— Отстань, — Лена взглянула на него строго, — я не об этом! Пассажир сидел в VIP-зале, скучал. Посадку все не объявляли. Я к нему подошла, объяснила, так, мол, и так, в Одессе сильный туман, аэропорт не принимает. А он мне: «Девушка, посидите со мной, пожалуйста». Я присела, и мы минут двадцать, наверное, говорили. Он мне всю жизнь свою рассказал: где работает, кто у него жена, какие дети.
— Ты, как всегда, наверное, — снова встрял Георгий, — со своими ахами и восторгами?
— Да, — Лена серьезно кивнула и снова спросила: — А что тут плохого? Он же на самом деле уникальный человек! Талантливый хирург — таким людям операции делал, страшно сказать! Я уходила к другим пассажирам, потом возвращалась. Задержка часа три была, не меньше. А когда объявили посадку и я его повела на борт, он мне говорит: «Леночка, мне с вами было так приятно, так хорошо, я никакой задержки не заметил! Даже жаль улетать». И сует в руку сто долларов.
— Ты, надеюсь, взяла? — опять, не выдержав, съязвил Георгий.
— Нет, конечно! — Лена сверкнула глазами. — Я ему сказала, что мне тоже было очень-очень приятно! И он улетел довольный. Прямо сердце радовалось!
— Этот твой пассажир не Благин случайно? — Георгий подмигнул Дарье. — Что-то он у нас без конца теперь в Одессу летает.
— Да-а-а, Бла-а-агин, — Лена удивленно посмотрела на него, — а ты откуда знаешь? Я же тебе не рассказывала.
— Догадался, — рассмеялся он, — вот так вот, Дашенька, мы и добиваемся лояльности VIP-клиентов! Слушаем их, сопереживаем, сочувствуем. А главное, и сами получаем удовольствие от общения.
— Правильно, — улыбнулась Даша, — людям нужны внимание и человечность. А я сегодня, — неожиданно вспомнила она Кирилла, — тоже пассажиру помогла!
— И что, — поинтересовалась Лена, — благодарил?
— Да, — Дашины щеки покрыл румянец, — встал на колени и руку поцеловал!
— Ничего себе, — Георгий усмехнулся, — в тебя уже и пассажиры влюбляются! Роковая красавица.
— Жора! — Даша рассмеялась. — Что ты такое говоришь? Какая еще роковая красавица?
— Можно подумать, — он хитро подмигнул, — ты сама этого не знаешь!
Даша смущенно замолчала. Перед глазами снова возникло лицо Кирилла, и она вспомнила выражение его глаз — страстных, призывных. А что, если он с ней не играл? Может быть, она действительно ему понравилась, а отпугнула лишь тем, что так глупо отреагировала на его порыв? Кто знает, возможно, не все актеры похожи на Анну Морозову — играют только на сцене, а не в жизни. Вот было бы хорошо познакомиться с этим Кириллом Николаевым в другой обстановке! Могли бы поговорить. Он же заинтересовал ее с первого взгляда, только глупое бахвальство актерской профессией оттолкнуло. Если б он только знал, сколько она натерпелась от этих «творческих личностей», принадлежностью к которым он так явно гордился!
Дарья печально вздохнула. Нет, не надо себя обманывать. Какая из нее роковая красавица? Нескладная, жалкая — зеркало не врет. А вот люди могут обманывать, преследуя какие-то цели — Кирилл бросал на нее страстные взгляды только потому, что хотел сбыть с рук собаку; Джон женился из-за квартиры и устроенной жизни; Ларин хочет потешить свое самолюбие. Глупо верить в то, что она способна кому-то нравиться. Серая мышь. Гадкий утенок, выросший в тени собственной матери.
— Ладно, — Даша поспешила сменить тему, — лучше ты, Жора, расскажи нам что-нибудь интересное.
— А что тут рассказывать, — он с трудом выбрался из собственных мыслей, — мне, в отличие от вас, девочки, никто рук не целовал и по сто долларов не предлагал.
— Смешно бы было! — фыркнула Лена.
— Зато две прекрасные дамы звали с собой на отдых, — неожиданно выдал он, — кто — не скажу. Фамилии слишком известные!
— Да ладно! — Даша от удивления раскрыла рот.
— А что тут такого? — Георгий расправил плечи. — Я мужчина привлекательный! Женщинам нравлюсь. Они уже готовы были мне билет на Мальдивы купить, чтобы я с ними вместе летел.
— Но ты, надеюсь, отказался? — строго спросила Лена.
— Если бы согласился, — он вздохнул, — меня бы здесь не было.
— А как же они пережили твой отказ? — спросила Даша, все еще думая о Кирилле.
— Сказал, что загранпаспорта у меня с собой нет, и вопрос был исчерпан!
— Жалеешь? — на автомате спросила Даша.
— Это был не самый трудный отказ в моей жизни, — заговорщицки сообщил Жора, — а вот один раз мне пришлось от такого отказаться! До сих пор в себя прийти не могу.
— Да?! — Лена оживилась. — Такая красивая женщина была?
— Да дело не в этом, — отмахнулся Георгий. — С полгода назад встречал я с рейса пассажиров. Все как положено, проводил в VIP-зал, минут через двадцать выдали им багаж: вроде бы полный порядок, стали прощаться. И тут одна дамочка как подпрыгнет, словно ужаленная, как бросится мне на шею. «Георгий, — говорит, — это вопрос жизни и смерти! Спасите меня!» Я, как всегда, конечно: «Для вас — все, что в моих силах, с огромным удовольствием!» — «Я, — говорит, — забыла на борту самолета в кармашке кресла небольшой сверток, пакет!» Я, конечно, не особо надеясь на результат — после того, как уборщики по салону пройдут, там уже никаких забытых вещей не найдешь, — несусь на борт. Самолет от телетрапа отогнали, уборка идет полным ходом. Забегаю в салон бизнес-класса, иду к месту 2А, где она сидела, и засовываю руку в карман впереди стоящего кресла.
— И? — Лена заерзала на диване от нетерпения.
— И достаю тот самый сверток! — Жора подмигнул. — Она его под бортовой журнал наш засунула, поэтому никто не заметил. Разворачиваю и застываю на месте: в обычном полиэтиленовом пакете — толстенные пачки евро.
— Да ладно! — Даша выдохнула.
— Не «да ладно», а семьдесят тысяч евро! Я сумму потом узнал. Оказывается, она была администратором какого-то серьезного концерта, и там лежали все гонорары артистов.
— И ты что, все ей вернул?
— Нет, — Жорик скорчил гримасу, — сел на первый попавшийся самолет и улетел в теплые страны! Конечно, вернул! Все в целости и сохранности.
— Да-а-а, — Даша шмыгнула носом, — а мог ведь сказать, что ничего уже нет. Концов бы не нашли — совершенно точно.
— Дашенька, — Георгий посмотрел на нее печально, — радость моя! Жить нужно так, чтобы потом не было мучительно больно. И не пятнать собственную карму.
Глубокомысленная фраза заставила его почувствовать себя негодяем по отношению к Кате и своему будущему ребенку. Господь его знает, как дальше со всем этим жить!
— Да уж, — Даша подумала о том, как, наверное, ей было бы сложно взять в руки такие деньги и тут же их отдать! С лихвой хватило бы, чтобы погасить этот ужасный кредит, легший на ее плечи после развода.
