Гектор. Ничего, ничего. Вы только не беспокойтесь. Я отвечаю за нравственность своих поступков.
Тэннер (с горящими глазами бросается к Гектору). Хорошо сказано, Мэлоун! Значит, и вы понимаете, что брачный закон — это одно, а нравственность — другое. Я вполне согласен с вами! Жаль только, что Вайолет смотрит иначе.
Мэлоун. Я вот не уверен в этом, сэр. (Обернувшись к Вайолет.) Позвольте вам сказать, миссис Робинсон, или как вас там по-настоящему зовут, что довольно стыдно замужней женщине посылать такие записочки молодому человеку.
Гектор (вне себя). Ну, это последняя капля. Отец! Вы оскорбили мою жену.
Мэлоун. Твою жену?!
Тэннер. Так исчезнувший муж — вы? Еще один мнимый преступник против нравственности! (Хлопает себя рукой по лбу и валится на стул Мэлоуна.)
Мэлоун. Ты женился без моего согласия!
Рэмсден. Вы нас заведомо дурачили, сэр!
Гектор. Слушайте! Довольно с меня, наконец, этой комедии. Мы с Вайолет — муж и жена, вот и все. Теперь, надеюсь, вам нечего сказать.
Мэлоун. Я-то знаю, что мне сказать. Она вышла за нищего.
Гектор. Неправда! Она вышла за труженика. (Его американский акцент придает особую вескость этому простому и мало популярному слову.) Я сегодня же начинаю сам зарабатывать на жизнь.
Мэлоун (злобно усмехаясь). Да, да, ты очень храбр сейчас, когда только что получил от меня очередной чек. Подождем, пока ты эти деньги истратишь, тогда у тебя спеси поубавится.
Гектор (вынимая из бумажника чек). Вот. (Бросает его в лицо отцу.) Берите свой чек, и больше вы меня не увидите. Я теперь покончил с чеками; и с вами тоже. Права оскорблять мою жену я не продам даже за тысячу долларов.
Мэлоун (потрясенный и взволнованный). Смотри, Гектор! Ты не знаешь, что такое бедность.
Гектор (пылко). Вот я и хочу узнать это. Я хочу стать Человеком. Вайолет, ты сейчас же переедешь ко мне, я помогу тебе собраться.
Октавиус (одним прыжком оказывается внизу на лужайке и подбегает к Гектору). Но прежде чем вы уйдете, Гектор, я хочу пожать вам руку. Не могу передать, как я восхищен вами. (Пожимает ему руку, чуть не плача от умиления.)
Вайолет (тоже чуть не плача, но от злости). Ах, не будь идиотом, Тави. Гектор так же годится в труженики, как и ты.
Тэннер (встав и подойдя к Гектору с другой стороны). Не бойтесь, миссис Мэлоун, чернорабочим он не будет. (Гектору.) Вам потребуется кое-какой капитал для начала, но пусть это вас не беспокоит. Считайте меня своим другом и возьмите у меня в долг.
Октавиус (поспешно). Или у меня.
Мэлоун (уязвленный в самое сердце). Кому вы нужны с вашими деньгами? Зачем это ему брать у чужих, когда есть родной отец?
Тэннер и Октавиус отступают; Октавиус, пожалуй, даже несколько огорчен, а Тэннер успокоен таким разрешением финансовой проблемы. Вайолет с надеждой поднимает голову.
Гектор, мой мальчик, не торопись. Я сожалею о своих словах и беру их обратно. Я не хотел оскорблять Вайолет; она именно такая жена, как тебе требуется.
Гектор (потрепав его по плечу). Ну-ну, ладно, папа. Не надо больше слов: мы уже помирились. Но только денег я ни у кого брать не буду.
Мэлоун (униженно молит). Не будь так суров ко мне, Гектор. Уж лучше бы ты со мной поссорился и взял деньги, чем помирился и решил голодать. Ты не знаешь жизни, а я ее хорошо знаю.
Гектор. Нет, нет и нет! Я решил и решения своего не изменю. (С непреклонным видом отстраняет отца и подходит к Вайолет.) Ну, миссис Мэлоун, придется вам поселиться со мной в отеле и открыто занять то место, которое вам по праву принадлежит.
Вайолет. Да, милый, но раньше я должна пойти к себе и сказать Дэвис, чтобы она уложила мои вещи. Может быть, ты пока поедешь один и закажешь для меня номер с окнами в сад? Я приеду через полчаса.
Гектор. Идет. Папа, вы обедаете с нами?
Мэлоун (торопясь закрепить перемирие). Да, да.
Гектор. До скорого свидания. (Издали машет рукой Энн и стоящим в цветнике вместе с ней Тэннеру, Рэмсдену и Октавиусу, затем выходит в боковую калитку.)
Его отец и Вайолет вдвоем остаются на лужайке.
Мэлоун. Вы его образумите, Вайолет, я уверен, что вы его образумите.
Вайолет. Никогда не думала, что в нем столько упрямства. Если он всегда будет таким, что мне тогда делать?
Мэлоун. Не падайте духом; домашние меры действуют медленно, но зато верно. Вы его сломите; обещайте мне, что вы его сломите.
Вайолет. Буду стараться. Конечно, по-моему, это верх нелепости — сознательно обречь себя на бедность.
Мэлоун. Еще бы!
Вайолет (после минутного размышления). Знаете что, отдайте тот чек мне. Чтобы расплатиться в отеле, понадобятся деньги. Попробую, может быть мне удастся уговорить Гектора принять их. Не сразу, разумеется, но постепенно.
Мэлоун (поспешно). Конечно, конечно. Это самое лучшее. (Передает ей чек на тысячу долларов и добавляет с лукавством.) Вы понимаете, что это скромное месячное содержание было рассчитано на холостяка.
Вайолет (холодно). Понимаю. (Берет чек.) Благодарю вас. Кстати, мистер Мэлоун, эти два дома, о которых вы говорили, эти аббатства…
Мэлоун. Ну?
Вайолет. Не решайте вопроса о покупке, пока я не посмотрю. В таких старых замках можно ждать самых непредвиденных сюрпризов.
Мэлоун. Хорошо, хорошо. Не беспокойтесь, я ничего не предприму, не посоветовавшись с вами.
Вайолет (вежливо, но без тени признательности). Благодарю вас, так будет лучше всего. (Спокойно направляется к вилле.)
Мэлоун раболепно провожает ее до верхних ступеней.
Тэннер (обращая внимание Рэмсдена на заискивающее выражение, с которым Мэлоун прощается с Вайолет). И это жалкое существо — миллиардер! Представитель господствующего духа эпохи! Плетется, как собачка на веревочке, за первой девчонкой, которая дала себе труд выказать ему презрение. Неужели и я когда-нибудь дойду до этого! (Спускается на лужайку.)
Рэмсден (следуя за ним). Чем скорее, тем лучше для вас.
Мэлоун (возвращается, потирая руки). Вот это жена для Гектора! Я ее на десять герцогинь не променяю. (Спускается на лужайку и останавливается между Рэмсденом и Тэннером.)
Рэмсден (учтиво, миллиардеру). Какая приятная неожиданность, мистер Мэлоун, встретить вас в этих краях. Уж не собираетесь ли вы купить Альгамбру?
Мэлоун. А хоть бы и так? Я бы ее сумел использовать лучше, чем испанское правительство. Но я приехал не за тем. Сказать по правде, с месяц тому назад я случайно услыхал разговор между двумя людьми; дело шло о пакете акций. Они никак не могли сойтись в цене; люди были молодые и жадные и не понимали, что если акции стоят того, что за них дают, значит они и стоят того, что за них спрашивают; разница, видите ли, почти ничего не составляла. Я для смеху вмешался и купил эти акции. Но до сих пор все никак не выясню, что за предприятие такое. Правление фирмы здесь, в Гренаде; называется оно Мендоса Лимитед. А что это такое Мендоса — копи, или пароходная линия, или банк, или патентованное средство?
Тэннер. Это человек. Я его знаю; его деятельность основана на чисто коммерческих принципах. Если вы не возражаете, мистер Мэлоун, мы можем прокатить вас по городу на машине и кстати завернуть к нему.
Мэлоун. Охотно, если вы так любезны. А позвольте узнать, с кем…
Тэннер. Мистер Роубэк Рэмсден, старинный друг вашей невестки.
Мэлоун. Очень приятно, мистер Рэмсден.
Рэмсден. Равно как и мне. Мистер Тэннер также принадлежит к нашему кружку.
Мэлоун. Весьма рад, мистер Тэннер.
Тэннер. Я тоже.
Мэлоун и Рэмсден, дружески беседуя, выходят в боковую калитку.
(Окликает Октавиуса, который прохаживается с Энн по саду.) Тави!
Октавиус подходит к ступеням.
(Говорит ему громким шепотом.) Вайолет вышла замуж за разбойничьего банкира. (Убегает вдогонку за Рэмсденом и Мэлоуном.)
Энн, в бессознательном стремлении помучить Октавиуса, приближается к ступеням.
