Читаем без скачивания Морита — повелительница драконов - Энн Маккефри

— Фоллен сказал мне, что то же самое, — Алессан, не отрываясь, глядел в окно, — творится во многих холдах нашего континента.

— Но не все пострадали так сильно, как вы, — ответил К'лон, и голос его дрогнул.

— Фоллен не слишком распространялся, но скажи, каково положение дел в Вейрах?

— У нас тоже есть потери, но пока что всадники встретили все Падения, которые были.

— Наверно… Ты ведь из Форт Вейра?

К'лон не сомневался, что Алессан прекрасно знает, к какому Вейру принадлежит наездник. Он чувствовал, что молодого лорда волновал какой-то совсем другой вопрос. И тут всадник вспомнил рассказ Нессо о том, как Морита, беззастенчиво узурпировав внимание лорда Руата (или совсем наоборот?) протанцевала с Алессаном всю ночь напролет.

— Леди Морита уже поправляется, — сказал К'лон, — и Предводитель Ш'гал тоже. У нас в форте был только один смертный случай — пожилой коричневый наездник и его дракон Кох. В Айгене погибло пятнадцать всадников, восемь в Телгаре и два в Исте. Больны многие, но теперь, когда есть вакцина, у нас появилась надежда.

— Да, теперь появилась надежда, — эхом отозвался Алессан. — Всего каких-то несколько дней назад здесь у нас собрались более ста двадцати лучших скакунов запада и семьсот человек, приехавших порадоваться танцам, вину, развлечениям, эпидемии…

— Лорд Алессан, не мучайте вы себя понапрасну! Если бы вы даже и не устроили Собрания, эпидемия все равно случилась бы! И кто знает, сколько было бы жертв… Вы сделали все, что могли не давая эпидемии переброситься на соседние с вами холды. Вам не в чем себя упрекать!

— Передайте лорду Толокампу мои самые искренние соболезнования по случаю смерти леди Пендры и ее дочерей. Они ухаживали за больными, пока сами не слегли. Они проявили беспримерное мужество и самоотверженность… К'лон кивнул. Он, да и те только он один, винили лорда Толокампа в том, что тот удрал из Руата. Кое-кто полагал, что Толокамп поступил в общем-то правильно, поставив благополучие своего холда выше благополучия жены и дочерей. Но лорд Толокамп сидел в безопасности своей комнаты в Форте, а леди Пендра и ее дочери погибли, ухаживая за больными в Руате.

— Я передам Толокампу твои соболезнования. Все припасы, что привезли, между прочим, поступили из холдов Бенден и Нерат.

— Хорошо, что ты мне об этом сказал, — Глаза Алессана заблестели. Он взглянул на голубого наездника, словно увидел его впервые.

— Передай мою глубочайшую благодарность лордам Шадеру и Граму. — Он снова уставился в окно.

— Мне пора идти, — сказал К'лон. — Еще так много дел…

— Не сомневаюсь… Спасибо, что откликнулись на наш призыв… и спасибо за слова ободрения. Мои комплименты привезшему тебя сюда Рогету. Попрощавшись с Алессаном, К'лон заторопился к выходу из холда. Он боялся, что еще немного, и он расплачется. Может, его кровь и впрямь послужила основой для привезенной сюда сыворотки? К'лон от всего сердца надеялся, что это так. Хоть чем-то помочь… По темным коридорам он вышел в главный зал, который убирали два добровольца из Бендена. Их, такие обыденные, хлопоты казались К'лону удивительно милыми и родными после мертвенной тишины и запустения сраженного эпидемией холда. Он попросил их, когда будет время, снять оставшиеся после Собрания флаги и вышел во двор. — Это очень горестное место, — жалобно воскликнул Рогет, увидев своего всадника. — Это самое страшное место, в которое мы когда-либо летали. Сколько нам еще тут оставаться? Ты тоже это чувствуешь. Давай скорее полетим повидаемся с А'мурри и Грантом…

— Мы можем лететь, — сказал К'лон, забираясь дракону на спину.

Он никак не мог оторвать взгляда от огромных погребальных холмов на берегу реки. Это на них все время смотрел Алессан? Или вон на тех, чудом оставшихся в живых скакунов, что паслись на дальнем поле?

— Улетаем, — приказал он Рогету. Он больше не мог думать об эпидемии, смерти и запустении. — Я просто обязан повидаться с А'мурри. Тогда я снова смогу выносить все это…

Ему, конечно, следовало незамедлительно вернуться в мастерскую лекарей. Дел и впрямь было невпроворот. Но вместо этого он представил себе залитые солнцем высоты Вейра Айген, слепящей блеск расположенного неподалеку озера…

Рогет радостно взмыл в небо и без колебаний ушел в Промежуток.

Глава 11

— Клянусь яйцом дракона! — воскликнула Джаллора. — Он потерял сознание!

Кадит в соседнем помещении тревожно заревел, и Морита бросилась его успокаивать. Лекарь тем временем принялась осматривать своего не слишком добровольного донора.

— Что случилось? — обеспокоенно поинтересовалась Орлита из своего Вейра.

— Ш'гал упал в обморок, — ответила Морита, прекрасно зная, что через Орлиту эта информация незамедлительно дойдет до Холты, а от нее к Лери. — Помоги мне успокоить Кадита!

— Самые сильные обычно и теряют сознание, — заметила Джаллора. — Ему ничего не угрожает. Как бы отчаянно нам ни требовалась сыворотка, я не собираюсь рисковать его здоровьем.

— У меня и в мыслях такого не было! — рассмеялась Морита.

Лекарь своим приходом прервала разговор Мориты и Ш'гала, в котором Предводитель стремился выискать недостатки в каждом решении, принятом с того момента, как он заболел. Он совершенно не хотел принимать во внимание тот маленький факт, что это не Морита принимала эти, с его точки зрения, безответственные решения, и то, что она сама только-только встала с постели.

— Такие, как он, обычно становятся весьма трудными больными, — продолжала Джаллора, внимательно наблюдая за тем, как кровь стекает в стеклянную бутылку.

— Это предназначено для Руата?

— Большая часть… как только мы введем вакцину еще не иммунизированным всадникам вашего Вейра. А когда Морита предостерегающе поглядела на Ш'гала, добавила: — Я все прекрасно понимаю. Можешь не сомневаться. Он еще не пришел в себя. Вот так! Это все, что я у него возьму. Хотя он мог бы запросто отдать и побольше. — Прижав вену, она ловко вынула шип из руки Ш'гала. — Подержи ему руку согнутой, — попросила она, упаковывая бутыль с кровью. — Он должен сейчас очнуться… Ф'дурил сказал, что это ты восстановила крыло его Дилента. Отличная работа!

— Крыло заживает хорошо, не правда ли? — Морите было приятно, что лекарь так высоко оценила ее труды.

— Очень даже неплохо, — согласилась Джаллора. — И сам Ф'дурил тоже. Знаешь, я никогда раньше не была в Вейре. Я и не предполагала, что драконы могут так сильно пострадать от Нитей. Они такие большие и сильные…

— Увы, они очень даже уязвимы…

— Можно только благодарить нашу счастливую звезду, что эпидемия их не затронула.

Ш'гал застонал.

— Ага, вы снова с нами, Предводитель? — взяв со стола стакан с соком, она поднесла его к губам Ш'гала. — Выпейте, и вам станет значительно легче.

— Мне кажется, это неблагоразумно… — начал Ш'гал недовольным тоном.

— Наездникам Форт Вейра требуется ваша кровь, Предводитель. Вы же сами прекрасно понимаете, что их следует иммунизировать. И как можно скорее. Тогда никому из них не придется пройти через то, что вы перенесли. Лекарь выбрала с Ш'галом именно тот тон, какой следовало. Морита могла только мысленно поаплодировать ей.

— И все-таки ей не следовало брать мою кровь! — сказал Ш'гал, когда Джаллора вышла из комнаты.

— У меня она тоже взяла, — оборвала его Морита, показывая свою руку с маленьким кровоподтеком в том месте, где шип пронзил вену. Ш'гал поспешно отвернулся. — У нас выведены из строя сто восемьдесят два всадника — больны или ранены.

— Почему не прилетел сам Капайм? Почему вместо себя он прислал эту… женщину?

— Джаллора очень опытный лекарь. А Капайм едва встал с постели. Кроме того, ему надо думать обо всем континенте, а не только о Форт Вейре.

— Я не могу поверить, — заявил Ш'гал, продолжая прерванный появлением Джаллоры разговор, — что Лери не знала, кого я хотел бы назначить вместо себя. На место Предводителя я прочил П'нина, а вовсе не С'перена.

— Лери принимала решения, основываясь на своем опыте Госпожи Вейра. И не забывай, что она была Госпожой еще тогда, когда мы с тобой еще даже не Запечатлели своих драконов. — Тогда почему Кадит говорит мне, что два крыла в Тиллек сегодня поведет Т'рал? Он же заместитель ведущего!

— Не считая Вейра Плоскогорье, ни одно крыло не сохранило своего ведущего. Здоровых не осталось. И чем скорее ты сам встанешь на ноги, тем легче будет всем нам.

— Я долго болел, — пробормотал Ш'гал, не ожидавший такого ответа. Вид у него при этом был не слишком довольный. — Я очень тяжело болел…

— Я тебе сочувствую, — Морита с трудом удерживалась от сарказма. Поверь мне, к вечеру ты будешь чувствовать себя намного лучше.