благодарности, граничащее с трепетом. С его финансовыми возможностями Александр мог нанять стилиста, работающего с селебрити, но он дал шанс именно мне. Неизвестно, когда мои старания получили бы признание такого масштаба, если бы не он.
Мы пьём шампанское и дегустируем местные закуски: мини-кеббе с начинкой из баранины и кедровых орешков, фалафель в гранатовой глазури, жареные креветки, приправленные свежей мятой. Ужин с командой, как меня заранее предупредили, — традиция в “Руднев Девелопмент”. Подводятся итоги уходящего дня, обсуждается стратегия следующего, после чего деловой формат разговора становится непринуждённым и дружеским, давая возможность перезагрузиться.
Музыка меняется: фоновый джаз переходит в более вязкую, тягучую мелодию с узнаваемым вступлением фортепиано. Похоже, ансамбль решил, что настало время медленного танца.
— О, это же Кенни Джи! — Денис отодвигает фужер и заговорщицки смотрит на Татьяну. — Татьяна Борисовна, разрешите вас пригласить. СМС-ку с извинениями вашему супругу отправлю потом.
— Доведёте меня до развода, Денис Олегович, — скорбно вздыхает она, вставая. — Ох уж эти десятисантиметровые шпильки… Каролина, хочу мастер-класс по выбору обуви. Желательно без каблуков, но чтобы мужчины падали от восторга.
Максим приглашает Ольгу, и та, не проронив ни слова, послушно следует за ним к площадке. Пары по соседству тоже начинают вставать. За столом остаёмся только мы с Александром.
Покачивая головой в такт звучащей мелодии, я подношу бокал к губам, делая вид, что увлечена музыкой. Сердце упруго барабанит под горлом. Хорошо бы заговорить о чём-то нейтральном, чтобы сгладить повисшую неловкость, но на ум как назло ничего не приходит.
— Потанцуем? — голос Александра звучит ровно и спокойно.
С силой сжав хрустальную ножку, я заставляю себя встретить его взгляд. Тёмные глаза смотрят прямо и не мигая.
— Конечно, — отвечаю я, стараясь, чтобы голос не выдал волнения.
Его ладонь отхватывает мою, ведя к импровизированной танцплощадке. Отлично, что свет приглушён к ужину, и краснота на моих щеках не так очевидна.
Татьяна, выглядывающая из-за плеча долговязого Дениса, задорно мне подмигивает. Я слабо улыбаюсь в ответ — на большее пока не способна.
Александр кладёт руку чуть выше талии, притягивая к себе. Сквозь невесомую ткань платья слияние с его телом ощущается нестерпимо горячим, настолько, что перестаёт хватать воздуха.
— Люблю эту песню, — его голос отзывается вибрацией в грудной клетке.
— Я впервые её слышу, — отвечаю я, устраивая ладонь на его плече.
— Потому что это старая композиция.
Я невольно улыбаюсь, на этот раз без обиды или раздражения.
— Снова намекаешь, что у меня за плечами мало опыта?
— Нет. Просто констатирую факт. Что касается опыта, ты неоднократно доказала, что его значимость преувеличена.
Я гипнотизирую ткань его сорочки в бесполезной попытке обуздать эмоции. Пусть это и не то, что Александр имеет в виду, но мне приятно думать, что эти слова — своеобразное извинение за сказанное им полтора года назад: признание в том, что возраст — это далеко не главное.
— Приятно это слышать.
Александр отстраняется, чтобы посмотреть на меня, и я отвечаю тем же: поднимаю голову и удерживаю натиск ртути.
Зрительный контакт длится всего пару секунд, но они оказывают на меня колоссальное влияние: в грудной клетке становится тесно, кожа электризуется, превращая тело в оголённый нерв.
Я никогда не слышала музыку Кенни Джи, но сейчас искренне надеюсь, что он пишет только короткие композиции.
46
Александр
Утро по обыкновению начинается в пять тридцать. Чашка эспрессо без сахара, тридцатиминутное кардио в зале, после — контрастный душ.
В семь я спускаюсь на завтрак, чтобы совместить вторую чашку кофе с разбором корреспонденции.
Несмотря на плотность расписания и привычный недосып, чувствую прилив сил и бодрости. То ли дело в климате — хотя сорокаградусная жара скорее выматывает, то ли в плодотворности мероприятия. По итогам минувших четырёх дней мы попали на разворот, получили предложения от турок по поводу строительства жилого кластера в Гази-Паше, и завязали прямой контакт с представителями крупнейшего девелопера Саудовской Аравии. Да и в целом всё проходит легко и без напряга… Я бы даже сказал, что в этой поездке я отдыхаю душой.
Подтверждение от подрядчика по макету получено? Если да — пришлите фото и время доставки на площадку. Срок ответа до 12:30. С уважением, Александр Руднев.
Нажав «отправить», я тянусь к чашке с кофе, но взгляд невольно примагничивается к входным дверям. Внутри горячо ёкает, как от чирканья спичкой. В ресторан заходит Каролина.
Ранние подъёмы не мешают ей выглядеть умопомрачительно. «Умопомрачительно» — в её случае не гипербола. Впервые вижу, чтобы женщина смотрелась одинаково прекрасно как в вечерних нарядах и при макияже, так и в максимально естественном образе. Даже с собранными волосами и в свободном костюме пижамного кроя она заставляет посетителей оборачиваться себе вслед.
Я сам пару раз задумывался, в чём заключается причина её магнетизма. Поначалу списывал это на хорошее телосложение и то, что Каролина — природная блондинка, что уже само по себе привлекает внимание. Но потом понял, что дело по большей части в исходящей от неё энергии тепла, лёгкости и оптимизма. Отчасти благодаря присутствию Каролины поездка получила такой позитивный окрас.
— Доброе утро, — приветливо улыбнувшись, Каролина оглядывает стол. — Остальные ещё не подошли?
— Как видишь, — отвечаю я, машинально делая знак официанту, чтобы подошёл. — Кофе?
Кивнув, Каролина садится напротив. Наши глаза встречаются, и она, порозовев, быстро опускает взгляд в телефон.
— Как обстоят дела с новым аккаунтом? — спрашиваю я, решив немного разрядить обстановку.
— Даже лучше, чем я предполагала. — Она заметно оживляется и, несколько раз щёлкнув пальцами по экрану, демонстрирует свою новую страницу. — Уже шестьдесят тысяч. Вчера вечером было сорок девять. Мне потребовалось два года, чтобы набрать свои первые двадцать тысяч, а тут такой прирост за какие-то пару недель.
— Усилия никогда не проходят бесследно, потому что это прежде всего опыт, — говорю я с улыбкой. — Обанкротившись, человек не начинает всё с нуля. У него остаётся навык труда, дисциплина, рабочие концепции. Или как минимум знания того, чего точно не стоит делать. Подписчики охотно идут за тобой, потому что в прошлом ты что-то делала хорошо и потому, что не опустила руки.
— Думаю, ты прав. Ещё раз спасибо за предоставленный шанс. — Каролина выглядит смущённой, но тем не менее продолжает удерживать мой взгляд. — Кстати, сегодня утром мне поступило предложение разработать униформу для нового веганского ресторана. Не знаю, в курсе ты или нет, но снимки с форума попали в несколько популярных пабликов, где меня заметили.
— Серьёзно? — уточняю я, испытывая приступ веселья, несвойственный рабочему утру. — С каких пор интернет-аудиторию стали интересовать строительные мероприятия?
