Но рано или поздно о ней узнают все, ведь она объединяет вычислительные центры почти всех государств Европы. Все они обмениваются информацией напрямую. Система позволяет объективно следить за энергетическими запасами и потребностями каждой из стран, контролировать и координировать межгосударственные поставки электроэнергии и энергоресурсов. Но зато каждый из подключенных к системе компьютеров может узнать все, что ему требуется, у любого другого компьютера… Вспомните Виктора Дорма: как он боролся сначала за включение в систему нашего центра, потом за место директора. Ведь кто готовит основные документы для правительства? Наши специалисты на основе информации, выдаваемой всеми компьютерами страны. А при подключении объединения вычислительных центров к Всеевропейской, а теперь и к Атлантической системе Дорм не только способствовал проникновению заинтересованных международных организаций в наши секреты, но и помогал одной из них воздействовать на нашу экономику и политику. Это «Всемирная элита». Ее люди всегда старались пробраться в руководство ведущих вычислительных центров, входящих во Всеевропейскую и Атлантическую системы. Ведь они хотят стать властителями мира. Раньше они проникали в правительства, в руководство партий, в министерства государств Запада, чтобы обогатиться с помощью власти. И это им удавалось. А теперь они решили заполучить более простой, компьютерный способ…
Как я узнал об этом? У меня в кабинете есть небольшой дисплей. Установлен он для того, чтобы директор мог контролировать информационные потоки, движущиеся по основным линиям связи. Как внутри страны, так и по линиям Атлантической системы.
Началось с мелочи, со скандала из-за бурового оборудования, предназначенного для Восточной Европы. Я заинтересовался: как могло случиться, что столь выгодные поставки были сорваны? И обнаружил команды, поступающие откуда-то из недр Атлантической системы. А вскоре понял, что выявить их происхождение попросту невозможно. Подчиняясь им, где-то свертывался выпуск комплектующих изделий, где-то отсылались в неправильном направлении железнодорожные составы… И так далее. Со стороны все выглядело обыкновенной случайностью.
Зачем это было нужно? Конечно, не для того, чтобы просто сорвать выгодный заказ. Но в результате подобных акций международная обстановка обостряется. Кривая вооружений лезет вверх, принося миллиардные барыши заинтересованным корпорациям. Я запрограммировал кабинетный дисплей так, чтобы он отбирал для меня самое важное: то, что не предусмотрено соглашениями и договорами. Все равно такой информации оказалось огромное количество. Знакомясь с некоторыми данными и командами, я приходил в ужас… Но пока хватит. Надо срочно на совещание…»
На этом запись кончалась. Молчание нарушил Баркаш:
— Что же вы теперь собираетесь делать?
— Ждать, когда меня отстранят от дел, — горько усмехнулся Карги. — Это в лучшем случае. «Мерседесов»-то, как вы понимаете, много. А кассета пускай пока остается у вас. Не возражаете?
На следующий день заголовок в «Утреннем колоколе» гласил: «Чем занимается небезызвестный Карти?»
«Как всегда, «Вечерняя почта» пользуется лишь сплетнями. Ее репортеры проводили «специальное расследование» (!). Ха-ха-ха! Это наглая ложь, призванная увеличить давно уже мизерный тираж газеты. Наши же читатели всегда получают информацию только из самых достоверных источников. Вот и сегодня на вопросы нашего корреспондента отвечает знаменитый ученый, вице-президент Академии наук Франц Геккерт. Итак:
— Уважаемый мэтр! Что вы можете сказать по поводу всей этой истории с Фредериком Арно?
— Ничего! Все это чепуха, антинаучная выдумка! Наш научный мир знать не знает никакого Арно. Это самый обыкновенный шарлатан, каких расплодилось множество!
— Но, в принципе, считаете ли вы возможным, чтобы из водопроводной воды с примесью какого-то порошка можно было приготовить топливо для двигателей внутреннего сгорания?
— Чушь! Бред! Чтобы вода горела?! Гасить огонь — вот ее назначение! И, ради бога, поскорей убирайтесь вон! Не отнимайте у меня драгоценного времени!..
Так что наши уважаемые читатели могут сами судить, как относится к проблеме Арно одно из светил нашей науки. Почему же известный сыщик Макс Карти до сих пор не может выйти на след убийцы? Да потому, что он занимается неизвестно чем. Где, спрашивается, его хваленая интуиция?..»
Дальше шло еще несколько пассажей в том же духе. Но после «завещания» Рокара инспектора уже ничто не удивляло. Оставалось ждать вызова от Брина. Вскоре раздался телефонный звонок.
— Читал сегодняшний «Колокол»? — вместо приветствия поинтересовался комиссар, и Макс понял, что ничего хорошего не предвидится. — Как твое мнение?
— Да чепуха все это…
— Чепуха? — буркнул комиссар. — Ладно, приезжай в управление.
По дороге Карти размышлял, стоит ли ему посвящать комиссара во все. Он не был уверен, что это принесет пользу, зато знал Брина как человека пускай не всегда решительного, но честного и порядочного. Уже поднимаясь на лифте, он решил рассказать шефу все, конечно, в разумных пределах. О Варкаше, например, лучше пока умолчать…
Долго смотрел на Макса комиссар, когда тот закончил рассказ. Каждый думал о своем. Брин — что его любимец Карти связался с тайной международной организацией. Связался на свою голову. Инспектор же ждал, что комиссар опять предложит какой-нибудь компромисс.
— Да, мой мальчик, много ты накопал, — проговорил наконец Брин. Причем того самого, чего лучше бы не касаться. Начнем с «Всемирной элиты». Это не партия, не союз, а своеобразная масонская ложа, объединяющая тысячи людей из самых разных государств. И все они стремятся пробиться повыше, опираясь на помощь братьев по организации и не брезгуя ничем: ни подлостью, ни преступлением… Когда я с ними в свое время столкнулся, компьютеров у них еще не было. Они действовали примитивнее: подкупами, лестью, угрозами… А сейчас их люди везде — даже в полиции, в армии…
Макс хотел возразить, но комиссар перебил его:
— Знаю, что ты хочешь сказать. Но будь предельно осторожен. «Мерседес» был только предостережением. Вероятно, Фредерик Арно добился все-таки своего. Иначе… он остался бы жив.
— Сегодня я должен увидеться с человеком, который знаком с его опытами. И нужно разыскать этого Шарца…
— Шарца пока не трогай, оставь его мне. А что пока доложить начальству?
— Я буду работать пять дней, не больше.
— Почему именно пять?
— Пять дней — крайний срок, — замялся Карти. — Понимаете, вскрывать Арно я не разрешил. Но через пять дней мозговое прослушивание станет бесполезным.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
