— Ну, конкретно по этому объекту будем разыгрывать вариант «тайный агент». Все сопутствующее спецсредства и материалы подготовлены.
— Мне показалось — или он что-то почувствовал в последний момент?
— Похоже. Это и не удивительно — у людей, ходящих по краю, порой развивается невероятное чутьё. А возможно его что-то насторожило. Мы с лордом Ильхораном разберём эту ситуацию. Я уверен — срывов не будет.
— Особенно внимательно с эсеровской верхушкой. Эти матёрые волки если почувствуют опасность — уйдут в подполье, ищи их потом.
— Сергей, не беспокойся, выковыряем из любого подполья, обложим как волков. Они Отдельный корпус жандармов будут вспоминать со слезами умиления.
— Да понятно, что переловишь! — отмахнулся рукой Звонарёв. — Вот только за то время, пока их ты их ловишь, они спокойно какую-нибудь гадость изобретут. Надеюсь, помнишь, что боевики партии легко шли на любой теракт, и количество жертв среди мирного населения их не сильно волновало.
— Как раз об этом. Есть такой человек Леонид Борисович Красин, он же Никитич, он же Лошадь, он же Юхансон, он же Винтер. Это персонаж руководил группой, что сварганила бомбу, которая убила больше тридцати человек в августе 1906 года, и за это он не понёс никакого наказания. Так же есть информация, что товарищ Красин (который нам совсем не товарищ) плотно работает с немецкой разведкой. Думаю, с ним стоит поработать по жёсткому варианту.
— Хорошо, действуй. Что по остальным?
— Придерживаемся графика. Смотри, сейчас будем брать Главноуговаривающего.
Брагин показал на новый объект, что отображался на стене в кабинете Звонарёва. Перед тем, как расположится и наблюдать за проводимыми спецслужбами новой империи операциями, Сергей развернул свой трёхмерный монитор в большой панорамный экран, который полностью заменил одну из стен.
— А почему не Львова? Ведь он сейчас возглавляет правительство, — поинтересовался адмирал Александров, тоже находящийся здесь и наблюдающий за работой рыцарей плаща и кинжала.
— Георгий Евгеньевич пока нужен на своём месте, и его действия не настолько разрушительные, как у Керенского. Тем более, мы собираемся сделать так, что в одни момент пропадёт всё правительство, а заодно и все их оппоненты из различных партий. Но их нужно быстро заменить, так как страна не может существовать без власти. А пока мы изымаем самых одиозных, опасных, или полезных. Полезных для сотрудничества и налаживания контактов. Они в будущем займут места в правительстве и министерствах, — пояснил происходящие Брагин.
— Эти полезные согласятся с нами работать? — недоверчиво спросил Александров
— Ну так, как Алексей с ними работает — у них выбора-то сильно нет, — ехидно улыбнулся Звонарёв.
— А! Понял. Писихокоекция, внедрения ложной памяти, «промывка мозгов» — полный набор из арсенала спецслужб, — понимающе протянул адмирал.
— Ну, а что ты хотел, Кирилл Васильевич? Мы сейчас можем высадиться в крупнейших городах империи и взять всю власти в свои руки. Но местные сильно расслаблены анархией, революционными веяньями, и наверняка попытаются устроить акты саботажа, неподчинения. Мы их подавим, но начинать своё правление с массовых казней — не самое лучшее решение.
— Так ты окончательно решил впрячься в это дело?
Александров пристально посмотрел в глаза Сергея.
— Да куда я денусь с подводной лодки? — обреченно выдохнул Звонарёв.
— Это хорошо, что ты, Сергей, для себя всё окончательно решил. Но возвращаясь к наведению порядка в империи — расстреливать всё же придётся. Хаос нарастает, решения временного правительство часто популистские, армия после приказа номер один разлагается просто ударными темпами. И чем быстрее мы закончим войну, тем быстрее сможем приступить к демобилизации этой вооружённой массы — армией я это уже назвать не могу. Да и Петроград стоит освободить от этой крайне нестабильной, взрывоопасной и вооруженной толпы. Агенты и дроны, работающие в столице, передают, что эти массы склонны к стихийным вооруженным выступлениям. И солдаты, и матросы, и рабочие крайне подвержены влиянию всяческих агитаторов. Любой, у кого мало-мальски повещен язык, способен устроить выступление против кого угодно — Царя, Временного правительства, да хоть Римского Папы.
— Сейчас Керенского захомутают, — прервал Алексея адмирал.
И правда на экране появилась пара машин, в которых ехали около десяти человек. Свет карбидных фар довольно ярко освещал им путь. Вдруг одновременно в лобовые стёкла влетели продолговатые предметы, разбив их, полыхнули вспышки света, на мгновение превратив сумерки солнечный полдень. Пассажиры и водители были контужены — некоторые валялись без сознания, другие зажимали уши руками, трясли головой и подслеповато щурились. К машинам подскочили бойцы, раскидав слабо шевелящиеся тела, под руки выволокли человека в полувоенном френче. Один из охранников то ли быстро оклемался, то ли смотрел во время взрыва и вспышки куда-то в сторону, а может вообще спал. Он стал хвататься за кобуру в попытке её расстегнуть и добраться револьвера. Вот только воинов дроу совершено не устраивала пальба, поэтому в лицо поручику засветили кулаком — и ему резко стало не до чего. Тёмный эльф даже поддержал оседающее тело, чтобы офицер не расшибся при падении. Больше сопротивление или попыток воспрепятствовать похищению не было.
С правой стороны на экране возникло окно, и с присутствующими в кабинете поздоровался лорд Ильхоран.
— Господа, — чуть поклонился дроу. — Мои парни хорошо сработали, для них это даже не разминка.
— Ну, чуть позже их ждёт настоящая боевая работа, — ответил на эти сетования Сергей Звонарёв.
— Да, операция в Гельсингфорсе будет посложнее, но я не сомневаюсь, что мои справятся и там. Группы уже заняли исходные позиции, через полчаса начнём.
— Сколько вы туда отправили? — поинтересовался Сергей.
— Двадцать воинов — четыре пятерки. Прекрасно сбалансированная группа, работать будут по большей части холодным оружие и максимально тихо. Но при необходимости у них имеется пара маузеров с глушителями.
— А не мало людей послали⁈ — удивленно спросил адмирал Александров.
— Зачем больше? Кирилл Васильевич, мы же не собираемся зачищать весь город. Там только Центробалт выпилить, а они сидят на «Полярной Звезде» и думаю, что их никто не тронет. Охрана несёт службу спустя рукава, вахтенных наблюдатели не обнаружили: там революция, на уставы можно плевать — это же пережитки царизма. Вот мы и преподадим урок, что не на всё можно плевать!
— А ваши бойцы смогут действовать во внутренних помещениях корабля столь же эффективно? — уточнил Александров.
— Конечно! Вы забываете — мы же дроу! Любое замкнутое пространство для нас естественная среда обитания. Мы живём и воюем в подземельях, так что нет особой разницы — узкие туннели и штреки или переходы и люки между палубами корабля. Главное — иметь план помещений, чтобы не плутать во время штурма, а также информацию о количестве и расположении сил у противника.
— Значит, у вас всё готово? — уточнил Звонарёв.
— Да, сейчас нанодроны проникли через вентиляцию корабля и передают места расположение находящихся на борту людей. Как только они просочатся во все помещения, мы будем располагать точным количеством целей и отслеживать их в реальном времени. Ещё нам понадобится пара минут для оценки ситуации и выработки оптимальной тактики — и мы приступим.
— А запасной план у вас есть? — продолжил интересоваться адмирал.
— Ну, если случится что-то невероятное, то мои парни уйдут водой. Плавать под водой на большие расстояния им невпервой. Помню, как-то гномы перекрыли все подходы к одной шахте с платиной, но позабыли о цепочке подземных озёр, что непосредственно соприкасалась с системой туннелей рудника. Вот из-под воды мы и взяли коротышек врасплох. Весело тогда было, — расплылся в улыбке лорд дроу.
— Может здесь тоже подняться на борт из воды? — спросил Звонарёв.
— Можно — но зачем усложнять⁈ Сейчас я вам покажу обстановку на месте, и вы согласитесь, что подобные сложности излишние.
