мое время. Здесь на свалках валяется столько всего ценного, просто диву даешься. По хорошему, если заняться поиском цветмета, то на этом, можно просто озолотиться. Я даже вспомнил, как в своем настоящем детстве, вместе с приятелями, на свалке нашел электрошкаф с контактами из чистого серебра. О меди алюминии и прочих цветных и черных металлах и говорить не приходится. Тут, они пока, можно сказать, просто валяются под ногами. Так что с материалами для макивар, и мешков, и прочих нужных мне спортивных снарядов, никаких проблем быть не должно. Мне обязательно нужны умелые противники, чтобы самому расти как бойцу. Решено, пока не начались занятия в школе, запишусь на секцию бокса и на секцию самбо. Буду три дня в неделю ходить на бокс, а другие три дня на самбо. Главное, чтобы расписание занятий в разных секциях не совпадало по дням. Это закроет для меня вопросы по ударке руками и борьбе, остальное надо будет осваивать самостоятельно. Значит, по утрам буду заниматься по своей программе, со временем, обязательно подтяну кого-нибудь себе в пару, и тогда дело пойдет веселей. А по вечерам, в секциях, буду заниматься по их программе.
Искать какие-то подпольные секции карате, где вроде бы я мог бы получить все в одном флаконе, мне и в голову не приходило. Во-первых, сейчас полно всяких шарлатанов, которые пользуясь общей неосведомленностью народа и падкостью на экзотику, под видом карате, втюхивают такую муть, что просто оторопь берет от их наглости. Во-вторых, атмосфера загадочности, закрытости и непонятности, именно в это время породила культ сенсейства. Когда полуграмотные тренера, строили из себя великих учителей, организуя чуть ли не секты вокруг себя. Ну и в-третьих, даже действительно знающие тренера — энтузиасты, которые тренируют на совесть, с точки зрения тренера с большим опытом, который прошел весь путь от подвального карате конца восьмидесятых, до смешанных единоборств двадцать первого века, обладают недостаточной квалификацией. Они часто дополняют пробелы в знаниях, собственными измышлениями, которые, впрочем, в отдельных случаях, идут только на пользу классическому бесконтактному карате Гитина Фунакоши. Феномен советского карате, в том, что когда наши парни из подвалов, учившиеся по книжкам и видеофильмам, вышли из подполья, то они оказались очень приличными бойцами контактниками, даже на международном уровне. Они могли не знать всех тонкостей выполнения той или иной техники, но закаленные сотнями и тысячами схваток в полный контакт, они умели хорошо драться, отправляя в нокаут бойцов, которые прошли классическое обучение, но в тепличных условиях. Но нет, это не для меня. Мне сейчас нужны классические спортивные виды единоборств, вроде бокса и самбо, они в СССР развиты отлично. Есть отработанные методики, есть грамотные тренера, оборудованные залы. Короче, мне надо именно туда. Я и сам в прошлом тренер, и вполне неплохой, воспитал немало хороших бойцов, парочка засветились даже в Bellator, и они выступали весьма достойно. Но самому себя тренировать проблемно, со стороны ошибки видно лучше. Нужно, чтобы кто-то суровый и строгий, тебя пинал, и заставлял выкладываться по полной. Сам себя так не заставишь.
Тем временем, я уже добрался до своей полянки. За время моего отсутствия, ничего здесь не изменилось, только сухих листьев нападало больше. Сегодня я работал по облегченной программе. Сделал разминку, растяжку, раскидал в ударах руки и ноги. Боль в боку не давала возможности себя нагружать в полную силу, но полегоньку без фанатизма работать было можно, главное не делать очень резких движений и не нагружать левую сторону. Самое-то было поработать на этом занятии бой с тенью. Я легко двигался по кругу, мысленно представляя перед собой противника и кидая время от времени джебы, чтобы держать его на дистанции. В кокой-то момент, «прикормив» воображаемого противника однообразными ударами, я, сразу после джеба, быстро выполнил внутреннюю подсечку левой ногой, под впереди стоящую ногу противника. Такая ударная подсечка, наносится внутренней частью подошвы по щиколотке и даже если не уронит вашего визави, то вызовет довольно болезненные ощущения, и на мгновение, у него появится момент нестабильности в стойке. Воспользовавшись заминкой своего виртуального противника я, сразу после подсечки, нанес кросс правой рукой ему в челюсть, мгновенно добавил левый боковой с другой стороны. Завершил комбинацию мощный лоукик по многострадальной впереди стоящей ноге противника. Лоукик, я выполнил по тайски, с мощным проносом, так, что меня аж закрутило. Сразу, чтобы остановить возможную контратаку, я продолжая вращение, кинул бэкфист левой рукой и после него, добавил еще один прямой правой. Неплохая получилась серия, надо бы ее хорошенько отработать. Таким образом, я позанимался еще минут сорок. В конце тренировки я немного порастягивался и, с чувством выполненного долга, побежал обратно. В процессе тренировки я хорошо разогрелся и теперь почти совсем не чувствовал болезненных ощущений в боку и ноге. Сейчас кровь активно циркулирует по всему телу, оказывая тонизирующий обезболивающий эффект и помогая организму залечивать повреждения. После трех месяцев проведенных в горах, ноги просто сами несли меня вперед. Бежать было очень приятно. Казалось, что, несмотря на полуторачасовую тренировку за плечами, я сейчас легко пробегу даже марафон.
В этот же день, ближе к вечеру, набегавшись с матерью по магазинам и спекулянтам, я переодевшись дома в обновки, решил зайти в опорный пункт к Рамазанову. Я без стука вошел внутрь и сразу увидел инспектора. Он сидел у себя за столом и мирно дремал, откинувшись на спинку стула. От стука закрывшейся двери, он вскинулся и посмотрел на меня. В затуманенных от сна глазах на миг мелькнула озадаченное выражение. Я вежливо поздоровался с ним прямо от двери.
— Здравствуйте, Руслан Харитонович.
— Юра? Костылев, ты что ли? — Рамазанов удивленно смотрел на меня — Ну ты и вымахал за лето. Уезжал ты дохлым и тощим как палка, а вернулся высокий румяный здоровяк. Тебя чем там кормили? И я так хочу.
— У вас так не получится Руслан Харитонович, возраст у вас не тот, что бы так расти — улыбнувшись во весь рот, хитро сказал я
Инспектор вышел и за стола, и за руку, как с равным, поздоровался со мной.
— Ну, рассказывай, как ты там, в горах время провел?
— Отлично провел — с оптимизмом начал я. — Я там работал, бегал по горам, ходил в походы, общался со студентами и студентками. В общем, как будто то побывал в пионерлагере, но только для взрослых.
— Со студентками это хорошо, — похвалил меня Руслан Харитонович,
