― Держите ее!
― Ты идиот! ― закричала я, когда руки сомкнулись на моих плечах, оттаскивая меня назад. ― Ты проклятый дурак!
Если Бьорн и услышал, то никак не отреагировал.
Стен и остальные его люди были на другом конце моста и надвигались на Бьорна, сомкнув стену щитов, сквозь ее щели торчали копья.
― Уступи, Огнерукий, ― крикнул ярл. ― Сдайся, и мы оставим тебя в живых.
― Зачем мне уступать, если я побеждаю? ― Бьорн подтолкнул сапогом умирающего. ― Ты и твои воины должны сдаться. Отступите, сохранив свои жизни, если не честь.
― Только не тогда, когда дева щита еще жива, ― прорычал Стен. ― Без нее Снорри ― ничто. Без нее не будет будущего, которое предвидела Сага.
Бьорн рассмеялся.
― Ты не в силах изменить ее судьбу. ― Затем он метнул свой топор в один из щитов, и в воздух полетели куски горящего дерева, а человек, в которого попал топор, зашатался и врезался в тех, кто стоял за ним.
― Атакуйте, ― прорычал Стен. Мужчины бросились вперед, топор Бьорна все еще был воткнут в щит мужчины, а дерево почти сгорело.
Бьорн нагнулся, чтобы подобрать свой упавший меч, когда один из мужчин ударил его поверх щита, острие копья задело его лицо. Бьорн лишь отступил в сторону и вонзил мой меч в ту же щель, мужчина закричал, когда лезвие пробило ему грудь.
Топор Бьорна снова появился в его руке, когда он увернулся от очередного удара копьем, и он потянулся, чтобы зацепить щит женщины, дернув ее вперед. Она споткнулась и замахнулась топором на Бьорна, но он увернулся, нанося удар в бок, и огненное топорище вонзилось в ее торс, кольца кольчуги разлетелись в стороны, когда она закричала.
Он перешагнул через ее труп и протиснулся в брешь, оставленную ею в стене щитов, мужчины и женщины падали, когда он рубил их, а затем отступал, его лицо было алым от крови.
― Держите стену, ― крикнул Стен, заняв место женщины, и щиты снова сомкнулись. В глазах воинов Стена читался страх, но они держали строй. Один из них метнул копье в Бьорна, и я задохнулась, но Бьорн отбил его в воздухе своим топором. Еще несколько человек последовали примеру, бросая копья одно за другим.
Я закричала, борясь с полудюжиной годаров, не дававших мне прийти на помощь Бьорну, когда он упал, ударившись спиной о барьер.
― Нет! ― закричала я, уверенная, что он смертельно ранен. Я была уверена, что теряю его.
Но вместо того чтобы рухнуть замертво, Бьорн поднял перед собой упавший щит.
Через мгновение двое из нападавших воинов закричали и упали, в их спины вонзились стрелы.
Что происходит?
Пригнувшись, я попыталась рассмотреть. На дальней стороне моста собралась группа воинов с луками в руках.
Их возглавлял Снорри.
Он проревел:
― Выпускай! ― и на Стена и его людей посыпался дождь стрел.
Отступать им было некуда.
Несколько человек попытались пройти через ворота, но отскочили от преграды, и стрелы нашли их спины. Другие, видя, что бежать некуда, бросились на Бьорна, отчаянно пытаясь использовать его, чтобы укрыться от шквала стрел.
Бьорн ударил одного из них своим топором. Тот застонал, зажимая обугленную рану на руке, но остальные схватились за щит Бьорна и вырвали из его рук. Посыпались новые стрелы, одна из которых просвистела так близко от его руки, что я ахнула, когда она отскочила от барьера.
Вырвавшись из рук годаров, я бросилась вперед, но кто-то схватил меня за ноги. Я упала на Бьорна и, понимая, что дальше мне не продвинуться, обхватила его руками. Жар его топора опалил ткань моего рукава, когда я сжала его пальцы, впиваясь в них ногтями, чтобы не выпустить.
― Хлин, ― прошептала я. ― Защити меня.
Защити его.
Магия заструилась из моих рук, покрывая Бьорна серебристым сиянием, как раз в тот момент, когда воин замахнулся на него мечом. Я закричала, предупреждая, но Бьорн спокойно поднял одну руку.
Меч отскочил от моей магии с такой силой, что перелетел через голову воина и упал в пропасть. Вокруг нас посыпались стрелы, но пока я готовилась к неизбежной боли, когда одна из них попадет в меня, Бьорн даже не вздрогнул. Вокруг нас падали воины, наполняя мои уши криками боли и своими последними вздохами.
А потом наступила тишина.
Я судорожно втягивала воздух. Мои ногти впились в руку Бьорна, вторая рука обвилась вокруг его талии, а лицо уткнулось в бедро. Годары прекратили свои попытки протащить меня обратно через барьер. Ноги болели в тех местах, куда впивались их пальцы, а кожа, скорее всего, завтра покроется синяками. Если я проживу так долго.
― Все кончено, ― тихо сказал Бьорн. ― Они мертвы.
Я верила ему, но не могла взять под контроль свою магию. Не могла ослабить защиту, когда в венах бурлила кровь, подгоняемая гневом и страхом. Не могла отпустить его, когда была так близка к тому, чтобы потерять его совсем.
― Фрейя, мой отец идет.
Его отец. Мой муж.
Снорри был нашим спасением, но я предпочла бы столкнуться с другим кланом, пытавшимся убить меня, чем с ним.
― Фрейя. ― Глубокий голос Снорри разорвал тишину. ― Опусти свой щит.
Вспышка горечи наполнила меня, но я подчинилась и подавила свою магию, а затем ослабила хватку на руке Бьорна. На его коже остались пять багровых полумесяцев от моих ногтей, и из одного из них на землю скатилась капелька крови. Меня пробрала дрожь, но я села на корточки и подняла лицо, чтобы встретить взгляд Снорри.
Илва стояла рядом с ним, остальные воины его отряда ― за его спиной.
― Ты победила драугов и прошла испытание. ― Рот Снорри расплылся в широкой улыбке. ― Я знал, что так и будет. У богов на тебя свои планы.
Не знаю почему, но его слова вызвали во мне прилив гнева. Он рисковал моей жизнью и жизнью Бьорна, слепо веря в слова, нашептанные призраком, и при этом вел себя так уверенно, словно все шло по его четко разработанному плану.
― Я все время это слышу. ― Мой голос звучал хрипло, что было даже к лучшему, потому что это скрывало холодность моего тона. ― Похоже, ты поднялся на гору целым и невредимым.
Снорри пожал плечами.
― Пришлось прибегнуть к хитрости, но боги вознаграждают умных, и принесенные жертвы стоили того, чтобы мы вовремя добрались до вас.
Я еще раз оглядела воинов ― все лица, которые я ожидала увидеть, присутствовали, и ни один не выглядел хуже, чем раньше.
― Какие жертвы?
Снорри даже не моргнул.
― Рабыни. Мы выдавали их за тебя. Трижды это сработало ― те, кого послали устроить нам засаду, преследовали белокурую женщину, переодетую воином, которая сбежала от нас.
Мертвы. Все три женщины были мертвы.
Тошнота скрутила желудок. Отвернувшись, я выблевала его содержимое в грязь. Жертвоприношения подразумевали, что у тех, кто отдавал жизнь, был выбор. Подразумевалось, что они хотели умереть, хотя на самом деле Снорри наверняка угрожал им худшей смертью, если они откажутся.
Жестокий, бессердечный урод. Я так и осталась стоять на коленях, сплевывая на землю, потому что если бы я повернулась сейчас, то убила бы его.
Или, по крайней мере, попыталась.
И когда я неизбежно потерплю неудачу, потому что рядом окажутся куда лучшие воины, чем я, моя семья будет наказана.
Прикуси язык, Фрейя, приказала я себе. Мертвые тебе не помогут, но ты еще в силах обречь на гибель живых.
― Думаю, не стоит здесь задерживаться, учитывая, что придут другие, ― сказал Бьорн. Повернувшись к старому священнику, он добавил: ― Может, продолжим с того места, на котором я остановился?
Старик, разинув рот, смотрел на кровавую бойню, но при словах Бьорна моргнул, а затем кивнул.
― Да. Да, конечно, сын Тира.
Бьорн опустился на колени, чтобы завершить обряд, а воины Снорри принялись снимать с мертвецов ценности и оттаскивать тела в сторону, где, как я полагала, их в конце концов сожгут. Враги они или нет, но они были горцами и их должны были похоронить с почестями.
― Мы будем ждать тебя в Зале Богов. ― Бьорн бросил эти слова отцу через плечо, проходя через барьер. Обняв за плечи, он повел меня сквозь толпу зевак, которые расступались перед нами, снова и снова шепча нам в след ― они победили драугов.
