— Тогда извините меня. Ничем не могу помочь. Таковы правительственные правила.
— What is first? God or government? — Что есть первое? Бог или правительство?
— Goverment (правительство)… o, sorry, God is first! But goverment serve God (о, извиняюсь, Бог, но правительство служит Богу!)
— All governments in all countries serve God? or not? (Все правительства во всех странах служат Богу? или не все?)
— I can not discusse this question (я не могу обсуждать этот вопрос), — гордо сказал сей верующий и растворился в толпе, а его место занял другой инициативный прихожанин. С ним произошла сходная беседа, только с другим окончанием.
— Вы можете пригласить нас к себе, — предложил я.
— Это исключено. Невозможно.
— Почему?
— Я не вписываю страннюков.
— Почему?
— Почему, почему… представьте себя на моём месте!.. — раздражённо отвечал он, не зная как уйти от неудобной беседы. — Вы же тоже не впишете незнакомых иностранных людей!
— Почему не впишу? я буду рад, — отвечал я.
— Хм… А вы из какой страны?
— Из России.
— Хм… Может быть, где-нибудь в России, в ледяных пустынях, это и возможно…, — задумался он и быстро добавил, вспомнил палочку-выручалочку, — а у нас это невозможно! Иностранцы должны ночевать в хотеле! Это правительственные правила!
…В ходе этой беседы нас с Вовкой потихоньку оттесняли к выходу из церкви. Мы взяли рюкзаки и, подчиняясь давлению толпы, вышли на улицу.
— Вот довели страну фараоны! Ну теперь, Вовка, пойдём в мечеть, — предложил я.
И мы пошли в мечеть. На часах было пол-десятого. Пошёл пятый час нашего поиска.
Верующие в храме, вероятно, успокоились, и продолжили целование креста.
* * *Мечеть была закрыта, так как время вечерней молитвы уже миновало.
На крыльце перед мечетью обнаружился человек, моющий крыльцо и тротуар при помощи длинной швабры. Мы обратились к нему.
— Ну, что ж, Аллах — господь всех, что-нибудь придумаем, — отвечал тот. Одновременно он продолжал помывку тротуара и пытался продать редким запоздалым туристам разложенные на столике рядом «ориджинал» папирусы с египетскими иероглифами и портретами Клеопатры. — Переночевать? Что-нибудь придумаем… Вы голодны?
Мы не стали скрывать. Человек ещё немножко поторговал и попротирал крыльцо мечети, затем неторопливо отложил швабру, ушёл и вскоре принёс нам два сэндвича с фасолью, хлеба и сыра. Мы поблагодарили его и сели на крыльцо перед мечетью разъедать сие.
Шло время, а человек как-то не торопился пристроить нас на ночлег. Видимо, он хотел продать побольше папирусов, а клиентов было мало.
Нам надоело ожидание и мы разложили свои спальники прямо на крыльце мечети. Продавец не удивился, только предложил продать ему эти спальники, предлагая по 45 фунтов за каждый. Видимо, втайне он надеялся впоследствии продать их как спальники египетских фараонов. Мы отказались и задремали.
Вскоре, видимо, продажа папирусов совсем упала. Продавец разбудил нас и отвёл в свою лавку напротив, где в наше распоряжение было предоставлено: одна старая кровать, пакет хлеба и грязная кошка.
Мы поблагодарили хозяина и улеглись спать. Времени было четверть одиннадцатого. Итак, мы потратили 5 (пять!) часов на то, чтобы найти вписку в Асуане!
Это, пожалуй, рекорд.
Рассуждая об этом рекорде, мы легли спать.
21 марта, воскресенье.
Наутро попрощались с продавцом папирусов, давшим нам приют, и отправились на главпочтамт, у ворот которого была условлена встреча с остальными участниками экспедиции. Сперва долго никого не было. Потом появились Костя с Пашей. Словами «Ну и Египет! Поганые менты!» — они начали рассказ о своих приключениях.
Поначалу всё шло очень гладко. После нашего отъезда из Каира Паша
с Костей остались там вдвоём и занялись зарабатыванием денег по моему методу. «Русский сувенир», содержащий одну открытку с видом Москвы (или иного города) и четыре монеты в 50, 20, 10 и 1 рубль, предлагался зажиточным египтянам за 5 фунтов. Также они занимались продажей фотоаппаратов: сломанного ФЭДа (ушёл за 10 фунтов) и работающего «Зенита» (египтяне предлагали до 100 фунтов, но Паша хотел 200). Заработав на этих процедурах порядка 25$, путешественники покинули город и отправились смотреть пирамиду Джоссера.
Всю дорогу их допекали дорожные полицейские, запрещавшие ездить автостопом: то конвоировали их, то просто следили за ними, то пытались впихнуть в какой-нибудь автобус, а в городах — в гостиницу (за их счёт).
В одном из городов путешественники попали в плен к полицейским, мечтающим поселить их в хотеле. «10 фунтов за двоих — и не более!» — настаивал Шулов. Полицейские облазили весь город в поисках сверхдешёвого хотеля и наконец сторговались в одном из них на 11 фунтов за двоих. «Десять фунтов и не более!» — возгласил Шулов, и только ценой великого усердия полицейским удалось уговорить «хотельщика». Автостопщики думали, что отделались от опёки, но рано утром полицейские наведались в хотель и продолжили своё чёрное дело, пытаясь посадить их на автобус. В Луксоре с Костей случилось несчастье: в поисках ночлега (избегая хотеля), в темноте на окраине города он провалился в глубокую яму-колодец с вонючей жидкостью. Костя сумел вылезти, но фотоаппарат погиб навеки. В этом же Луксоре по вине полицейских (запрещавших им ехать далее автостопом), они вновь задержались надолго, и, чтобы не опоздать на стрелку, сели в ночной поезд. С контролёром договорились на 10 фунтов.
Тут подошёл и Андрей, опоздавший на 40 минут. Он ожидал нас на другом главпочтамте. Его ввело в заблуждение излишнее умение читать по-арабски. В арабском языке 28 согласных букв, а гласных нет. Поэтому слова «марказ» (связь) и «меркез» (центральный) записываются одинаково: «мркз». Андрей пришёл на одну почту с надписью «мркз», подождал и нас не обрёл. Пошёл на другую почту — а она тоже «мркз».
А мы в это время ждали его на центральной почте («мркз мркз»).
Андрей тоже рассказал о своих приключениях. Он посетил оазис Файюм, оазис Харга, курортную Хургаду, а также проехал, как и мы с Вовкой, по 99-му египетскому хайвею, избегая Луксора. По дороге ему тоже мешали полицейские, то конвоируя, то пытаясь отвезти куда-то; периодически он сбегал от конвоиров. В Хургаде Андрей хотел настрелять у богатых иностранцев $, но не достиг успеха, ибо иностранцы там только тем и занимаются, что отбиваются от просильщиков. А вот ночлег в Асуане Андрей нашёл всего за два часа, ходя по домам и квартирам, прося у жильцов чай и так входя к доверие к местным жителям.
Так обсудив сущность проблемной страны Египет, мы решили сегодня отдохнуть и постираться, а завтра уехать на пароме в Судан за деньги — чтобы поскорее совершить исход из Египта.
