class="p1">– Ты просто что? – не отставала Прина.
Они ждали. На сей раз он так легко не отделается.
Где-то в альтернативной вселенной комета только что врезалась в солнце. Люди или существа, населяющие соседнюю планету, в растерянности высыпали из своих домов. Все ядерное оружие было обезврежено, а животные обрели способность говорить.
Потому что прямо здесь, в офисе Brightside, на котором вскоре появится табличка Magnate, Слоун расплакался. И не просто расплакался, а разрыдался, обхватив руками голову, и слезы градом полились по его щекам.
Двенадцатилетняя девочка внутри Джейка произнесла: Я не могу это выносить. Он протянул руку, чтобы положить ее на плечо Слоуна, но потом отдернул. Он действительно собирался утешать своего заклятого офисного врага?
Странные вещи творятся. И в прошлом месяце тоже.
Он вернул руку на место и постарался не поддаваться эмоциям.
Но снова услышал: Я не могу это выносить.
– Слоун, не надо так… э-э… расстраиваться. Я куплю тебе шоколадный батончик из автомата, если ты пообещаешь не жаловаться и не требовать вернуть тебе деньги. Но ты должен рассказать нам, почему ты так поступил.
– Это долгая история, – всхлипнув, сказал он.
– А мы никуда не торопимся, – ответила Прина, оправляясь от шока и подавая ему салфетку.
На самом деле история оказалось не такой уж долгой. Пока Джейк сходил в комнату отдыха, Слоун уже собрался с мыслями и был готов полностью признаться в содеянном.
– В общем… – начал он, – однажды утром я пришел на работу, а ты в этот день отправился в свое турне. Мы все зарегистрированы на одном сервере, поэтому я просмотрел файлы, над которыми ты работал, и страшно разозлился.
– Разозлился? – спросил сидевший напротив него Джейк.
– Да! – сказал Слоун. – Сначала я сказал себе, что разозлился из-за того, что ты использовал офис компании для хранения своего барахла и работал здесь по ночам над своим проектом. А еще ты съел мой пончик, который я оставил себе на завтрак, – я увидел крошки под твоим столом.
– Хм… возможно, – признал Джейк. – Есть даже фокус с микроволновкой, но погоди, давай вернемся к делу.
– Согласен. Я подождал несколько дней, а потом разместил тот заказ и написал жалобу. Я оставил несуществующий электронный адрес, чтобы на меня нельзя было выйти – по крайней мере я так думал. И почти сразу же мне стало ясно, что на самом деле я не злился. Я завидовал. Я чувствовал себя отвратно из-за того, что сам не смог сделать что-либо подобное.
Он объяснил, что несколько лет назад купился на сетевую маркетинговую программу, которая обещала своим независимым дистрибьюторам помочь «обрести финансовую свободу». Путь к свободе состоял главным образом в том, чтобы закупать у компании крупные партии витаминов и БАДов, а потом убеждать других людей их приобретать и/или реализовывать. Слоун потратил 800 долларов на членские взносы и стартовые вложения, но не совершил ни одной продажи и не привлек ни одного бизнес-партнера. У него в гараже до сих пор стояли коробки витаминов с истекшим сроком годности и каждый день мозолили ему глаза.
– Я знал, что должен быть какой-то более эффективный способ, – сказал им Слоун, – но я был удручен потерей денег, поэтому просто опустил руки. А когда я наткнулся на то, чем занимаешься ты, и, судя по всему, успешно, это подействовало на меня как красная тряпка на быка. На самом деле после звонка в банк у меня на душе скребли кошки, но я старался не обращать на это внимания. Возможно, отчасти я даже хотел, чтобы меня вывели на чистую воду и у нас состоялся этот разговор. Так что я действительно сожалею о том, что совершил такую глупость, – резюмировал он. – Извини, Джейк.
Джейк не колеблясь принял его извинения, но с одной оговоркой: это была действительно полная глупость.
После этого Слоун сказал, что испытывает сильный стресс и это сказывается на всей его жизни. Он упомянул о своем почетном звании Главного Прохвоста, которым втайне наградил его Джейк.
– Погоди, так ты об этом знал? – спросил Джейк.
– Конечно. Вы, ребята, не единственные шпионы в округе. И, честно говоря, я, наверно, его заслужил. Тем не менее я по-прежнему страшно зол, – добавил Слоун. – Только теперь я страшно зол на себя. Я не хочу проторчать здесь всю жизнь – как и вы. Но что мне остается? У меня нет никаких навыков ведения бизнеса. Я почти уверен, что давно распродал свои учебники. И я совсем не уверен, что могу предложить какую-нибудь стоящую услугу. А может… – вытирая глаза, начал он и запнулся. – Вы, ребята, действительно в этом сильны. Может, вы… меня научите?
Прина и Джейк переглянулись, молча обмениваясь тем, от чего у них взрывались мозги.
– Мы обсудим это и дадим тебе знать, – сказала Прина.
На следующий день негативный отзыв был удален. «Чемпион по выплате студенческих кредитов» больше не слыл аферой. А ссылка в новостном оповещении вела к несуществующей странице.
Банк отменил штрафные санкции после того, как Слоун позвонил им с повинной. Сначала Джейк не собирался возвращать свои деньги, узнав, что вся эта морока обойдется не меньше чем в 150 долларов. Но когда Майя посоветовала ему сохранять благоразумие и принципиальность, он решил быть милосердным. Возвращая этот платеж, он возвращал вещи на круги своя.
– Знаешь, – сказал он позже Прине, – в каком-то смысле это стоило того, чтобы увидеть, как Слоун проходит обряд очищения. Мне кажется, он больше не будет таким кретином. По крайней мере с нами.
У Прины была немного другая точка зрения:
– Я думаю, это стоило того, чтобы просто увидеть, как он плачет.
– Что ж, одно можно сказать наверняка. Он должен мне больше, чем шоколадный батончик.
Слоун совершил свое признание в интересное время: на следующий день их должен был почтить своим визитом Дирк Вандерпляйц.
45
Гендиректор Magnate оказался совсем не таким, каким его представляли в Brightside. Там готовились к встрече с одним из тех крутых ребят, которые встают в четыре утра, чтобы проплыть десять километров, прежде чем начать двадцатипятичасовой рабочий день.
Когда в их офис вошел смахивающий на бухгалтера мужичок среднего возраста в помятом, плохо сидящем костюме, они подумали, что он ошибся адресом.
Мужичок нес под мышкой стопку бумаг, которые упали и рассыпались по полу, пока он пытался закрыть за собой дверь. Он посмотрел на бумаги так, как будто только что открыл для себя закон гравитации.
Это и был Дирк Вандерпляйц – корпоративный титан и вершитель их судеб?
Даже Слоун казался несколько ошарашенным. До своего покаяния перед
