максимализм, но многие юноши с мышлением подобным Вашему сделали мир гораздо лучше и чище, — Артемий Васильевич аккуратно позволяет себе некоторую смелость в разговоре с благородным, но я даже поощряю эту смелость, кивая головой.
Это начало доверительного отношения ко мне хорошего человека. У меня совсем никого нет, а потому, важно уже сейчас налаживать связи.
— Возможно вы и правы. Но если мой максимализм и вызван гормонами, то лишь отчасти, — я отвечаю ему взаимным доверием, откровенничая, — видите ли, я должен был умереть при пробуждении Дара, но выжил, каким-то чудом. Моя жизнь это уже подарок и аванс за то, что я сделаю с помощью Дара. Я намерен отблагодарить вселенную за этот подарок.
— Как же нам не хватает молодых людей подобных Вам! Я помогу Вам, — Артемий Васильевич даже немного растрогался.
Кажется, я попал в самое важное в его душе. Он сам скорее всего посвятил свою жизнь защите людей.
И я совсем не лукавил, говоря, что намерен защищать людей. Так оно и есть. Я получил шанс все сделать иначе, получил силы для этого и возможность. Никто конечно не обещал, что будет легко. Напротив, назвающийся Хранителем Эмиль показал мне, как хорошо может быть дома и как плохо в этом мире.
— Ну что Вы, Артемий Васильевич, для этого мы и нужны мирным людям. Для того чтобы у меня все получилось, первым шагом мне нужно вернуть фамилию отца, сделаем? — улыбаюсь ему.
— Конечно, сейчас я распоряжусь, нам принесут сюда все документы, — спохватывается Лесных и отдаёт указания по телефону.
Через десять минут у меня на руках мои новые документы и номер телефона Артемия Васильевича. А во всех базах я числюсь как граф Зубов Юрий Платонович.
Я прощаюсь с сотрудниками полиции, жму всем руки, и выхожу на ночную улицу.
Мне даже предложили отвезти меня в гостиницу. С мигалками и почётным эскортом! Но я отказался сразу же. Это бы испортило мою только оформившуюся репутацию нормального благородного среди полицейских.
А вот с моими владениями дело обстоит куда сложнее. Для того чтобы получить их назад мне нужно либо пойти к старику Мещерскому и разговаривать с ним, либо же идти в гербовое министерство.
Да, здесь есть такое министерство, которое занимается всеми делами дворян касающихся земель, владений, арбитражных судебных дел, а также фамилиями и всем прочим, касающимся так или иначе спорных и бесспорных вещей среди благородных. Так мне Юрка сказал.
К князю Мещерскому я идти совсем не хочу, а потому, не спеша, гуляя по ночной Москве, я думаю о том, как провернуть это дело быстро, пока Мещерские не успели опомниться.
Вариант на самом деле всего один единственный - барон Чаруев. Тот следователь. Через него добиваться аудиенции у князя Меньшикова, либо же, просто попросить его об услуге и связаться с нужными людьми в гербовом министерстве.
Пользоваться выказанным доверием канцлера не очень красиво, но вопрос нужно решать срочно. Но прежде следует поговорить со следователем, может посоветует чего дельного.
Он все равно ведь доложит начальству, а начальство уже Меньшикову. При такой схеме вопрос все также решается наверху, но аккуратно и соблюдая рамки приличия. Вроде как и я не навязываюсь, и ничего не должен за услугу, и в то же время, мне помогают. Решено, так и сделаю.
Звонить сейчас, ночью, смысла нет, а потому, я все также двигаюсь к гостинице. Интересно, что там в гостинице? Заруцкий уже разобрался с трупами? Не хотел я сегодня связываться с полицией, но все вышло как раз наоборот. Злой рок или банальное невезение? Не хочу я тревожить князя Меньшикова, но не выйдет ли всё наоборот?
Особняк князя Меньшикова
Бессонница, от которой не помогали ни таблетки, ни магия, ни народные средства отступила только в три часа ночи. И ровно в тот момент, когда канцлер только начал проваливаться в сон, резкая трель личного телефона оборвала все надежды на сегодняшний отдых.
Князь встал с постели и взял трубку.
— князь Меньшиков, слушаю Вас, — раздражение, всё же, немного прорывается из канцлера.
— Вас беспокоит барон Чаруев, Вы разрешили беспокоить Вас в любое время суток по вопросам, которые касаются новоиспечённого графа Зубова, — барон возбуждён и судя по голосу, очень нервничает.
— графа Зубова? Кто это? Так, подожди, Юрий Мещерский вышел из под защиты рода и вернул себе свою фамилию?
— Так точно, господин канцер, он провернул это в полицейском участке только что, после дуэли с Антоном Мещерским!
— Остановись, барон. Доложи нормально, почему не уладили конфликт? Я ведь специально выделил несколько групп не только для наблюдения, но еще и для охраны!
— Господин канцлер, мы сделали слишком большую ставку на технические и магические средства наблюдения, — виновато оправдывается Чаруев.
— Что это значит? — Князь недоумевает.
Для того чтобы обеспечить безопасность Мещерского, а ныне, уже Зубову, были выделены огромные средства. Он лично выдал полный карт-бланш.
Некоторых принцев крови охраняли хуже. Все проверенные и экспериментальные средства наблюдения, созданные в отделе умников, четыре группы молодых гениев шпионажа и защиты от шпионажа, отобранные со всей империи. В том числе, две сменных группы спецназа, одна из которых, всегда рядом с объектом, в минутной готовности к выполнению задачи по защите единственного в стране
