Читаем без скачивания Пробежка ввысь - Юрий Хвалев

- Что вы сказали?

- Мне жалко вас тренер, - повторила Тётя Клава.

- Почему жалко? Ничего не понимаю.

- Да потому что вы проиграете. Всё уже решили за вас.

- Кто решил?!

- Инспектор…

Савва Кузьмич открыл рот, чтобы возразить, но в горле пересохло, и слова застряли где-то на подходе.

- Пошли, - беря под руку тренера, сказала тётя Клава.

Савва Кузьмич не сопротивлялся. Они вошли в небольшую комнату, уборщица предусмотрительно заперла дверь.

- Наливочки выпьете?

Савва Кузьмич кивнул.

Тётя Клава быстро накрыла на стол.

- Я могу вам помочь, Савва Кузьмич. Я играю в футбольный тотализатор уже давно и с большой вероятностью знаю: кто, как сыграет. К тому же у меня ушки на макушке, человеку свойственно говорить, а я по долгу службы имею возможность слушать. То, что вы, вернее те, кто за вами стоит, заплатили инспектору, ещё не о чём не говорит. Тут игры серьёзнее, чем вы думаете. Я потом вам всё расскажу. У инспектора есть одна проблема. Он безумно любит свою жену, но у неё есть любовник. Давно есть. Но кто он, инспектор не знает. Что он только не делал, кого только не нанимал. Всё тщетно. Вот за эту новость он многое даст.

- Почему вы так думаете?

- Я не думаю, я знаю. Вы подойдёте к нему и скажете, что знаете любовника жены. Вот и всё. А потом уж просите чего вам надо…

- А вам?

- Мне... – тётя Клава засмеялась. – Я женщина одинокая, мужчинами не избалованная. Как там у поэта: «Любви все возрасты покорны»…

- Я согласен…

- Я так и думала. Только, Савва Кузьмич, не обманите, - тётя Клава снова засмеялась. - После того как инспектор согласиться на ваши условия вы мне позвоните. Вот моя визитка.

Савва Кузьмич пустился на поиски инспектора. Как он и ожидал, тот снова напутствовал судью эротическим массажем. Второй тайм судиться будет непросто, возможно, поэтому жесты инспектора казались проникновеннее. Тренер подошёл и бесцеремонно оттащил инспектора.

- Вы что себе позволяете? – возмутился инспектор.

- Я знаю любовника вашей жены, - чеканя каждое слово, сказал тренер.

- Что? А-а-а… Кто он? Я вас умоляю, скажите, кто он? Я заплачу…

- Сука, ты продажная, инспектор. Мне нужна победа, ты понимаешь, победа!

Инспектор опустился на пол и как маленький ребенок заплакал.

- Вставай! – пригрозил Савва Кузьмич. – Иди, дирижируй в мою пользу!

Второй тайм, как утверждают комментаторы, прошёл в интересной, бескомпромиссной борьбе, и победу добыл тот, кто больше этого хотел, то есть Савва Кузьмич.

…Войдя в комнату, Савва Кузьмич глубоко вздохнул; приятный запах до краёв наполнил лёгкие. Пахло цветами и нетронутой постелью.

- Клава… М-м-м… Юрьевна, - прошептал Савва Кузьмич. – Спасибо…

- Не за что… - прошептала в ответ тётя Клава и приблизилась к тренеру-победителю.

ПРО ХВОСТ

Молодые могут умереть, старые – должны

За несколько минут до наступления вечера Василий, чиновник по госзакупкам, проникся ненужной спешкой. Взглянув на настенный циферблат, он в суете сует прошёлся по кабинету туда-сюда, затем поспешил сверить время с наручными часиками. Они, ориентируясь на швейцарское эталонное время, всегда показывали точно, а вот настенные, витая в провинциальных облаках, притормаживали. Разница в несколько минут расстроила его настолько, что он вынул из-за пазухи камушек и, отсчитав от стены, на глазок метров пять, прицелился. Стрелки циферблата, отделавшись лёгким испугом, ускорились (именно в них метил Василий), но разница в несколько минут всё равно сохранилась, так как эти часы были из глубинки, где, собственно, и родился Василий. Часы с разницей в несколько минут, чтоб не забывал родовые корни, ему подарила бабуся (так он её называл). К ней, собственно, чиновник и поторапливался.

Ручные часики, заведённые на вечер, приметно свистнули, напомнив Василию о деньгах, которые необходимо было захватить. Циферблат же, не умеющий свистеть, в знак протеста, произвёл скрежет шестерёнками, похожий на кашель заядлого курильщика.

Так как рабочий день, так или иначе, закончился, Василий передумал бросаться камушками. Выйдя из кабинета, он сунул камушек обратно за пазуху.

Приёмная была пуста. Лишь на диванах, где сидели посетители, от ягодиц остались специфические разнокалиберные вмятины.

Увидев у секретарши на столе табличку «Ушла в ясли за ребёнком», чиновника передёрнуло, так как её ребёнок пака не родился. И не должен родиться, потому что Василий требовал прервать беременность.

Грубый шантаж секретарши произвёл впечатления, левый глаз Василия бессознательно задёргался. Порывшись в ящике её стола, он кое-как нашёл приемлемую для себя табличку «Ушла на консультацию к гинекологу».

«Лучше договориться по-хорошему, - положив деньги в ящик, Василий немного успокоился, но тот, в свою очередь, не хотел закрываться, поэтому пришлось добавлять.

Чиновник уже уходил, как вдруг:

- Апчхи…

- Кто здесь?!

Василий вздрогнул и, взглянув в сторону «чиха», насторожился. За шторой кто-то прятался.

-Я…

- Кто это я?

Из-за шторы вышла невысокая, полная девушка, чуть смущённая, возможно, тем, что для неё этот разговор должен был начаться как-то по-другому.

- Меня зовут Валя, я насчёт памперсов.

- А-а-а! Я же вам всё сказал: памперсы для доярок мы уже закупили! - Василий неосознанно повысил голос. – Девушка, тема закрыта.

- Но наши памперсы дешевле, - настаивала Валя, – потом не забывайте они отечественные.

- Только не нужно обвинять меня в антипатриотизме. А качество, где? - Василий выглядел убедительно. – В закупках всё решает качество! Потом поставленную задачу: поднять производительность труда у доярок за счёт ликвидации времени на отправления естественных надобностей мы выполнили.

- Но…

- Главное для страны молоко, так что, пожалуйста, без но… - Василий направился к выходу. – Простите, рабочий день закончен, мне пора.

- Но последние испытания показали, - Валя преградила чиновнику дорогу. – Наши памперсы впитывают лучше.

- Тогда дождитесь нового тендера, - Василий заложил вираж. – Будьте терпеливее.

- Отмените сделку.

- Это невозможно.

- Я буду жаловаться.

- М-м-м, зря.

Выскочив наружу, где в февральском вечере рассыпалась ледяная, манная крупа, от которой пахло бакалеей, чиновник юркнул в проходной двор. И хотя до кладбища, где рядом жила бабуся, было рукой подать, Василий, естественно, осторожничал, поэтому и решил дать круголя. Ему мерещилось, что кто-то идёт следом.

На набережной он поймал такси, предложив водителю за конспирацию трёхкратную оплату.

Таксист многозначительно кивнул.

- Так, пока едем прямо. – У Василия был чёткий план. - Так, на следующем перекрёстке нужно показать поворот влево, а повернуть направо. На другом перекрёстке сделать всё с точностью до наоборот.

Таксиста затрясло. Он закинул голову назад и воем старой волчицы, которая зазывает молодого щенка, от досады взвыл. Затем, включив аварийку, резко затормозил.

- Что, что такое?! – ударившись лбом, Василий простонал:

- М-м-м, что вы воете, чёрт?

- Потому что вы третий нормальный пассажир, которого я не повезу.

- Вы хотите сказать: не…

- Ну что вы, - таксист грустно улыбнулся, - это я ненормальный, отказываюсь от таких бабок. Перед вами ко мне сел китаец, который попросил всю дорогу вилять из стороны в сторону. Я ни в какую. Тогда, он увеличил плату за проезд в пять раз, и предложил к тому же новенькие юани, а это валюта сейчас самая крутая.

- Тогда поехали, у меня тоже есть юани.

- Ну а как же ваши шпионские штучки?

- Никак. Поедем всё время прямо.

- Спасибо, - сказал таксист и после небольшой паузы тихо добавил:

- Писать доносы неблагодарное дело.

- Что, что?

До таксиста дошло, что он проговорился, поэтому покраснев от смущения, он, будто от зубной боли, прикрыл рот рукой и многозначительно промолчал.

Усевшись удобно, в панцирь маленького «жука», Валя продолжала следить за объектом. Такси тронулось. Включив, на всякий случай противотуманные фары, потому что туман в голове мешал сконцентрироваться, она поехала следом.

Всю дорогу Василий и таксист, мысля каждый о своём, молчали. Первый, хотя и крутился по сторонам, молчал в поиске идей, второй, прожигая взглядом одну точку, молчал, размышляя, что если юани пассажира будут мелкие и затёртые, то обязательно накатает донос на этого кривляку.

Василий первым заметил, что белые каракули дороги перестали накручиваться на колёса и застыли, словно холодец. Встречный ветер, перестав испытывать давления авто, сдулся, и перешёл на боковую. И хотя таксист по-прежнему крутил баранку, машина банально заглохла.

- Вы разве не чувствуете, что мы стоим?! – спросил Василий.