– Эх… женщины, – со вздохом произнес лорд Джервилл, ожидая их приближения. – Господи, можно подумать, до Рамсфелда не несколько часов, а три дня езды.
– Да уж, – согласился Пэн.
– Пойдем, дорогая. Они совсем недалеко от нас, – сказал лорд Джервилл, когда женщины остановились у подножия лестницы и, чуть не плача, стали обниматься.
Неохотно отступив, леди Джервилл подошла обнять Пэна и так крепко сжала его, что он всерьез испугался за свои ребра.
– Сынок, береги ее. Она замечательная девушка.
Пэн кивнул, хоть и не очень понял, о ком она. Первой в мыслях, конечно, возникла Эвелин, но какая же она девушка? Вот Диаманда – девушка, а его жена – настоящая женщина.
– Кристина, – многострадальным тоном позвал лорд Джервилл.
– Ох, эти мужчины, – пробормотала леди Джервилл, но все-таки нашла в себе силы отпустить сына и подойти к лошади.
– Мы приедем через неделю посмотреть, как идут дела, – сказал отец, забираясь в седло. – Возникнут проблемы – шли гонца.
С этими словами родители, их работники и горничная леди Джервилл выехали со двора. Как только они приблизились к холму, Пэн повернулся к женщинам, стоявшим у ступеней. Они провожали эту небольшую группу таким взглядом, будто самый последний в мире друг покинул их навеки.
Покачав головой, Пэн откашлялся, привлекая их внимание:
– Оставляю на ваше попечение замок и прислугу. Сам буду здесь. Зовите меня, если понадоблюсь.
– Да, супруг, – сказала Эвелин и даже улыбнулась. Удовлетворившись этим ответом, Пэн повернулся и пошел к стене, у которой трудились несколько мужчин, заделывая маленькие дыры. Когда Пэн с отцом приехали сюда неделю назад, замок был в плачевном состоянии.
Леджер присматривал за ним, с тех пор как умер дедушка Пэна, вскоре после свадьбы его родителей. Они приезжали в Рамсфелд, когда Пэн был маленьким, но он не помнил, чтобы за последние лет десять они хоть раз посетили замок. Увидев неделю назад, что с ним теперь стало, отец очень пожалел о своей доверчивости. Приняв на себя обязанности кастеляна, Леджер уже был немолод, а умер совсем стариком – очевидно, у него и сил не хватало, чтобы как следует следить за имением, но из-за упрямства он никогда в этом не признавался.
Отец Пэна, судя по всему, был единственным человеком в округе, не знавшим до какого-то времени, что Леджер больше не является управляющим Рамсфелда. А вот шотландцам, укравшим весь скот и периодически нападавшим на замок, это наверняка было известно. Они утащили все ценное, что не было к полу прибито, включая даже куски стен.
Все, что осталось к приезду Пэна и отца, – это поломанные стены, оболочка замка с гнилыми деревянными полами, жалкая кучка прислуги, пятьдесят бедно одетых солдат, пара свиней и куры.
Первая проблема, с которой столкнулся Пэн, были солдаты, угрюмые и рассерженные на своего лорда за то, что он оставил их на поруки несведущему кастеляну, а сам даже не подумал хоть раз приехать и проверить, как идут дела.
Пэну потребовалось два дня, чтобы убедить их, что отныне все переменится. Только после этого он смог заручиться их поддержкой. Они стали усердно работать, и дела потихоньку налаживались. Также отец привез на помощь нескольких людей из Джервилла. Если так и дальше пойдет, решил Пэн, то Рамсфелд вернется в первоначальное состояние уже к осени. По крайней мере его наружная часть. Надо было срочно заканчивать ремонт стен, построить новые конюшни, кузницу, мастерскую для сапожника и еще несколько необходимых помещений. Кроме того, нужны были и умелые люди, чтобы там работать. Те, что обитали здесь ранее, давным-давно разбежались, забрав свои знания туда, где их лучше поощряли.
Пэн надеялся, что Эвелин задолго до этого удастся привести внутреннюю часть замка в порядок. Ее работа очень проста по сравнению с этим, подумал он, направляясь помогать мужчинам, работавшим у стен. Замку требовалась в основном уборка, и вряд ли прислуга окажется такой же обиженной и непокорной, как эти солдаты.
К слову сказать, он очень гордился ее реакцией на столь жалкое состояние нового жилища. Отец был уверен, что Эвелин расстроится, но Пэн думал иначе. Он знал по личному опыту – ничто не радует женщину сильнее, чем возможность все красиво расставить по местам, а уж в этом замке таких возможностей было предостаточно.
Да, подумал Пэн, Эвелин мигом наведет порядок. Наверняка именно в эту минуту армия прислуги вовсю трудится под ее руководством…
– Супруг?
Пэн повернулся и увидел, что к нему направляется жена. Он непроизвольно облизал губы, глядя на ее круглые бедра и грудь, покачивавшуюся при ходьбе. Он очень надеялся, что сегодня же ночью удастся обласкать ее соблазнительное тело. Утомительной поездки домой не намечалось, поэтому скорее всего он сможет не заснуть сразу после того, как очутится в постели.
– Супруг! Вы меня слышали? – спросила Эвелин.
Пэн нахмурился, понимая, что она все это время говорила, но он так увлекся мыслями о вечере, что ее слова не достигли его разума.
– Нет, – признался он. – Что ты сказала?
– Я потеряла прислугу.
Он вытаращил глаза. И просто смотрел. Долго. Затем, будучи уверенным, что ослышался, переспросил:
– Прости… что?
– Ну, не совсем потеряла. Просто не могу никого найти, – сказала Эвелин. – Их нет ни в зале, ни на кухне, а где еще посмотреть – ума не приложу.
– А наверху не пробовала? – спросил он осторожно. Эвелин взглянула на него как на дурака.
– Они не могли там оказаться, супруг. Лестница поломана.
– Только три-четыре ступени, – напомнил Пэн. – Остальные в полном порядке. Мы с отцом поднимались по ним в первый день. А слуги, должно быть, наверху, готовят постели.
– О… – произнесла Эвелин, переминаясь с ноги на ногу. Вздохнув, она смущенно пробормотала: – Пойду тогда, поищу их там…
Оставив его работать дальше, Эвелин поплелась обратно. По пути она видела Рунильду, которая копалась в вещах, оставленных в повозке, разыскивая среди них оборудование для мойки, которого в замке оказалось не так уж много.
Эвелин поднялась по ступеням и вошла в большой зал.
– Где леди Хелен? – спросила она у Диаманды. Девочка стояла на месте, сосредоточив взгляд на обломках скамьи, развалившейся под леди Джервилл.
– Она пошла узнать, есть ли за кухней сад с травами. Она сказала, он может быть очень запущен, но надеется, что это поправимо.
Эвелин кивнула. Она даже не подумала об этом. Сад, где растут травы для еды и лечения, так же необходим, как и вода.
– Интересно, где здесь родник? Должен же быть. Если он и загрязнен, Пэн с отцом наверняка уже выкопали другой, – сказала она.
– Да, нам ведь еще понадобится вода для умывания. – Диаманда оглянулась не дверь. – Я могу спросить у него.
