Конечно, это утопия. Три человека без средств, без связей в регионах никогда не смогут создать такую организацию. Это возможно только тогда, когда нормальное общество будет доведено до отчаяния. Но это возможно в любой стране, кроме России.
В России, если человеку каждый день бить морду, то он привыкнет к этому и, вероятно, будет находить в этом удовольствие как в средстве для приведения в ясность мыслей.
В Албании пирамида типа МММ вызвала такие волнения, что толпы вкладчиков смели правительство, допустившее пирамиды. В одной крупной латиноамериканской стране обвалили вклады населения в их главном государственном банке, типа нашего Сбербанка. Ну, как у нас в России. Спасибо армии родной, что не дала там уничтожить полностью правительство и всех банкиров.
На Россию и ее народ надежды нет. Русский народ ничего сам делать не будет. Его надо заставлять, так же как заставляли другие народы жить культурно и по определенным канонам, подкрепленным религиозными догмами.
Культура на Западе не от внутренней культуры человека, а от того, что над ним висит меч понятий и правил, не исполнение которых влечет неотвратимое воздействие. В Швейцарии не подстриги вовремя траву на газоне, так соседи культурно настучат куда надо. Приедут люди, подстригут газон, возьмут за это деньги. Другие органы возьмут штраф за не подстриженный газон. И соседи будут довольны выполненным долгом.
Поэтому ребята, давайте мы разбежимся в разные стороны. За меня не беспокойтесь. Я за себя постоять сумею. И вас защитить при необходимости. Уж поверьте мне. Государство будет на меня работать. Оно для этого и создано. Столкновение с интересами государства в криминальной сфере и не в криминальной, так сказать государственной, неизбежно. Не мы начинаем это противостояние. Будем ждать первый шаг с их стороны.
Глава 18
Шаг не заставил себя долго ждать. Нас взорвали прямо после вечеринки, когда мы, каждый на своей машине, разъезжались по домам. Взрывы прогремели один за другим: коды радиовзрывателей набирали последовательно.
На параллельной мне дороге взорвалась машина Ефимова. От такого взрыва в живых остаются только мелкие бактерии, которым по барабану, простой это или ядерный взрыв.
Впереди меня резко затормозил «Кесарь». Его машина начала раздуваться, а затем разлетаться на мелкие куски, обнажая внутри что-то ярко-желтое, превращающееся во что-то черно-красное, горящее клубами черно дыма.
Своего взрыва я не чувствовал. Защитное поле, хотя и небольшой толщины, но надежно меня защитило. Какая-то сила вырвала руль моего «жигуленка» и через несколько мгновений я с высоты метров тридцати смотрел на три пылающих костра. Будто это не я, а моя душа, смотрела на все три машины, медленно соображая, почему так рано?
К земле меня приложило изрядно. Если бы не защитное поле, то получился аккуратный двубортный темно-серый мешок с тем, что раньше называлось мной.
Был шок от полета на довольно большой высоте и падения на землю. Как-нибудь на досуге попробуйте прыгнуть на резинке с десятого этажа сначала вверх от взрыва, а потом вниз под действием собственной силы тяжести. Ощущение будет точно такое же.
Я лежал, распластавшись по земле, в чистеньком костюмчике и аккуратно завязанном галстуке, а метрах в пятидесяти догорали два человека, с которыми на несколько дней связала судьба и так же легко развязала, не оставив никаких осязаемых свидетельств нашего знакомства.
Я был уверен в том, что информация о нашей гибели уже лежит на столах начальников соответствующих органов и оперативные группы выезжают на место происшествия для осмотра. Опера приедут, посмотрят, сделают вывод о тротиловом эквиваленте, спецы найдут остатки чего-то нам принадлежащего и на этом дело закроется.
Как мне кажется, нас рванул черный криминал, который склонен к беспределу, в качестве мести за уничтожение «Кесарем» рэкетирских групп, подрывающих вместе с органами борьбы с экономическими преступлениями саму идею предпринимательства в России.
Сейчас я остался вообще один и не могу никуда показаться, чтобы не стать мишенью для охоты разномастных охотников.
Что делать, даже не представляю. Надо где-то укрываться, где-то ночевать, где-то умываться, питаться и делать все то, что необходимо нормальному человеку ежедневно. Нужен связной, чтобы дать знать о себе семье. Нужно подготовить условия для исчезновения семьи и нужно где-то ее размещать. Документировать ее и свою последующую деятельность. А в нашей стране, где по любому поводу заполняют анкеты (хотя, давайте не будем клеветать на нашу страну, это делается во всех странах), надо очень часто подтверждать свою личность. Проблем выше головы. Это даже не кино. Хуже.
Помочь может только женщина. Не за деньги, а за симпатии и нечто большее. Но наличие семьи, даже сведения о ней, может все это уничтожить и сделать из женщины-друга-помощника врага-недруга. По сути, приобрести себе непроверенного помощника, который может предать, или своей страстью отравить жизнь, а страсть — это одно из основных условий, толкающих людей на необдуманные поступки, как правило, ведущие прямиком в яму. Страстные до невозможности любовники никогда не заканчивали жизнь нормальными способами, я имею в виду естественную смерть. Этот вариант очень легкий, все женщины сделаны из воска, совершенно не подходящего к данной ситуации.
Могли помочь Ефимов и «Кесарь». Могли помочь. Единственное, что я могу сделать, перейти на положение бомжа и вывезти свою семью в самую что ни на есть глухомань. Людям наплести можно, что угодно. Муж бросил. Или крыша поехала на фоне всякой энергетики. Жена шить умеет, дочь вяжет, прокормятся на натуральной оплате за рукоделие. Делать умеют все. Главное, на работу не оформляться и на выборные и руководящие должности не лезть. И простенькую легенду иметь на девичью фамилию. А я в это время легализуюсь, то есть обзаведусь паспортом и легендой. В принципе, это не так трудно. Захочешь жить, в говне купаться будешь.
Конечно, можно пойти и сдаться властям, чтобы стать подопытным кроликом. Дать отрезать руку, чтобы передать властям браслетик с часами. Жене с дочерью руки пообрезают, так как по-другому снять с них часы не получится. Наши власти с такими, как я, цацкаться не будут.
«Тут, конечно, дали власти очередь из пулемета, и свалился сразу кто-то, как-то сразу отчего-то».
Старая песня. Где слышал, не помню, кто написал, не знаю. Этот вариант даже и рассматривать нельзя при нашем общем доверии к существующей власти. Орсио, конечно, вмешается, заберет часики, а мы безрукие будем милостыню в переходе просить. Или усыпят, как побочный продукт неудачного эксперимента.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
