о безвыходном положении, то залететь имела все шансы.
— Так что зависит от твоей плодовитости, — не собиралась проглатывать его грубости и бесцеремонность. Ему нужно — пусть напрягается.
— Хорошо, — отчеканил, явно оскорбленный до глубины души Громов, — и всё же, будь добра включается в игру, а то дрочить такой красивой куклой — не вставляет.
— Ты сам меня захотел, уж прости, в моём наборе «кукла для брака» не встроена кнопка «отвечать взаимностью». Хм, что опять шантажировать будешь? — колюче уточнила, и не дожидаясь ответа в сторону ванной комнаты пошла.
Но кожей чувствовала как в нём закипала ярость. ДА! Ему не понравились мои замечания.
— А ты попытайся! Теперь я твой мужчина, и быть тебе подо мной! — нагнало меня в спину, когда была одной ногой в огромной уборной.
Горькая правда…
Да, мне предстояла адская жизнь с ненавистным чудовищем!
Три дня каторги и близости с Германом меня доконали.
Я даже порыдать успела, когда он вышел по делам.
Потом вытерла слёзы, тяжко вздохнула и дала себе установку:
— Жить, Лиза! Жить! Не посмеет этот гад уничтожить, чего ты с таким трудом добивалась!
Конечно же убивать его не буду… но знаю его слабые места и когда настанет час расплаты — ни движения не сделаю, чтобы продлить его жизнь!
Несколько инфарктов, сахар, давление…
А сердце — сложный механизм.
Тут простыми деньгами не откупиться. И мышцу не перезапустить шантажом и угрозами.
Ничего, я умею ждать!
О беременности узнала через месяц после свадьбы, так и не дождавшись месячных. Не сомневалась в способности зачать, но один вопрос оставался открытым.
Кто отец?
Мой прощальный секс не был глупым порывом.
Другого шанса не позвонить Громову добиться желаемого, мне возможности забеременеть от того, кто рвал душу и вселял в меня счастье — не представилось бы больше.
А так вроде переспала до свадьбы, не изменив законному мужу, и при этом залетела от другого.
Но это бабка надвое сказала — лишь долганка и хрупкая Надежда, что тот единственный раз мог сработать как часы.
И придраться не к чему — разница в несколько дней — не критическая, и такая, что с ходу не определить, точно до дня, когда был зачат малыш.
Герман на новость отреагировал ожидаемо — начал с проверки сроков, на что ему ответили, как я предполагала — примерный срок и только!
Придраться Герман не мог — вот и пошла жизнь размеренней и спокойней.
Во избежание потери ребёнка — Громов меня редко трогал, и вскоре я стала узнавать о его изменах. Мне было всё равно: пусть делает, что хочет, лишь бы меня не беспокоил. Вот Герман и занимался: карьерой, другими, моими проектами и даже умудрился бизнес-план Руслан пропихнуть в план администрации по градостроительству и начал его воплощать в жизнь, как я полагаю, больше прокручивая средства, которые умудрялся получать получив долгожданный пост, нежели горя желанием отстроить интересный оздоровительно-профилактический комплекс.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Хотя выгори это дело — будет очень громко и масштабно в рамках нашего города и края.
Я даже на это рукой махнула. Да-да, нет-нет. Я теперь просто жила. Жила мыслью о новой жизни во мне! О том, какой буду матерью для малыша!
А неудовольствие Германа громыхнуло только когда появился Антон: смуглый, темноволосый, светлоглазый.
Он как плевок в сторону Громова.
Я тихо злорадствовала, муж… скрипел зубами. ДНК-тест не прозвучало, но Герман больше не заикался о наследниках и к «сыну» относился холодно.
А вместе с сомнениями в отцовстве пришла и ненависть ко мне. Громов перестал контролировать спокойствие и несколько раз давая волю рукам.
Я не битая лань, но и не безропотная — отпор давала, как умела, и чем попадалось под руку. Но это уже последующие разы, когда на своей шкуре в полной мере испытала всю глубину любви Громова.
Он просто набросился неожиданно, вот я и не успела среагировать. И сознание быстро потеряла. Зато потом…
Мне объяснять дважды не нужно. Предупрежден — вооружён, а получив — вооружишься и ножами. Поэтому когда оклемалась после побоев, которые для прессы прозвучали «неудачным падением», всегда в присутствии Громова под рукой старалась держать что-нибудь тяжёлое, чем бы смогла ответить!
Психологию домашнего насилия знала на ура — и практиковать подобные выпады в свою стороны не желала. Я не жертва! Что и доказала преследующей попытке меня научить уважению и повиновению.
Естественно, Громов не ожидал от меня прыти и опешил, когда ему сдача прилетела. И неробкая сдача! Не абы как, а от души и со всей накипевшей ненавистью.
Это его охладило на время.
И мне полегчало — я даже свободней вздохнула, хотя к сексу принуждал чуть ли не потряхивая копией брачного контракта: «согласно всем пунктам!» — мразь! Чтоб ему так в Аду жилось!
Женька переехал в Италию к Руслану, где сын Громова сделал ещё одну перевалочную базу для футболистов. Поэтому с сыном виделись редко, и новости о Руслане я получала только из обрывков его слов.
Руслан не женился! Анна якобы потеряла малыша, но ходил слух, что и не была… очередная подстава.
Он больше не играл — он укреплял бизнес и рос…
Возвращаться не собирался…
Я до сих пор его помнила. Да и как забыть, когда под моим крылышком росла его копия? Такой чудный, безгранично милый, невозможно настырный и до трясучки упрямый Антон.
Чудо моё ненаглядное! Жизнь моя… душа, сердце…
Правду говорят, что по молодости женщина просто рожает, а с возрастом рожает для себя!
Женьку родила, потому что залетела от любимого, и не особо задумываясь, как и что будет, а Антошку — лелея мысль, как буду в нём утопать! Так и было! Антоша стал моим глотком жизни!
И пусть Громов поработил меня, принуждая к жизни с ним, я нашла себе спасение через сыночка!
Глава 34
ЛИЗА
Судьбоносный видео-звонок от Жеки прозвучал пару лет после рождения Антона. Нет, мы созванивались каждую неделю, и приезжал он по возможности, несмотря на то, что жил далеко. Прилетал меня и брата навестить. И когда их видела вместе, а Жека с глубокой нежностью относился к Антошке, чуть ли не ревела, не веря в такое безграничное счастье.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
И пусть Женя прилетал не так часто, как бы хотелось моему сердечку, но я понимала, что у него своя богатая, насыщенная событиями и людьми жизнь.
