class="p1">Черт, она что, издевается надо мной? Она думает, что я умею лишь болтать?
Как плохо она меня знает.
– Ничего подобного, Лотти. – С этими словами я скольжу рукой по ее голому бедру, продолжая удерживать ее руку над головой.
Она ахает от моего неожиданного прикосновения, а когда я двигаю рукой по ее спине и вниз по сладкой заднице, прикусывает нижнюю губу.
– И не я это начал, – говорю я, хотя именно так и было. – Ты явилась на ужин в одном халате.
– А вчера я пришла в пеньюаре. В чем разница?
Провожу пальцем между ее ягодиц и перемещаю руку выше, к пояснице, затем притягивая Лотти к себе.
– Ты сделала это умышленно.
– Как бы тебе, Хаксли, ни хотелось в это верить, я не планирую соблазнять тебя. Наоборот, хочу проводить с тобой как можно меньше времени.
– Тогда почему не уходишь сейчас? – Я подношу руку к ее коже и плавно провожу пальцами чуть ниже пупка. Волна похоти накатывает на нее – это видно по глазам, по тому, как она чуть перемещается, слегка раздвигая ноги.
– Разоблачаю твой блеф, – отвечает она. – Ты никогда не прикоснешься ко мне…
– Прикоснусь вот так? – спрашиваю я, скользя пальцем по ее лобку. Лотти задерживает дыхание, откидывает голову назад и подается бедрами вперед. – Или вот так? – Добавляю еще один палец, но на этот раз двигаюсь дальше, касаясь клитора. Такая нежная кожа. – Потому что никогда не стоит строить предположения о том, чего я не сделаю. – Наблюдая за тем, как тело Лотти реагирует на мои прикосновения, я продолжаю: – Скажи, что хочешь большего.
Она качает головой.
– Нет. Я никогда не доставлю тебе такого удовольствия.
– Ясно. – В эту игру могут играть двое. Продолжая прижимать Лотти к стене, я смотрю на ее гладкую киску и скольжу двумя пальцами вверх и вниз, нежно сжимая клитор.
– О боже, – шепчет она, мотая головой из стороны в сторону и крепче сжимая мою руку.
Медленно двигаю пальцами, дразня Лотти. Она расставляет ноги чуть шире, и я, принимая это движение за приглашение, скольжу в нее одним пальцем.
Ого, да, она тугая.
И мокрая.
Охрененно мокрая.
Придвигаюсь ближе, мне хочется подразнить ее, прижаться губами к теплой коже, но я сдерживаюсь. Речь о том, чтобы доказать свою точку зрения. Я хочу показать ей, что именно могу сделать с ее телом с помощью одной лишь руки.
Вытаскиваю из нее палец и провожу большим пальцем по клитору. Она втягивает воздух, когда я надавливаю сильнее, выводя круги на тугом комочке.
– Да, – шепчет Лотти, двигая бедрами и умоляя о большем. Но я продолжаю едва касаться ее, сводя ее с ума этим небольшим давлением.
Медленные круги.
Еще и еще.
Постепенно доводя ее до предела.
Поднимая на новые высоты.
И сводя с ума.
Лотти прикусывает нижнюю губу. Ее грудь вздымается, халат едва прикрывает ее. Любое резкое движение – и я увижу больше. А хватка на моей руке такая сильная, что утром там могут появиться синяки.
Но оно того стоит.
Потому что видеть ее такой – как она подчиняется мне, позволяет трогать ее и доводить до пика – все это, черт возьми, стоит того.
– Еще, – шепчет она. – Дай мне больше.
Именно это я и хотел услышать. Отпускаю руку Лотти и до того, как она успевает возразить, разворачиваю ее лицом к стене, заставляя упереться обеими руками в стену, а щекой прижаться к белой поверхности. Обхватываю ее промежность и притягиваю задницу к своей ширинке, чтобы она могла почувствовать, насколько я возбужден.
Хриплый вздох доставляет мне удовольствие, когда я снова и снова провожу пальцем по ее клитору.
– А теперь ты ненавидишь меня? – Поглаживаю тугой комочек и заставляю ее тело дрожать напротив моего.
– Больше жизни.
– Потому что я знаю, как доставить тебе удовольствие? – спрашиваю я, прижимаясь губами к ее уху.
– Да. – Теперь я ввожу в Лотти два пальца. Она издает слабый стон.
– Ты не хочешь, чтобы я трахал тебя пальцами?
Начинаю вытаскивать их, но она протестует.
– Нет, хочу.
– Хочешь чего? – Мой член такой твердый, что я испытываю боль, когда он упирается в молнию брюк.
– Трахни меня. Я хочу, чтобы ты трахнул меня.
Другой рукой я глажу ее шею и наклоняю ее голову назад, чтобы произнести прямо в ухо:
– Итак, ты меня ненавидишь, но хочешь, чтобы я доставил тебе удовольствие. – Большим пальцем надавливаю на ее клитор, и она сдавленно стонет. – Насколько близко ты сейчас?
– Близко, – шепчет она, ее тело дрожит. – Очень близко.
– Хорошо, – говорю я, а затем убираю руку с ее киски.
– Ч-что ты делаешь? – Растерянный вздох Лотти доставляет мне огромное удовольствие.
– Лотти, почему я должен доводить тебя до оргазма? Почему должен ласкать тебя?
– Потому что ты будешь гадом, если не сделаешь этого. – Она упирается ладонями в стену и наклоняет голову вперед. Каждый мускул, каждая клеточка ее тела напряжена.
Снова провожу пальцем по ее клитору, внимательно наблюдая за тем, как она все сильнее напрягается, выгибая спину. Я хочу подвести ее к краю, к точке, где она будет готова взорваться.
– Лотти, ты уже считаешь меня гадом, так какая разница? Ведь ты уже думаешь обо мне самое худшее. Если я позволю тебе кончить, ты все равно не изменишь своего мнения.
– Но, по крайней мере, я буду знать, что ты можешь командовать моим телом. Разве не этого ты хочешь? Заполучить контроль?
Она знает, как со мной разговаривать, знает, что я хочу услышать, и это пугает. Потому что да, я хочу заполучить контроль. Хочу, чтобы она смотрела на меня и возбуждалась. Чтобы желала меня с того самого момента, как я захожу в комнату. И я знаю, что не должен, понимаю, что это сугубо деловое соглашение, но сегодня она высвободила что-то внутри меня. И теперь я чувствую… отчаянное желание.
– Скажи мне. – Сжимаю ее клитор, получая в награду громкий стон. – Когда я захожу в комнату, ты возбуждаешься?
Она отвечает не сразу, несколько секунд пытается перевести дыхание.
– Нет, – наконец выдыхает она.
Прижимаясь к ней, я настаиваю:
– Какого черта нет?
– Потому что, – задыхается она, когда я тру пальцами ее клитор. – Черт, – тяжело дыша, бормочет она. – Потому что я не знаю, как… как сильно ты можешь заставить меня кончить.
– Это что, вызов? – спрашиваю я, убирая руку от клитора, из-за чего Лотти практически падает мне на грудь. Она дрожит, и я понимаю, что почти довел ее до нужного состояния. Она там, где мне и нужно.
– Скорее просьба. – Услышав уязвимость в ее голосе, я отказываюсь
