за борт, а пьётся только коньячок.
Вот просто коньячком мы и разговлялись… Под разговор, да под хорошую закусочку, коньяк очень даже хорошо идёт.
И всё это не ради пьянства… Просто, чтобы не забыть, как это делается…
* * *
На удивление… С утра даже голова не болела…
Хорошо посидели. Поговорили обо всём…
Серёга мне по секрету поведал, что в Анюту он был влюблён ещё в школе. Но пока он топтал срочную в морской пехоте, она вышла замуж. Это было одним из тех факторов, что подтолкнули его к продолжению воинской службы, но уже в качестве офицера. А теперь, он не знал что и делать…
Я ему посоветовал плюнуть на всё и взять Анюту себе в «жёны». Лучшего выбора всё равно нет… И вряд ли будет…
* * *
А ближе к обеду Сергей нам всем устроил аврал. Мы с Сашкой облазили все закоулки нашего нового корабля. Что-то чистили, что-то мыли, что-то выбрасывали. Морпех и сам не скучал. Он не вылезал из моторного отсека. А если и вылезал, то лишь для того. чтобы подышать на свежем воздухе. При этом выглядел, как истинный кочегар, чумазый и потный…
Но всему плохому и всему хорошему, в конце концов, приходит конец. Прошло ещё два дня, прежде чем Сергей объявил, что всё готово к морскому переходу. При этом он предупредил меня, что это будет исключительно каботаж, так как он в силу своей воинской специальности ни хрена не штурман и не лоцман, а командир роты. И изо всех навигационных приборов, хорошо владеет в основном компа́сом. А об остальном имеет лишь слабые и давно забытые теоретические знания.
— Серёг! Хочешь, я тебе анекдот расскажу?
— Новый?
— Не… Старый. Вот с такой бородой… — я показал уровень длины бороды примерно… Как там старшина Васьков своим зенитчицам сказал: Вам по пояс будет…
— Давай! Рассказывай…
'Маленький сын спрашивает отца:
— Папа! А почему яблоко темнеет там, где откусишь?
— Понимаешь сынок… В мякоти яблока, много ферментов железа. После того, как в результате укуса, плод лишается кожуры, происходит соприкосновение с кислородом, которого в нашем воздухе примерно двадцать один процент. Происходит окисление, результатом которого является пигментация яблока в месте укуса… Понял?
— Ага… Пап! А ты с кем сейчас разговаривал?'
Морпех посмеялся. А потом спросил:
— Ну и к чему ты мне всё это рассказал?
— Да потому что я, как ты выражаешься, сухопутная крыса. Для меня что каботаж, что саботаж — это всё ничего не значащие слова. Вот про абордаж я помню… В кино про пиратов видел…
— Каботаж — это, когда плавают вдоль берега. Тут много ума не надо. Лишь бы на мель не сесть, да на подводные камни не нарваться.
— Понятно. Ты на меня, Серёга, не серчай! Вот, когда надо будет воевать с кем-нибудь, я смогу проявить все свои лучшие качества. А в твоих морских делах я ни ухом, ни рылом… Так что пока… Ты — начальник, я — дурак. Скажешь, сделаю. Только говори мне поподробнее что делать, чтобы я ничего не сломал. Договорились?
— Не вопрос.
— И самое главное: Обе наши машинки влезут в трюм этого океанского лайнера?
— Должны… По характеристикам «Акулы» две шишиги должны входить.
— А я сомневаюсь. Уж больно трюм выглядит мелким и узким…
— А ты не сомневайся. Давай лучше уже грузиться на борт.
* * *
За пару часов мы смогли запихнуть обе наши машины в узкий трюм, и закрепить их, привязывая довольно таки толстыми верёвками. После того, как наш командир Сергей проконтролировал все узлы крепления. Мы стали грузить полезные ништяки. Но все, что мы хотели увезти с собой, нам загрузить не удалось. И мы сошлись на том, что ежели чего, вернуться не проблема.
В середине дня мы уже почти были готовы к отплытию…
Но в это самое время прозвучал отдалённый взрыв. Судя по всему, сработала одна из наших растяжек. Оставив Анюту с Сашкой охранять гружёный корабль, мы с Серёгой побежали на звук.
* * *
Да… Расслабились мы тут в порту… Совсем расслабились… Уже подбегая к тому месту, где ещё не осела пыль после взрыва нашей растяжки, мы были атакованы монстром. Да таким, которого ни я, ни Серёга ещё не встречали…
Абсолютно голый, с тёмной кожей, почти, как у негра… Руки длиннее, чем у обычного среднестатистического человека, и с когтями на мощных пальцах. Голова, лишённая растительности, и выпученные красные глаза…
Всё-таки рефлексы. Это наше всё. Мы начали стрелять раньше, чем разглядели в кого стреляем. Несмотря на ранения, чудище стремилось добраться до нас, пока одна из пуль не пробила его лоб. Но ещё какое-то время тело дёргалось в пыли.
Спина к спине мы обошли его, и двинулись дальше.
На том месте, где взорвалась растяжка, валялось ещё одно тело. Похожее на то, что мы расстреляли, но чуть меньше по габаритам.
— Серёга! Контролируй периметр. Я хочу рассмотреть это чудо.
— Работай!
Я, на всякий случай, сделал контрольный выстрел в голову, и лишь потом приблизился к телу…
Это была самка. Тоже голая. Тоже с чёрной кожей. На голове виднелись клоки волос, но судя по всему, волосы у твари вылезали клоками. И если бы она прожила ещё пару дней, то тоже бы стала абсолютно лысой.
Я повесил свежую гранату на место проникновения. И мы двинулись обратно… Остановившись у первого трупа. Мы поменялись местами. Я контролировал всё вокруг, а морпех изучал тело монстра.
— Ты такого урода раньше не встречал?
— Бог миловал.
— Может это гориллы из зоопарка сбежали?…
— У той самки на руке были золотые перстни. Ты видел горилл, носящих на руках золотые украшения?
— Не-а…
— И я не видел… Это люди… Бывшие люди…
— И почему они не такие, как те, медленные едуны?
— Похоже, что это новый этап эволюции этих тварей. Вот ели, ели людей и стали вот такими. Я видел, что они и друг друга ели… Так что нам теперь предстоит не отстреливать медленных и вялых «едунов», а реально воевать с этими… «гориллами»… Или как их ещё назвать? Не знаю… Но ты видишь, они более ловкие и быстрые, а значит более опасные… И они стали охотиться не толпой, а стаей…
— Похоже, что жизнь перестаёт быть пресной. Пора бы уже и в море сваливать…
— Кстати, а ты запасы пресной воды сделал?
— А как же… В первую очередь.
— Ну, тогда пошли… Пора нам уже…
— Согласен…
* * *
Наш разговор был прерван выстрелами со стороны нашего корабля. Не сговариваясь мы бросились на выручку нашим. Больше здесь стрелять было вроде бы некому…
Стрелял Сашка. Он стоял на мостике, и облокотившись на перила, стрелял короткими очередями по ещё одному монстру, который пытался
