— Я вот только знаешь, что думаю… Если Амалик настолько крут, неужели он не сможет позаботиться о своей дочери на расстоянии? Защитить ее от вас, например? С чего вы взяли, что у вас получится ее убить? — озвучиваю я мысль, которая терзала меня весь путь, после того, как я расправился с братом.
— В судьбе каждого человека есть такие «слепые пятна», когда его судьба еще не прописана полностью. Это поворотные точки, когда происходят кармические события, способные перенести на другие варианты реальности. Ну, ты ведь слышал о том, что кто-нибудь взял и в один момент и изменил всю свою жизнь? Так вот, он просто угадал это время для удачного переворота в своей судьбе. У Айлин завтра будет именно такой день. Никакие силы не смогут контролировать ее, даже отцовские. У нее уже был один подобный период, когда мы только приехали. Видимо, поэтому у тебя получилось провести с ней ночь. В другие моменты ты бы даже приблизиться к ней не решился. Для обряда, который собирается проводить Амалик, нужно, чтобы она была девственницей. И он оберегал ее, как мог.
— Расскажи мне про обряд, — усаживаясь на пол, прошу я. Рита достает вторую бутылку вина и протягивает ее мне. Устраивается напротив. Она немного успокоилась, но выглядит уставшей.
— Ну, смотри, — оживленно произносит она. — Любой ритуал — это символическая передача энергии…
Отдохнуть этой ночью у меня не получается. До самого утра мы говорим с Ритой. Мне не по себе от ее откровений про магию. Так получилось, что я никогда не сталкивался с этим столь близко. Да, я слышал про ведьм. Кое-то из моих знакомых называл себя так, но я никогда не верил в это как во что-то реальное. Как можно принять за истину то, что нельзя потрогать руками? Несмотря на свою сущность, я всегда скептик, когда вопросы касаются сверхъестественных сил. Вампира с научной точки зрения объяснить можно, а колдовство — нет.
Когда после душа я снова спускаюсь в гостиную, там уже царит оживление. Дина и Айлин сидят на диване и хохочу, просматривая картинки в журнале. Рита суетится, накрывая на стол. Ей помогает Дэшэн. У меня до сих пор никак не укладывается в голове известие о том, что они собираются пожениться. Это кажется мне чем-то фантастическим. Арсен с Якубом возвращаются с ночной охоты. Монро выглядит намного лучше и здоровее, хотя взгляд по-прежнему застреленный. Ну, на душевное восстановление времени потребуется больше, чем на физическое. Парни снова неразлучны, словно никакого конфликта между ними и не было. С одной стороны, я рад, что все хорошо, но с другой, есть во всем этом то, что меня настораживает. Ведь невысказанный гнев — это всегда затаенная обида. И непонятно, когда она может прийти в действие и заявить о себе местью или какой-то подставой. Мне не хочется плохо думать о друге сына, но не получается избавиться от этих сомнений.
— Я бы хотела открыть клинику по нетрадиционной медицине, — говорит Айлин и тянется к чашке. — Где можно было бы совмещать несколько направлений в лечение.
— Твой опекун сказочно богат, — говорит Дина и смотрит на меня взглядом невинного младенца. — Попроси его сделать тебе такой подарок.
— Слово «сказочно» считаю в этой фразе лишним, — протестую я.
— Да ладно тебе прибеднятся, — возмущается Дина. — Особняк в Белгравии может позволить себе далеко не каждый богач. Что тебе стоит вложиться в богоугодное дело? Заодно облегчишь себе карму!
— За такое предложение хочется подарить тебе необитаемый остров на краю света. И лично отвезти туда, — устраиваясь в кресле, говорю я. У Дины сегодня на редкость хорошее настроение. Она напоминает мне ворона, который предвкушает обед из падшего сородича. Впервые девушка мне кажется неприятной и отталкивающей. Что-то в ней после клинической смерти изменилось. Может быть, оттуда вернулась не она?
Айлин смеется до слез. Рита внимательно смотрит на нее, сжимая в руках полотенце. Потом опускает голову и тяжелым шагом поднимается наверх. Дина перехватывает мой взгляд. В ее серых холодных глазах есть что-то угрожающее. Даже озноб пробегает по коже. Сильна, чертовка.
— Сегодня такой чудесный день, — сладко потягиваясь, говорит она. — Почему бы вам с Зотикусом не прогуляться? Ему было бы полезно подышать свежим лесным воздухом. Может быть, даже укрепило его здоровье.
— Я не против, — воодушевленно отзывается ничего не подозревающая Айлин. Ощущаю себя хищником, загнанным в ловушку. — Можем после завтрак поехать. А потом я хочу практиковать магию. Знаете, это такое странное чувство, когда ты всю жизнь считаешь, что бездарь, у тебя нет дара, и вдруг — раз! — и у тебя все получается. Словно открывается какой-то канал, и ты осознаешь, что можешь все. Надо только стараться и верить в свои силы. Надеюсь, теперь я начну приносить пользу, как и моя бабушка. Это ведь прекрасно, когда ты можешь помогать людям.
— Выдвинемся через полчаса? — взглянув на часы, предлагаю я. Айлин согласно кивает. Дина с улыбкой смотрит на меня. И мне хочется ее придушить.
Долго вожусь с машиной, которая почему-то не хочет заводиться. Сначала я подумал, что ведьма имеет ввиду тот самый лес, что рядом с домом, но оказалось, что здесь есть еще другой. И мне надо везти Айлин туда. А он находится далеко отсюда, без авто не добраться. Настроение становится хуже с каждой минутой. Раздражает абсолютно все — от мелкого дождика до духов, которыми надушилась Айлин. Она сегодня как-то по-особенному красива. Или мне кажется? Белокурые волосы слегка завиты, на губах нежно-розовая помада. Серое пальто с поясом подчеркивает ее тонкую талию. Во взгляде умиротворение и нежность. Никакого золотистого пламени, только серая сталь радужки. Она садится на место рядом с водителем и включает радио. Я не люблю, слушать музыку, когда за рулем, но предпочитаю в этот раз промолчать. Пусть делает, что ей хочется.
— Я так по-глупому счастлива, — улыбаясь, говорит Айлин, когда мы трогаемся с места. — Даже не знала, что такое в принципе возможно. И я уже мечтаю о жизни в Лондоне! Строю планы, куда попрошу тебя меня отвести. И так рада, что ты появился в моей жизни. Что бабушка выбрала именно тебя.
Лучше бы у нее было плохое настроение и она молчала, честное слово. Мне совсем не хочется чувствовать себя еще большей сволочью, чем я уже ощущаю.
— Айлин, мне кажется, ты забыла кто я, — пытаюсь спустить ее с небес на землю я.
— Такое не забывается, — вздыхает Айлин. — Но для меня это шанс изменить жизнь к лучшему. Сбежать от этого ужаса, увидеть мир другим. Знаешь, сколько мы мечтали об этом с Саб? Могли всю ночь болтать, в красках представляя, как будем с ней жить в Германии. Или Франции. Выбирали первый понравившийся город, искали в гугл-картах местность, выбирали дом, который нам нравился и мысленно селились там. Бродили по окрестностям, работали в ближайших кафе официантками. Придумывали себе идеальных парней и даже выходили замуж. Если бы не она, я бы, наверное, просто свихнулась… Ты разрешишь ей иногда навещать меня?
— Конечно, — с готовностью отвечаю я. — А к кому твоя бабушка ездила в Париж?
— К тете Весте. Они долгое время были в ссоре, а потом решили помириться, — отвечает Айлин. — Это был единственный раз, когда бабушка оставляла меня одну.
Мы подъезжаем к лесу. Паркуюсь на обочине. Моя спутница выбирается из салона, разминает ноги, сладко тянется. Усилием воли заставляю себя выбраться из машины. Еще несколько минут и все будет кончено. И еще никогда мне не было так муторно перед убийством, как сейчас. Ну, может быть, только в самый первый раз. От страха и неопытности. Айлин берет меня под руку, и мы идем с ней по узкой тропинке. Здесь тихо и эта тишина угнетает, давит на затылок и плечи. И в то же время заставляет молчать, чтобы не нарушить ее волю.
— Как так получилось, что вы с Америго стали братьями? — неожиданно спрашивает девушка и мы останавливаемся.
— Нас обратили в один день, одной кровью. На самом деле это большая редкость, когда получается именно так. Наш поединок закончился в ничью. Для каждого из нас он был решающим. Тео решил, что это знак судьбы. До этого момента мы виделись с Америго лишь однажды и люто ненавидели друг друга, как соперники. Ведь никто не знал, каким будет финал… Нам обещали свободу, но оказалось, это просто иной вид рабства.
