Читаем без скачивания Корабль, который пел - Энн Маккефри

Отец! Когда своею властью волны

Ты разбушевал, утишь их!

Она жадно слушала, пока его сонный голос не умолк, произнеся последние строки:

Как нужно вам грехов прощенье,

Так мне даруйте отпущенье.

Назавтра они возобновили репетицию с того места, где остановились накануне. У Хельвы возникло впечатление, что никто из корвиков не покидал «зала» и даже не заметил временного отсутствия труппы. Может быть, они и с временем обращаются так же запросто, как с энергией? Или время, как утверждает один теоретик с Альфеи, просто один из видов излучения энергии?

Сегодня Хельва воспринимала окружающее гораздо острее. Она полностью управляла своей оболочкой и ощущениями, которые постоянно получала. Очень скоро она заметила: в игру включилась вся труппа, кроме Ансры, которая сознательно тормозила действие.

Перед самым окончанием репетиции к Ансре приблизился администратор, и произошло это на глазах у всех.

— Нет никакой разумной причины в том, чтобы сдерживать энергию. Цель нашего эксперимента состоит вовсе не в ее сохранении. Мы стараемся оценить влияние излучения данной разновидности энергии на органы давления и факторы воздействия. Вы затрудняете наш эксперимент. Прошу вас терять энергию так, как того требуют факторы, содержащиеся в уравнении.

— Или?

Ответом на вызывающий вопрос Ансры послужили переливы цвета и давления.

— Или ваша оболочка опустеет навсегда…

— Я больше не собираюсь возвращаться в это гнусное болото, где меня оскорбляют и унижают на глазах у всех — заявила Ансра.

«Она была просто великолепна, — подумала Хельва, — хоть и не вызвала должного отклика у зрителей».

— Хватит, Ансра Колмер, — поднимаясь с кушетки, тихо произнес Прейн, в голосе его звенела сталь, глаза метали молнии, весь вид выражал непреклонную решимость. — Ты добилась своего: теперь твои личные пристрастия и взгляды известны всем членам труппы до единого. Однако на карту поставлено нечто куда более важное, чем личные предпочтения, поэтому все мы терпеливо сносили твои выходки и интриги. Так вот, завтра ты вернешься, как миленькая и, выполняя совет нашего уважаемого администратора, будешь терять энергию, как того требуют содержащиеся в уравнении факторы.

— Интересно, кто же меня заставит? — с вызовом спросила Ансра.

— Любой из нас, дорогуша, — ответила Ная Табб, опередив Шадресса и Даво, которые уже начали подниматься со своих мест. — Любой из нас, притом с превеликим удовольствием. Вот увидишь, мы тебя так отделаем, что шкура корвика покажется тебе райским блаженством.

— Вы не посмеете!

Неужели Ансра так упряма, что даже видя уязвимость своей позиции, не может пойти на попятный? — недоумевала Хельва. — Или она просто не допускает, что и на такую важную персону, как она, может найтись управа? К счастью, звезда относилась к той категории людей, которые совершенно не способны выносить физическую боль, и полдюжины увесистых затрещин, которыми наградила ее Пая, возымели весьма действенный эффект.

— Ну-ка постой, душенька, — воскликнула Ная, схватив всхлипывающую женщину за руку, когда та попыталась укрыться в каюте, — оставайся лучше здесь, у меня на глазах, а то я тебе не больно-то доверяю. А теперь садись, поешь и будь умницей. Учти, завтра ты должна быть такой Джульеттой, каких еще свет не видывал!

Столь бурная сцена, да еще после репетиции на Бете Корви, потребовавшей огромного психологического напряжения, лишила всех последних остатков сил. Шадресс и Керла разнесли флаконы с напитками и насыщенный белками суп. Покончив с едой, актеры разбрелись по своим каютам и легли отдыхать.

— Хельва, ты не спускай глаз с Наи и Ансры, ладно? — попросил Шадресс.

А ведь он изменился, — вдруг поняла Хельва, — в нем открылась какая-то новая глубина, совсем корвиканская. Она услышала, как Керла спросила Прейна:

— Ты думаешь, теперь Ансра будет играть в полную силу? — они единственные не спали — казалось, им было никак не расстаться.

— Судя по цвету, у нее преобладали гнев и страх… — Прейн замолк на полуслове и покосился на Керлу.

— Ты мыслишь совсем, как корвик, — рассмеялась девушка, и в глазах ее заплясали веселые искорки. — Похоже, это заразная штука. Как будто начинаешь походить на персонаж, который играешь! Ты видишь — даже такой зеленый новичок, как я, начинает постигать тайны ремесла!

— Но Керла, милая, ты преображаешься в очень теплое, чистое воздействие.

Смех замер у нее на губах, глаза вспыхнули страстным призывом. Казалось, влюбленные вот-вот сольются в поцелуе, но внезапно Прейн с глухим стоном отпрянул и стремительно бросился прочь по коридору.

На следующей репетиции Ансра с такой готовностью теряла энергию, что им удалось пройти всю пьесу до самого конца. Прейн был несказанно доволен результатом и сообщил администратору, что труппа может дать первое представление перед публикой.

— Моя энергетическая группа просто жаждет испытать полное сжимающее воздействие ваших оболочек, — ответил администратор, лучась лавандово-пурпурными тонами, которые, как поняла Хельва, у корвиков равносильны удовольствию. — Можно назначать спектакль на ваше следующее появление здесь?

Прейн с энтузиазмом согласился.

— А если наша отдача энергии окажется удовлетворительной, — спросил Шадресс, слегка оттеняя свое воздействие строго дозированным выражением почтения к вышестоящему, — проведут ли корвики перенос наших форм, так чтобы мы могли выполнить условия нашего контракта?

— Безусловно. Уже сейчас очевидно, что потеря личностной сущности превышает обусловленный минимум. Таким образом, энтропия обещает превзойти основные энергетические потребности…

Хельва поняла, что это заявление необходимо проанализировать сразу, как только она вновь станет собой. Оно прозвучало как-то… зловеще, но только для Хельвы, а не для ее теперешнего «я», отождествившегося с корвиканской оболочкой. Такое раздвоение личности грозило опасностью.

На борту было значительно легче узнать тех, кто начал проявлять признаки перемены психологической ориентации. Они даже в разговоре широко использовали корвиканскую терминологию — совсем как Прейн и Шадресс накануне вечером. Единственным членом труппы, который оказался совершенно неуязвим к этой напасти, оказалась Ансра, но она так погружена в свои личные переживания, что у нее просто не остается энергии… — Господи, и я туда же! — простонала Хельва, — для объективных ощущений.

День премьеры на Бете Корви ознаменовался неистовым, прямо-таки ошеломляющим успехом — именно так воспринимали корвики эту разновидность энергии. За порослью перистых ветвей собралось множество корвиков, и все они пульсировали и содрогались, жадно поглощая отдаваемую труппой энергию, по которой они явно изголодались.