его не бывает, когда бесы вселяются в животных, дома, предметы.
Кому тогда пригодились наши «наблюдения восемнадцати»?
Они вызвали только презрение. Простите, но я должен сказать это: они заслужили только презрение.
Секретарь Конгрегации богослужения подтвердил это перед назначенной комиссией кардиналов, разработавшей этот новый текст, заявив, что единственными собеседниками в этом процессе могли выступать только епископы, а не священники или экзорцисты. И добавил: «Нам пришлось столкнуться с феноменом группы экзорцистов, а также демонологов, то есть тех, кто позже определили себя как международная ассоциация и организовали кампанию против обряда». Это были мы. Нас было восемнадцать человек.
Это стало неприличным обвинением.
Мы, экзорцисты, просто хотели поделиться некоторыми наблюдениями после применения «временного» ритуала, когда испытали его полную неэффективность во многих аспектах. Мы верили в Lumen gentium, догматическую конституцию католической церкви, возникшую по итогам работы Второго Ватиканского собора, где говорится: «Согласно знаниям, компетентности и престижу, каковым они пользуются, у них есть право, а на самом деле иногда даже обязанность сообщать свое мнение по вопросам, касающимся блага Церкви». Мы верили в Lumen gentium, но в Ватикане посчитали иначе. Я не думаю, что все в Ватикане действительно принимали положения этой конституции.
По счастью, в столь экстремальной ситуации кардиналу по имени Хорхе Артуро Медина Эстевес, который стал в 1996 году префектом Конгрегации богослужения, удалось в последнюю минуту издать специальное провозглашение, позволяющее экзорцистам применять старый ритуал с разрешения епископа. Это стало нашим спасением. Мы все смогли продолжить изгнание нечистой силы с помощью старого ритуала, который, на мой взгляд, является единственным эффективным средством против дьявола.
Но я должен сказать еще одну вещь. Это касается Йозефа Ратцингера. Нынешний понтифик во время составления «временного» ритуала входил в комиссию кардиналов, которой было поручено написать этот текст. Он единственный, кто прислушался к нам и изучил мнение экзорцистов, несмотря на то что, к сожалению, это мнение не разделяли другие его коллеги.
Майское утро 2009 года. Йозеф Ратцингер уже четыре года является папой римским. В течение своего понтификата он не раз говорил о Сатане. Я знаю, что для него дьявол – это существующий дух, который борется и действует против Церкви и против него самого. Ничем другим нельзя было бы объяснить такие фразы: «Для тех, кто продолжает грешить, не проявляя никакой формы покаяния, перспективой является вечное проклятие, ад, потому что привязанность к греху может привести нас к краху существования. Такова трагическая судьба тех, кто живет во грехе, не взывая к Богу. Только Божественное прощение дает нам силы противостоять злу и перестать грешить. Иисус пришел сказать нам, что Он хочет видеть всех нас в раю и что ад, о котором в наше время мало говорят, существует и вечен для всех, кто закрывает свои сердца от Его любви».
И еще: «Сегодня мы снова с болью отмечаем, что Сатане позволено просеивать учеников на виду у всего мира. Мы знаем, что Иисус молится за веру Петра и его преемников. Мы знаем, что Петр идет навстречу Господу по бурным водам истории и подвергается опасности утонуть в них, но рука Господа всегда держит его и ведет над водами».
На площади Святого Петра жарко. Весна в самом разгаре. Солнце палит на площади, где толпа верующих ожидает папу. Сегодня среда, день общей аудиенции. Верующие приехали сюда со всего мира.
На площадь входят четверо человек: две женщины и двое мужчин. Женщины – это мои помощницы. Они помогают мне во время экзорцизма, молятся за меня и за одержимых, а также помогают, насколько это возможно, самим одержимым в их долгом и трудном пути к освобождению.
Два молодых человека – это одержимые. Но о своей беде знают только они и сопровождающие их женщины.
В ту среду женщины решили привести двоих одержимых на аудиенцию к папе с верой в то, что это может принести несчастным пользу Не секрет, что многие действия и слова папы приводят Сатану в ярость. Нет тайны и в том, что даже само присутствие папы вызывает у нечистой силы беспокойство и в то же время помогает одержимым бороться против того, кто ими владеет.
Четверо приближаются к барьерам близ «трибуны», с которой Бенедикт XVI вскоре должен выступать. Швейцарская гвардия останавливает их. У всех четверых нет билетов, которые позволяют идти дальше. Две женщины настаивают. Для них важно провести молодых людей так, чтобы они оказались как можно ближе к папе. Швейцарская гвардия не делает исключений ни для кого из них и приказывает им отойти. Тогда одна из женщин притворяется, что плохо себя чувствует. Такая уловка приносит свои плоды. Всех четверых размещают за ограждениями, на сиденьях, зарезервированных для больных и инвалидов.
– Видите, Джованни и Марко? – спрашивают женщины одержимых. – Мы сделали это. Скоро прибудет папа, и мы окажемся рядом с ним.
Эти двое не отвечают. Они странно молчат. И как будто владеющие ими (это два разных беса) начинают чувствовать, кто скоро появится на площади.
Часы бьют десять часов. Из колокольной арки рядом с базиликой Ватикана выезжает открытый белый джип. В нем сидят три человека: водитель, стоящий на ногах папа, и сидящий рядом с ним его личный секретарь монсеньор Георг Генсвайн.
Обе женщины поворачиваются к Джованни и Марко, берут их за руки. Однако одержимые начинают вести себя еще более странно.
Джованни дрожит и стучит зубами.
Женщины понимают, что кто-то начинает действовать в теле Джованни и Марко. Этот кто-то с каждой минутой становится все более и более беспокойным.
– Джованни, держи себя в руках, – говорит одна из женщин.
– Держись, Джованни. Не поддавайся. Сопротивляйся. Держись.
Другая женщина говорит такие же слова Марко.
Джованни, кажется, не слышит слов, обращенных к нему. Но вдруг он оборачивается и медленно говорит ей голосом, исходящим будто из потустороннего мира:
– Я не Джованни.
Женщина ничего больше не говорит. Она знает, что разговаривать с демоном может только экзорцист. Для других людей это очень рискованно. Поэтому она молчит и просто поддерживает руками Джованни, который теперь полностью во власти демона.
Джип объезжает площадь. Двое одержимых склоняются вниз и ударяются головами об землю. Швейцарские гвардейцы наблюдают за ними, но не вмешиваются. Наверное, они привыкли к таким сценам? Возможно. Судя по всему, им уже доводилось видеть реакцию других одержимых, приходивших к папе.
Джип движется длинным маршрутом, а затем въезжает на верхнюю часть площади, в нескольких метрах от входа в базилику Ватикана. Папа выходит из машины и приветствует людей в первых рядах.
Джованни и Марко вместе начинают выть.
