это было МОЁ место. Мой дом, куда я могла вернуться в любой момент и это придавало мне уверенности и спокойствия. Что-то удерживало меня от последнего шага и переезда. Я верила Косте, видела его любовь и искренние чувства, но… Было сложно, очень сложно снова довериться кому-то. Где-то в глубине разбитого сердца, под тонкой затянувшейся корочкой раны, тлела обида. Я постоянно ждала какого-то подвоха. Жизнь научила, что удара можно ожидать даже от самого близкого человека.
— Агата, если ты не научишься доверять ему, то у вас ничего не получится. — увещевала меня лучшая подруга.
Я только пожимала плечами и грустно улыбалась. Всё, что происходило в моей жизни раньше, словно поставило крепкую преграду из недоверия и сомнений между мной и всеми мужчинами.
Я любила бывшего мужа, даже мысли не допускала, что он не испытывает тех же чувств, а он обманывал меня. Изменил. И даже угрожал физической расправой. Да что там угрожал — он без раздумий распустил руки! Сколько синяков и ссадин мне пришлось лечить и замазывать! А разбитое сердце? Разве я смогу, когда нибудь, забыть, с какой лёгкостью он изменял мне?
Да и с Костей наши отношения начались с его вранья. И сколько бы он ни доказывал сейчас свою любовь, как не пытался сгладить углы, внутри меня жил крошечный червячок сомнений. И я не могла ничего с этим поделать. Наденька, незримо, так и стояла между мной и Костей. Словно была какая-то недосказанность. Что-то, что не давало мне окончательно расслабиться.
Завтракая на просторной и светлой кухне, мы с Костей дурачились, перекидывая друг другу миндаль. Сидя по разные стороны стола, старались попасть ядрышком в чужую чашку с кофе. Смеялись, стараясь перехватить орешек на лету или отвести свою чашку от траектории полёта.
— Недолёт! — мы одновременно потянулись за продолговатым орешком, упавшим на половину стола с Костиной стороны. В это время засветился вызовом экран Костиного телефона. Я успела увидеть неподписанный чужой номер. Костя первым успел накрыть ладонью миндаль и одновременно взял второй рукой телефон. Смеясь, прицелился и бросил в мою чашку орешек и только потом ответил на вызов.
— Алло?
На секунду мне показалось, что на другом конце прозвучал женский голос. Я, наверное, не обратила бы на это особого внимания, мало ли кто мог ему звонить, может клиентка, но услышав голос в трубке, Костя бросил на меня быстрый взгляд и поспешно поднялся со стула.
— Я на минутку, извини. — прошептал мне одними губами, прикрыв микрофон телефона ладонью, и вышел из кухни.
Моё сердце упало куда-то в район живота. Руки вдруг стали такими слабыми, что пришлось поставить чашку с кофе на стол, чтобы не уронить. Костин тревожный взгляд и быстрый побег из кухни мгновенно выбили у меня почву из-под ног. Я сразу поняла, кто звонит.
Медленно и неловко, как заржавевший робот, которого, после долгого бездействия не слушаются руки и ноги, поднялась из-за стола, и пошла вслед за Костей. Я имела право знать, что происходит. Что ещё связывает его с Надей? Почему она ему звонит, хотя Костя уверял меня, что между ними давно всё кончено?
Молча, но не прячась, подошла к открытым дверям гостиной и остановилась в проёме. Костя стоял спиной ко мне посередине просторной комнаты, приложив телефон к уху. Вся его поза говорила о том, что он зол — напряжённая спина и плечи, чуть откинутая назад голова, будто смотрит на карниз над окном, далеко отведённый локоть руки, в которой держал телефон, широко расставленные ноги.
Меня он не замечал.
— Зачем ты звонишь?
Я не слышала, что отвечают ему в трубке, только видела, как сжимается и разжимается кулак парня.
— Нет… Нет… — Костя буквально выплёвывал ответы оппоненту, через короткие промежутки времени.
— Надь, ты дура, что ли? Русский язык не понимаешь? Что тебе было неясно в нашем последнем разговоре?
Костя молчал буквально секунду, слушая Надю и не выдержав, прервал её:
— Я люблю другую. И да, она прекрасная, нежная, умная девушка. Яркая и тёплая, как солнышко. Самая замечательная! А ты просто отвяжись наконец от меня! Здесь тебе больше ничего не светит. Сколько можно унижаться?
Что там говорила ему в трубку Надя, я не знаю, но видела, как злится Костя. Слышала, как прорезаются в его голосе стальные нотки.
— Я так понимаю, что моё желание нормально и цивилизованно расстаться, ты приняла за мою слабость. Тогда скажу тебе прямо. Тем языком, который ты привыкла понимать — иди на….
Я впервые слышала от Кости такую грубую брань. Даже ойкнула от неожиданности. Костя повернулся и окинул меня нечитаемым взглядом. Всё его внимание было сейчас поглощено разговором с Надей и попыткой донести до неё своё мнение:
— Мне пофиг! Можешь к моему бывшему другу или к своему морячку. Здесь больше духа твоего не будет! Никогда!
Костя отвёл телефон от уха и не глядя нажал на отбой. Внимательно смотрел мне в глаза, пытаясь уловить мою реакцию.
— Прости. Я не знал, что это она, а так бы не взял трубку.
— Ты ругался матом. — единственное, что я смогла выдавить из себя. — Я никогда не слышала, чтобы ты матерился.
Костя тяжело, даже как-то обречённо вздохнул:
— Достала она меня. Совсем за дурака, что ли, принимает? Или слов нормальных не понимает? Вроде неглупая.
Быстро преодолел расстояние между нами и обняв меня одной рукой за плечи прижал к груди.
— Я так люблю тебя, Агата. Прости, что тебе пришлось услышать этот разговор.
В этот момент в его второй руке снова зазвонил телефон. Мы одновременно посмотрели на экран. На нём высветился тот же номер. Я ловко выхватила у Кости из руки трубку, не дав ему нажать на отбой. Отстранилась от парня и смахнула значок, приняв вызов. Глядя Косте прямо в глаза, приложила трубку к уху.
— Костя, миленький, прости меня! Я только тебя люблю. Мне никто, кроме тебя не нужен! — фальшиво завывала в трубку эта непробиваемая девица.
— Надя? — как можно спокойнее и равнодушнее спросила я.
— Да-а… — Наденька резко запнулась и озадаченно засопела. — А кто это?
— Агата. Девушка Кости.
— Агата???
— Агата. — подтвердила я. Выдержала паузу и с нажимом наехала на прилипалу. — Не звони ему больше. Я не люблю, когда моему парню навязываются всякие тупоголовые курицы. И, если появишься на пороге нашей квартиры, я тебя с лестницы спущу. Всё поняла?
В трубке обиженно хрюкнули, а я нажала на отбой и занесла номер в чёрный список. Протянула телефон удивлённо хлопающему глазами Косте и с деланным безразличием пожала плечами:
