Читаем без скачивания Попутный ветер - Татьяна Лыткина

— Фрэнк, меня всегда поражало твое умение выбирать вино. Каждый раз ты заказываешь разное, и каждый раз оно соответствует настроению момента.

Ардорини склонил голову, принимая восхищение собеседницы. В это время к ним снова подошел «массовик-затейник».

— Госпожа посол, не будете ли вы любезны ответить мне на один вопрос?

— Конечно-конечно, — заинтересовалась Лиэлл.

— Как вы относитесь к музыке?

Фрэнк поморщился. Представить себе, что в эту тишину, в этот прозрачный воздух ворвется электронный вихрь звуков, было просто неприятно.

Лиэлл задумалась.

— Скорее, положительно, чем отрицательно. Но если вы хотите включить сейчас, здесь какую-то запись… не знаю. Сейчас подошло бы что-то из… скажем, гитара. Живая негромкая музыка. Но ведь у вас наверняка такого нет. Так что, пожалуй, не надо.

«Массовик» загадочно и слегка торжествующе улыбнулся.

— Вы будете крайне удивлены, госпожа посол, — он подошел к поручню и что-то крикнул вниз, на нижнюю палубу. Выпрямился и гордо добавил: — У нас работает один парень, играет на разных мероприятиях, проходящих на наших катерах. Сегодня мы пригласили его, потому что ожидали вас. Он потратил на нас свой рабочий день, и было бы нехорошо не позволить ему показать, что он умеет. Останься он на берегу — заработал бы сегодня, а если вы…

— Все, сдаюсь, — подняла руки Лиэлл. — Давайте так: если нам понравится — замечательно, если нет — я оплачу ему весь этот день и больше не захочу его сегодня слышать. Договорились?

Массовик покачал головой.

— Майк не возьмет кредиты, если не будет играть. У него гипертрофированная честность.

— Тогда ему придется мне понравиться, — пожала плечами Лиэлл и отвернулась к воде, всем видом показывая, что дискуссия окончена.

На верхнюю палубу поднялся высокий черноволосый парень со странным инструментом в руках — дерево и натянутые на нем струны. Ардорини видел этот инструмент где-то на картинках и фотографиях. Что-то очень старое. Кажется, он и самого музыканта где-то видел…

— Майкл Колтейк, госпожа посол, — представил его «затейник», поклонился, но не ушел, а остановился у стены, скрестив руки на груди.

Вот это да. А еще говорят, совпадений не бывает. Ардорини повернулся к послу, ожидая увидеть на ее лице ту же смесь волнения и испуга, что и в «Кесс», но Лиэлл даже не обернулась, просто кивнула и махнула рукой.

Колтейк даже бровью не повел на такое демонстративное пренебрежение. Он просто опустился на стул, положил на колено свой странный инструмент и, не долго думая, заиграл.

Наверное, это было то самое, что Лиэлл хотела сейчас слышать. Во всяком случае, звуки, извлекаемые пальцами Колтейка, были более чем соответствующими настроению природы вокруг. И лицо Лиэлл мгновенно, с первыми же звуками, изменилось. Но не так, как можно было предположить. Музыка располагала к мечтательности и задумчивости, а на ее лице появилось странно настороженное выражение. Лиэлл выпрямилась в своем кресле, поставила на столик бокал. Взгляд ее не отрывался от бурунчиков на воде под носом катера, но Ардорини видел, что ее очень волновал именно парень с… гитарой. Точно, это и есть гитара, он вспомнил.

— Лиэлл, — осторожно дотронулся он до руки соэллианки. — Что с тобой?

— Помнишь, ты обещал не задавать вопросов? — тихо отозвалась она. Покачала головой. — Я слышала современных гитаристов. Они играют совсем не так и не то. Школа не та. И музыка не та. Зевс меня побери, я так давно не слышала… — она закусила губку. Фрэнк чувствовал, что она хочет обернуться и посмотреть на гитариста, но чего-то боится.

Тем временем Колтейк закончил одну мелодию и начал другую. Лиэлл встала и шагнула к поручню. Фрэнк встал рядом и услышал, что она тихо, шепотом, почти не слышно, поет. Это, несомненно, была та самая песня, которую играл Колтейк. Слов Ардорини не разбирал, потому что Лиэлл шептала еле слышно и, к тому же, не по-английски, а, кажется, по-русски, но мелодия точно была та же.

Песня закончилась, и Лиэлл решительно повернулась, оттолкнулась от поручня и подошла совсем близко к музыканту.

Колтейк не перестал перебирать струны, но музыка стала совсем тихой. Темный непроницаемый взгляд устремился к Лиэлл.

— Спасибо, — негромко сказала та.

— Так вам понравилось, госпожа посол? — подскочил «массовик-затейник», незаметно подталкивая Колтейка, чтобы тот встал.

Правильно, сидеть, когда рядом стоит дама, да еще такая важная гостья — верх наглости, — подумал Фрэнк, но сама Лиэлл остановила их жестом.

— Нет, нет, продолжайте играть, ничего страшного. Да, понравилось. Когда вы захотите отдохнуть, мистер Колтейк, я приглашаю вас к нашему столику. Можно еще одно кресло? — повернулась она к затейнику.

Тот закивал и быстро ретировался с палубы.

Лиэлл вернулась на свое место, взяла бокал и опустилась в кресло. Когда она посмотрела на Ардорини, он заметил, что от ее меланхолии не осталось и следа. Глаза блестели, а на губах играла улыбка человека, который нашел то, что искал и к чему стремился.

— Ты знала, что он здесь? — тихо спросил он.

— Наверняка — не знала. Я просто чувствовала, что мне надо сюда приехать. Как видишь, моя интуиция меня опять не подвела.

— Ты собираешься увозить его в Рим? — поинтересовался Ардорини. Перспектива путешествовать втроем его пока не привлекала, слишком хорошо ему было наедине с Лиэлл.

— Если он согласится, — чуть виновато ответила она. — Тебя это расстраивает?

— Вообще-то, я рассчитывал на две недели отпуска, — пояснил он, в душе радуясь обороту, который принял их разговор. Постороннему человеку могло показаться, что они парочка, выясняющая отношения. Жаль, что только «показаться».

— Ну… Мы можем с ним договориться.

Было видно, что Лиэлл собиралась уехать в Рим сразу, как только получит согласие Колтейка. А в том, что она его получит, Ардорини не сомневался — с тех пор, как Лиэлл вернулась к столику, антрацитовые глаза гитариста не отрывались от нее ни на миг. Неожиданно Фрэнка стукнуло.

— Слушай, я как-то не подумал. А насколько близко ты была знакома с экипажем «Эвридики»?

Лиэлл покачала головой.

— Я думала, ты уже понял. Ты прав, очень близко. Они были мне больше, чем просто друзьями, они были моей семьей. А почему ты подумал об этом сейчас?

— Запоздалый приступ ревности, — усмехнулся он. — Просто мне показалось, что этот Майк как-то уж излишне пристально за тобой наблюдает. Я и подумал — не было ли у вас с ним в прошлом особо близкого знакомства, и теперь в нем что-то всколыхнуло твое появление? Помнишь, что я говорил о лечении амнезии на Земле?

— Помню, — неожиданно тоскливо ответила Лиэлл. — Но у нас с Ми… с Майком никогда не было особо близких отношений. Он был моим другом. Наверное, самым близким из всех остальных. Но не больше. Он вряд ли даже тогда догадывался, насколько он мне близок. Тем более — сейчас. Нет, это что-то другое, вот увидишь.

Тем временем, Колтейк закончил играть, оставил гитару у стены и подошел к их столику.

— Прошу прощения, госпожа посол, ваше предложение все еще в силе? — с легким галантным поклоном спросил он.

— Разумеется, присаживайтесь, — улыбнулась Лиэлл. Майкл Колтейк опустился в заранее доставленное «затейником» кресло. В ответ на предложенный Фрэнком бокал вина отрицательно качнул головой.

— Прошу прощения, но я не пью вино и вообще алкоголь.

— Будьте добры, — моментально отреагировала Лиэлл, — принесите апельсиновый сок!

Пока сок не был доставлен, Колтейк изумленно смотрел на соэллианку и, принимая бокал с соком из рук официанта, только и спросил:

— Откуда вы знаете?

— Просто предположила, — пожала плечами Лиэлл.

Некоторое время на палубе царило молчание. Ардорини молчал потому, что обещал не встревать, Колтейк терпеливо ждал, когда заговорит Лиэлл, а она просто молча смотрела на проплывающие мимо берега — зеленые травы, ухоженные деревья, белые здания.

Когда же все трое практически опустошили свои бокалы, соэллианка, наконец, оторвалась от созерцания окружающего их пейзажа.

— Мистер Колтейк, вы хорошо играете, — неожиданно улыбнулась она. — Ваша музыка вернула меня туда, куда я давно не возвращалась. Спасибо.

— Я счастлив, что смог доставить вам радость, госпожа Лиэлл, — с ответной улыбкой склонил голову Майк. — Никогда не думал, что смогу встретиться с вами вот так, в спокойной обстановке. А уж тем более не представлял, что когда-нибудь смогу поговорить. Мне давно кажется, что мы тогда были неправы в том, как быстро улетели из Невадского Космопорта.

Фрэнк усмехнулся. Занятный человек. Так сразу, еще не поинтересовавшись, зачем посол его подозвала, не убедившись, что она понимает, кто он такой, взять быка за рога.