Читаем без скачивания Танковые войска СССР. «Кавалерия» Второй Мировой - Владимир Дайнес

Утром 4 августа войска ударной группировки Воронежского фронта перешли к преследованию противника. 6-й танковый корпус 1-й танковой армии был выведен из боев за Томаровку и направлен за 3-м механизированным корпусом, прорвавшим вторую полосу обороны противника. Соединения 69-й и 7-й гвардейской армий Степного фронта 5 августа штурмом овладели Белгородом и сразу же устремились к Харькову. В результате фронт прорыва вражеской обороны достиг 120 км. Танковые армии продвинулись до 100 км, а общевойсковые армии – на 60–65 км. Это вынудило противника начать выдвижение на белгородско-харьковское направление дивизий «Райх», «Мертвая голова», «Викинг», 3-й танковой дивизии из Донбасса и моторизованной дивизии «Великая Германия» из района Орла.

В свою очередь представитель Ставки ВГК маршал Г.К. Жуков и командующий Степным фронтом генерал И.С. Конев направили 6 августа И.В. Сталину предложения по дальнейшему развитию операции «Полководец Румянцев»[255]. В состав Степного фронта намечалось передать из Воронежского фронта 5-ю гвардейскую танковую армию, которая должна была выйти в район Ольшаны, Старый Мерчик, Огульцы. 1-ю танковую армию планировалось сосредоточить в районе Ковяги, Алексеевка, Мерефа. Командующим Воронежским фронтом и 1-й танковой армией 6 августа была направлена директива № 13449 Генштаба об использовании ударной группировки армии компактно, не распыляя ее усилий в нескольких направлениях[256].

Войска 1-й танковой армии, развивая наступление в юго-западном направлении, силами 6-го танкового корпуса 7 августа внезапным ударом освободили Богодухов. 5-я гвардейская танковая армия, обойдя узлы сопротивления врага в районе Орловки, ворвалась в Золочев. Войска 6-й гвардейской армии овладели сильным узлом обороны – Томаровкой, окружили и уничтожили борисовскую группировку противника.

К 10 августа главные силы 1-й танковой армии вышли к р. Мерчик. 5-я гвардейская танковая армия была переподчинена Степному фронту. Войска 6-й гвардейской армии вышли в район Краснокутска, а соединения 5-й гвардейской армии охватили Харьков с запада. Степной фронт подошел к внешнему оборонительному обводу Харькова и навис над ним с севера. Соединения 57-й армии, переданной 8 августа в Степной фронт, подходили к Харькову с юго-востока.

10 августа Сталин дал маршалу Жукову указания об использовании танковых армий для изоляции харьковской группировки противника «путем скорейшего перехвата основных железнодорожных и шоссейных путей сообщения в направлениях на Полтаву, Красноград, Лозовую и тем самым ускорить освобождение Харькова». Для этой цели 1-я танковая армия (260 танков) должна была перерезать основные пути в районе Ковяги, Валки, а 5-я гвардейская танковая армия, обойдя Харьков с юго-запада, – перерезать пути в районе Мерефы[257].

Генерал-фельдмаршал Э. фон Манштейн, стремясь ликвидировать прорыв советских войск, подтянул к Харькову 3-й танковый корпус (около 360 танков), который намеревался использовать совместно с оперативной группой «Кемпф» для удара по восточному флангу вклинившихся советских войск. «Одновременно, – пишет Манштейн, – по западному флангу должна была нанести удар 4-я танковая армия силами двух танковых дивизий, возвращенных группой «Центр», и одной мотодивизии. Но было ясно, что этими силами и вообще силами группы нельзя было далее удерживать линию фронта»[258].

Передовые танковые бригады (49-я, 112-я и 1-я гвардейская) 1-й танковой армии 11 августа вышли к железной дороге Харьков – Полтава, оторвавшись от главных сил корпусов на удаление около 20 км. В районе южнее Богодухова они встретились с передовыми частями 3-го танкового корпуса врага, выдвигавшегося на рубеж развертывания для нанесения контрудара. В результате завязалось встречное сражение, продолжавшееся весь день. «Напор врага нарастал с каждым часом, – вспоминал М.Е. Катуков. – Теперь наша армия оборонялась в одноэшелонном построении. Все три корпуса развернулись на переднем крае и, организовав подвижные засады на высотах, опушках рощиц, окраинах населенных пунктов, вели тяжелые изнурительные бои. Фашистские атаки не прекращались. Гитлеровцы вели непрерывный артиллерийский и минометный огонь, бомбили наши боевые порядки, не такие уж плотные к этому времени. Так, например, пять танковых бригад, оборонявшихся на рубеже Александровка – Сухина – Крысино, имели всего 40 танков, причем половина из них легкие»[259].

Противнику удалось превосходящими силами окружить передовые отряды 1-й танковой армии в районе Ковяги, которые в ночь на 12 августа были вынуждены прорываться на соединение с главными силами корпусов. В этой сложной обстановке командующий Воронежским фронтом приказал 1-й танковой армии и одному стрелковому корпусу 6-й гвардейской армии нанести удар по прорвавшимся к Мерчику войскам противника и прочно обеспечить правый фланг основной ударной группировки фронта.

Утром 12 августа 1-я танковая армия возобновила наступление. Одновременно противник ввел в сражение под Богодуховом основные силы 3-го танкового корпуса, чтобы разгромить войска Воронежского фронта, вышедшие в район Богодухова, и освободить дорогу Харьков – Полтава. В результате развернулось встречное танковое сражение, в котором со стороны 1-й танковой армии участвовало 134 танка, а со стороны противника – около 400 танков. Противнику удалось потеснить соединения 1-й танковой армии на 3–4 км. На помощь им в середине дня 12 августа пришли части 5-й гвардейской танковой армии и 32-й гвардейский стрелковый корпус. Они совместными усилиями остановили противника. На следующий день в сражение вступили соединения 6-й и 5-й гвардейских армий. При поддержке фронтовой авиации наземные войска нанесли врагу большие потери, а затем и отбросили его в исходное положение. 1-я танковая армия хотя и остановила противника, но разгромить его не смогла и в ночь на 14 августа перешла к обороне.

Переход к обороне осуществлялся в тех боевых порядках, в которых соединения 1-й танковой армии вели наступательные действия, стараясь сосредоточить основные усилия на закреплении занятого рубежа. Поэтому вторые эшелоны и резервы корпусов располагались на удалении 2–3 км от переднего края, а затем глубина обороны постепенно возрастала. Оборона носила очаговый характер с созданием системы танковых засад, противотанковых районов и минно-взрывных заграждений. Засады располагались в шахматном порядке на глубину 2–3 км совместно с подразделениями автоматчиков и противотанковой артиллерии. Противотанковые районы создавались в корпусном и армейском звеньях на особо важных направлениях в составе истребительно-противотанкового артиллерийского дивизиона или полка каждый. Армия имела одноэшелонное построение и низкие плотности сил и средств. Оборонительные действия она вела совместно с 23-м гвардейским стрелковым корпусом 6-й гвардейской армии. Успеху организации обороны способствовали надежное управление и четко организованное взаимодействие во всех звеньях. Командиры соединений принимали решения по карте, уточняли его на местности, а затем быстро доводили задачи до войск, широко практикуя личное общение с подчиненными.

Пока войска занимались организацией обороны, Ставка ВГК 12 августа приняла решение по развитию Белгородско-Харьковской операции[260]. В директиве № 10165 Воронежскому фронту предписывалось ударом 1-й танковой армии в общем направлении Валки, Новая Водолага совместно с 5-й гвардейской танковой армией отрезать пути отхода харьковской группировке на юг и юго-запад. После разгрома этой группировки и овладения г. Харьков предписывалось продолжать наступление в общем направлении Полтава, Кременчуг и к 23–24 августа выйти главными силами на линию станция Ярески, Полтава, (иск.) Карловка. В дальнейшем предстояло наступать к р. Днепр и выйти к нему на участке Кременчуг, Орлик, предусмотрев захват переправ через реку подвижными частями. Для обеспечения наступления ударной группировки требовалось правым крылом фронта к 23–24 августа выйти на р. Псел, где прочно закрепиться.

Степной фронт должен был после овладения Харьковом продолжать наступление в общем направлении Красноград, Верхнеднепровск и к 24–25 августа выйти главными силами на линию Карловка, Красноград, станция Кегичевка. В дальнейшем развивать наступление к р. Днепр, предусмотрев захват переправ через реку подвижными частями.

По данным штаба 1-й танковой армии, на рубеже Трефиловка, Фастов, Бутово, Триречное, выс. 233, 2 в первой линии оборонялись три пехотные дивизии (255, 332, 167-я) и две танковые дивизии (3-я и предположительно 6-я) противника, которые были укомплектованы в среднем на 40–50 % личным составом, 35–40 % танками и до 70 % артиллерией. На участке Трефиловка, (иск.) Новая Горянка, Ямное, Пушкарное, Заготскот заблаговременно была создана оборонительная полоса глубиной до 7 км с сильно развитой системой противотанковых и противопехотных препятствий, по всему переднему краю расположены проволочные заграждения в 2–3 кола и траншеи полного профиля. На переднем крае и в глубине сооружены ДЗОТы, укрепленные наблюдательные пункты, на обратных скатах – убежища. В среднем на 1 км фронта приходился один ДЗОТ, 3–4 убежища, до 0,8 батальона живой силы. На этом же участке противник имел 25–30 орудий полковой артиллерии, до 12 батарей 105-мм. Танкоопасные направления были перекрыты минными полями. Начертание истинного переднего края обороны противника разведка 1-й танковой армии не сумела установить. На втором оборонительном рубеже Борисовка, Бессоновка располагались предположительно танковый корпус СС и танковая дивизия СС «Великая Германия». На основном и втором рубежах предполагалось наличие, кроме штатной артиллерии, трех пехотных дивизий и трех танковых дивизий, четырех артиллерийских полков РГК (40, 54, 70 и 52-й полки шестиствольных минометов).