— Благодарю, ваша светлость. Нежность вашего сердца удержала мою ярость, княжна. Позвольте назвать вас своей Прекрасной дамой и биться на турнире в вашу честь?
Я растерялась. И это говорит мне бывший фаворит Роберта? Не помешает ли моим планам репутация такого рыцаря? И обижать отказом не хочется.
— Немедленно поднимитесь, барон, вы ставите меня в неловкое положение! — зашептала я.
Таррэ резко обернулся:
— Боюсь тебя разочаровать, Анир, но по решению Регентского совета магам будет запрещено участвовать в турнире.
Не успевшие рассосаться равнинные аристократы приняли эту новость на ура.
— И когда же было принято такое решение? — удивился аринт.
— Оно еще будет принято, — едко усмехнулся вейриэн. — Сегодня, на вечернем Регентском совете.
«Спасибо, предупредил. Решил любыми методами не допустить участия в турнире короля-мага, пиявка белая!» — подумала я, посылая Таррэ полный благодарности и обожания взгляд. Все-таки можно восхищаться хотя бы его умением всеми способами лишать меня радости жизни.
* * *
Едва мы с Айрани сели в экипаж, меня охватило уже знакомое ощущение наблюдающих глаз. Неудобство, конечно, но потерпеть можно. Лишь бы Эльдер не выдал случайно ни словом, ни отблеском, но понятливый дракончик, глянув мне в лицо, подмигнул и отправился на запятки кареты. Фантом склонила мне голову на плечо, и я сделала вид, что мы обе задремали.
Разговор с кардиналом я провела по пути к временному обиталищу. Для начала Лэйр припомнил отсыревшие фитили. Кардинал свалил происшествие на происки его врагов, желавших уничтожить его моими руками и занять его место. Тогда король пригрозил секуляризацией земель и закрытием половины обителей, если кто-то посмеет пригреть врагов государства и если в ближайшее время не будут лишены сана и выданы светской власти спрятанные под рясами маги. На том расстались. Толстяк затаил гнев. Но я знала: не справившись с внутренними врагами, нечего и думать противостоять внешним. Подточат, и не заметишь. Рассыплется страна, как оружие в королевских арсеналах, а я поклялась Роберту сохранить Гардарунт для его внуков.
Затем Лэйр принялся за Таррэ. Припомнил все. Обвинил в измене. Получил в ответ напоминание, что ему не присягали. Тоже верно. Но раз вейриэн загреб тайную канцелярию — это уже государственный пост, так что, либо присяга, либо освобождение от должности. Кончилось тем, что все ведомство тайной канцелярии было упразднено моим указом. Чуть забегая вперед, скажу, что вечером Регентский совет утвердил мое решение с одним голосом против. Разумеется, возражал сам Таррэ.
В-последних, высшему мастеру было заявлено: делай, что хочешь, но чтоб я, король, в турнире участвовал. Иначе завтра же женюсь на инсейке и разорву союз с Белыми горами, объявив всех горных магов злостными врагами, как было при Роберте. А железо для моих кузниц я могу взять и на востоке у аринтов, пусть не такое качественное и дороже, но с приданым царевны деньги перестанут быть проблемой.
Высший воин сначала изумился, потом рассмеялся и попытался напомнить, что я — леди, и хватит уже дури с идеей женитьбы. Мол, как я представляю себе женитьбу, да еще и на водной ведьме? И получил язвительный контрвопрос фантома: «Где вы тут узрели леди? В каком месте? Зовите Миара, пусть еще раз проверит, но потом я уже лично сломаю ему обе руки. А как заживают увечья, нанесенные мной, спросите у Морена». О, как был грозен и решителен мой фантомный король! Почему раньше у меня не получалось так бестрепетно мериться силой взгляда и духа с Таррэ?
Под конец вейриэн крепко задумался. Ибо было ему еще сказано: ключ к огненному дару — у меня, как у первонаследника Роберта. У меня он останется и по завершении ритуала айров. И та искра, которая тлеет сейчас в первом и последнем рыцаре ордена Священного Пламени Дигеро фьерр Этьере может и не возгореться, если я не позволю. Тут я блефовала по-черному, как трактирный шулер, о которых рассказывал Светлячок, но пойди проверь.
Пока карета с двумя дремлющими барышнями медленно пробиралась через весь город сквозь толпы праздношатающихся гуляк, я смертельно устала.
А ведь еще надо понаблюдать за фантомом на королевском обеде для узкого круга лиц, куда не входили иностранцы. Таррэ там не было, как и внезапно приболевшего кардинала, и настроение никто не портил.
Странно было чувствовать, как зубы Лэйра жуют пищу, горло глотает, пища попадает в пищевод, где мгновенно сгорает, не насыщая мой настоящий, зверски голодный желудок. Голова у меня по-настоящему закружилась. Сообразив, что при духах-шпионах уже не пошарить по очагам королевской кухни, я остановила экипаж, попросила Эльдера немедленно купить что-нибудь перекусить. На его деньги. Иначе, мол, помру, и некому будет потом выплатить ему жалованье. Денег у ласха не оказалось!
Выручил Канис, отсчитал в долг пяток серебрушек.
— Сей миг, леди, — ласх умчался в переулок.
Канис почти тут же вступил с кем-то в перебранку, но я не могла разобрать, по какому поводу: кричали очень уж невнятно.
Дверца распахнулась, я не успела удивиться быстрому возвращению дракончика: в карету нагло заглянул незнакомый бородатый мужчина с багровой пропитой рожей.
— А, вот кто украл мою карету и гербы попортил! А ну, дамочка, вытряхивайся!
Пахнуло перегаром, наглец попытался залезть внутрь. Я отшвырнула его ударом в плечо ногой, обутой в туфельку на каблуках, мой фантом выпрямился, захлопнул дверцу, и не помню, кто из нас крикнул:
— Канис, трогай!
Послышался хлесткий удар хлыста, кто-то истошно взвыл.
— Ты на кого руку поднял, гаденыш! Ты на моего коня поднял!
Экипаж уже тронулся с места и набирал скорость, но я успела, отодвинув занавеску, заметить, как в обратную сторону переулка уносятся два жеребца, а за ними бегут те нахалы.
— Посторонись, народ! — орал мой табунщик-воришка.
Обмен, значит… дед якобы помог… ну, паршивец!
Надеюсь, что Эльдер, потерявший нас на улицах Найреоса, сообразит поискать меня дома.
Едва карета подкатила к флигелю, Канис, бросив вожжи и коней, рванул было прочь, но остановился на углу, готовый в любой момент возобновить бегство.
— Распряги коней, Канис, — спокойно распорядилась я, выбравшись самостоятельно. Опять запуталась в юбках, конечно, но удержалась за руку фантома. Четыре ноги — это более устойчивая конструкция, чем две. — Верни мне мою родную карету и можешь быть свободен. За платой и долгом придешь вечером, Эр отдаст.
— А кто вас завтра на бал повезет, вашсиятсво?
— Святой дух, — и я поежилась от холодка, пробежавшего по позвоночнику. — Ты понимаешь, что натворил, мальчишка? Ты убил мою репутацию.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
