как заблудившаяся группа Мокри, которая просто шла вдоль реки, пока случайно не наткнулась на нашу поляну. Почему-то складывалось такое впечатление — хотя подтвердить или опровергнуть свою гипотезу я пока не мог, — что они узнали о существовании нашей базы и атаковали её, уже будучи основательно подготовленными. Может, это Мокри или его товарищи распространили информацию, чтобы нам отомстить? Мне казалось, они не настолько мелочны...
Пока я раздумывал, время будто замедлило ход. В ушах вновь раздался пренебрежительный голос Мокри: «Это слова учителя. Нужно рассматривать врага в целом, а не в частности. Только так можно понять, что он пытается сделать и чего ему хочется меньше всего...»
Он произнёс эти слова во время дуэли, когда чуть не одолел меня. Где-то в Unital Ring по-прежнему скрывался учитель Мокри и его людей — человек, наставлявший их в том, как нужно биться против игроков. Если он стоит за той атакой, тогда и этот отряд наверняка более-менее разбирается в PvP-поединках.
Однако я не знал, учили ли их групповым сражениям, а не только дуэлям. Впрочем, лучше пока готовиться к первому варианту.
Потратив на размышления меньше секунды, я скомандовал:
— Все в лес! Не давайте им действовать согласованно!
— Не выйдет! — крикнул Эгиль в ответ. — В лесу уже почти земля горит!
Ахнув, я посмотрел по сторонам. Пламя, охватившее сосны, уже перекидывалось на траву у корней. Если мы сейчас бросимся в лес, то и сами в мгновение ока сгорим заживо.
Только теперь я понял настоящую причину пожара — враги подожгли деревья не ради источника света, а в качестве меры предосторожности против «партизан». В пользу догадки говорило и то, что противники надвигались с двух сторон, безукоризненно удерживая правильный строй: впереди два танка со щитами, по сторонам бойцы с мечами и топорами, а в тылу копейщики со своими навыками-дебаффами. Хорошо ещё, что среди врагов не было магов, но ситуация всё равно складывалась не в нашу пользу.
Тем временем на стене по-прежнему кипела битва. Я на миг встретился глазами с Асуной, и между нами словно пробежала искра, взорвавшаяся фейерверком.
По одному этому взгляду я понял, что девушки и сами не знают, как нам одержать победу, но полны решимости защищать дом любой ценой. Они верили, что мы придём на помощь, поэтому не сдавались и раз за разом сбрасывали неприятеля со стены. Пришло время оправдать их надежды.
У нас тоже были некоторые преимущества: высококачественное снаряжение работы Лизбет, огненная магия Юи, двадцать паттеров и «Геката» Синон. Снайперская винтовка казалась мне единственным по-настоящему сильным козырем, способным перекрыть численное превосходство, однако Синон предупредила, что у неё осталось только шесть патронов. Это оружие способно удачным попаданием убить даже дракона — по словам Синон, ей удалось одной пулей завалить динозавра, — но едва ли шесть выстрелов обратят в бегство две дюжины врагов. Да и нельзя тратить на эту битву весь боезапас оружия, которое может оказаться одним из самых мощных в Unital Ring.
— Эй, Киритыч! Что скажешь?! — Кляйн остановился возле меня, поднял узкую саблю и продолжил слегка нервным голосом: — Если хочешь ворваться в толпу и надеяться на лучшее, то я в деле!
— Ещё не время для безумных поступков. Должен быть способ перехватить инициативу.
— Я всё понимаю, но посмотри, какой у них плотный строй. Тут обычные методы не помогут.
Как совершенно правильно заметил Кляйн, враги сохраняли хладнокровие и наступали, прикрывшись щитами. Если у нас сдадут нервы и мы попробуем использовать навыки мечника, то танки легко их заблокируют, а нас самих мигом прикончит шквал контратак. Противники будто учитывали, что у нас перекос в сторону чистых бойцов.
Может, отступить к реке? Нет, тогда воины продолжат осаду дома. Чернявка, стоявшая возле Юи, глухо рычала, вероятно чувствуя исходящую от незнакомцев угрозу. Ещё дальше в тылу взволнованно пищали паттеры.
Будь я бессердечным командиром, то уже отправил бы последних в бой, чтобы они сбили врагов с толку и дали нам время избавиться от танков. Но я, разумеется, не собирался так поступать. Крысолюды только что избавились от Бурой лягушки-голиафа, которая годами стояла на их пути, и добрались до Великого леса Зель-Этелио, о чём так долго мечтали. Да, в этом лесу тоже водятся опасные монстры, но если паттеры погибнут даже не от когтей тварей, а во время вооружённого противостояния игроков, меня совесть живьём съест...
— А... — вырвалось у меня.
Не знаю, можно ли назвать это преимуществом, но в лесу крайне силён элемент нестабильности. Если мы используем в битве этот фактор, враги вряд ли смогут сохранить присутствие духа.
— Кляйн, Эгиль, — шёпотом обратился я к товарищам рядом с собой. — Доставайте всю лягушатину и кидайте в огонь.
Не дожидаясь ответа, я открыл кольцевое меню, переключился на инвентарь и материализовал мясо Бурой лягушки-голиафа. Затем принялся один за другим выхватывать появляющиеся над окном красноватые куски и бросать их в сторону — туда, где по левую руку от нас разгорался лесной пожар.
После короткого замешательства Кляйн и Эгиль последовали моему примеру. Вот одно из несомненных достоинств нашей давней дружбы: ни тот ни другой не стали спрашивать, зачем я занимаюсь какой-то ерундой, когда нам всем грозит смерть. Впрочем, если мой план даст осечку, они наверняка перестанут так безоговорочно мне доверять.
— Они что, мусор выкидывают? Почему именно сейчас? — задался вопросом кто-то из неприятелей.
— Мясо жарят, — пояснил один из его товарищей. — Небось, рассчитывают нас едой задобрить.
— Надеюсь, они не перепутали нас с NPC.
Пока шёл этот диалог, лягушатина быстро подрумянилась на огне и уже начала источать дразнящий аромат жаркóго. Пускай это мясо выглядело не слишком аппетитно, но игра считала его качественным ингредиентом, поэтому в запахе проскальзывали нотки перца и розмарина, хотя мы их и не добавляли.
Разумеется, я не рассчитывал, что врагов привлечёт аромат съестного. Оставшийся в тылу командир-копейщик хладнокровно заявил:
— Разберитесь с ними, пока они ещё чего-нибудь не учудили. План Б!
— Есть! — дружно откликнулись игроки.
Но мне так и не довелось узнать, в чём состоял «план Б». Из глубин леса вдруг донёсся рокочущий звук, чем-то похожий на грохот раскатившихся камней:
— Гр-р-р...
Он пришёл.
Земля под ногами задрожала, а самого меня прошиб холодный пот. Лягушатина благополучно призвала «элемент нестабильности», но клинок этот был, скажем так, обоюдоострый.
По левому флангу вражеского строя быстро распространялось волнение.
— Эй, к нам сзади что-то...
— Гра-а-а-а! — раздался громоподобный рёв, и
