Я возбужденно покусывала губы, охваченная одним желанием — прикоснуться к его плоскому мускулистому животу. С трудом оторвавшись от созерцания рельефных мышц в самом низу, я скользнула взглядом по крепкой груди и широким плечам, оценив безупречную золотистую кожу.
— Прекрати, Джоселин, — сверкнул он глазами. — Если ты будешь так на меня таращиться, все кончится намного раньше, чем я рассчитываю.
Вот как. Значит, сейчас я обладаю над ним властью. Приятное ощущение.
— Нет, этого допустить нельзя.
Я похотливо ухмыльнулась и завела руки за спину, чтобы расстегнуть лифчик. Он полетел в дальний конец кровати, голые груди покрылись мурашками от холодного воздуха. Теперь пришла очередь Брэдена жадно пялиться на меня.
Взгляд его поднялся от моей груди к лицу, губы внезапно искривились, словно от горечи. Я настороженно напряглась.
— Знала бы ты, как я изводился с того дня, как увидел тебя голой в этой самой квартире! Это было настоящим мучением — сидеть в баре или за обедом, смотреть на тебя и знать, что под одеждой скрывается тело, от которого можно с ума сойти.
Оказывается, он умеет говорить приятные вещи.
Прищурившись, он взялся за молнию на брюках. Молния расстегнулась, громко взвизгнув.
— По твоей милости мы тянули с этим до жути долго, — промурлыкал Брэден. — Сейчас я с тобой расквитаюсь, негодница.
Я ничего не имела против. Пульсация внизу живота усилилась.
Я выдернула заколку и распустила волосы. Они рассыпались по плечам во всей красе. Брэден пожирал это зрелище ненасытным взглядом.
— Знай наших, — пробормотала я осипшим голосом.
Не знаю, кто из нас первым разделся донага. Я любовалась впечатлением, которое произвели на Брэдена мои волосы, как вдруг оказалась на спине, без трусов, придавленная к матрасу его тяжелым телом. Я раздвинула ноги, пропуская его внутрь, и, дрожа от предвкушения, уставилась в его потемневшие глаза.
— Чего ты ждешь? — пролепетала я.
— Даю тебе время одуматься, — нахально усмехнулся он.
Я сердито запыхтела.
— Какое там одуматься! Ты что, не видишь, что я голая!
— Голой я тебя видел и прежде. Но тогда ты не хотела трахаться.
— Брэден, хватит дурить!
Я ткнула его кулаком в плечо. Брэден расхохотался, его мощный член пришел в движение, щекоча мой живот.
Наслаждение было таким острым, что я едва не задохнулась. Брэден приглушенно застонал и впился губами в мои губы. Поцелуй наверняка задумывался как долгий, сексуальный, распаляющий медленным огнем. По крайней мере, он начался именно так. Но несколько недель ожидания сделали нас обоих нетерпеливыми. Поцелуй становился все более жестким и агрессивным, мои пальцы вцепились ему в волосы, его руки все крепче стискивали мои груди, чувствительность которых обострилась многократно. Когда он принялся ласкать мой сосок большим пальцем, мои бедра невольно пришли в движение.
— Тебе это нравится, детка, — промурлыкал он, скорее утверждая, чем спрашивая.
Губы его прочертили дорожку легких поцелуев на моей шее. Я, оставив его волосы, скользнула ладонями по безупречной коже плеч, а он тем временем сосредоточился на моей правой груди. Губы его коснулись соска, и у меня перехватило дыхание. Еще один поцелуй. И еще один.
— Брэден, — взмолилась я.
По движению его губ, приникших к моей коже, я поняла, что он улыбается. В следующее мгновение сосок оказался во влажном плену его губ, которые сжимались все плотнее, втягивая его. Острое копье вожделения пронзило меня насквозь.
— Господи, Брэден, что ты со мной делаешь!
Он выпустил мой сосок и переключился на второй. Я пыталась как можно теснее прижаться к нему бедрами. Нетерпение, сжигавшее меня, казалось, было более неуемным, чем его нетерпение. Мне слишком долго пришлось сдерживаться.
— Детка, детка, — бормотал он, щекоча губами мне ухо.
Руки его скользнули вниз, к моим бедрам, словно уговаривая не спешить.
— Ты уже увлажнилась для меня, Джоселин?
Более чем. Я просто истекаю влагой. И желанием.
— Брэден…
— Отвечай, — потребовал он.
Руки его проникли меж моих ног, они поглаживали внутреннюю сторону бедер, распаляя мое ожидание.
— Скажи, что ты для меня увлажнилась.
После, когда я вспоминала об этих минутах, мне трудно было поверить, что это настойчивое требование не вызвало у меня ни малейшего смущения. Более того, я с радостью поспешила его выполнить. Прежние мои партнеры не имели привычки говорить во время секса. Тем более о таких пикантных вещах. Я даже не представляла, что это действует дико возбуждающе.
— Я увлажнилась для тебя, — прошептала я одними губами.
Брэден удовлетворенно вздохнул и вновь впился в мои губы глубоким ненасытным поцелуем. Его язык сливался с моим, пальцы делали свое дело. Я задрожала, когда они оказались там, куда давно уже не проникала ничья рука. Губы Брэдена стали настойчивее, пальцы — осторожнее. Когда его большой палец нащупал мой клитор и принялся его ласкать, я не выдержала, оттолкнула его губы и издала приглушенный сладостный вопль.
— Детка, ты обалденно влажная, — простонал он, голова его упала на подушку рядом с моей, губы щекотали шею.
Он оставил мой клитор, но прежде, чем я успела запротестовать, запустил в меня два пальца. Широко расставив колени и вцепившись ногтями в обнаженную спину Брэдена, я таяла от наслаждения.
— Давай, давай, — молила я.
Пальцы его проникали все глубже, двигаясь туда-сюда. Приподнявшись на локте, он заглянул мне в лицо, проверяя, близка ли я к оргазму.
— Да, да, — выдохнула я, ощущая, как внутри меня туго сжимается спираль.
Внезапно его пальцы прекратили свое сладостное вторжение.
— Что…
— Так ты кончишь раньше, чем я в тебя войду, — сказал он, прижимая мои руки к матрасу. Лицо его исказило напряжение страсти. — Я хочу, чтобы мы кончили одновременно.
Я ничего не имела против.
Дыхание у меня перехватило от удовольствия, когда я ощутила прикосновение его возбужденного члена. Он терся и терся, распаляя меня до крайней степени, так, что мне хотелось подпихнуть Брэдена в задницу и заставить наконец войти. Но он крепко сжимал мои запястья и при этом ухмылялся, словно догадываясь о моих намерениях. Бедра его медленно ходили туда-сюда, продолжая упоительную пытку.
— Давай, Брэден, — нетерпеливо требовала я.
В ответ он рассмеялся:
— Что ты хочешь, детка?
— Поспеши, или я сейчас кончу.
— Нет, этого я не допущу.
В следующее мгновение он мощным толчком вошел в меня, и я тихонько заскулила. Прежде мне не приходилось иметь дело с таким впечатляющим размером, и в первый момент я почувствовала легкое неудобство.
