Читаем без скачивания Ахиллесова пята - Александр Надеждин

– Просил. Вчера, в конце встречи, – ответил вопрошаемый. – Не прямо так, конечно, в лоб. А... в полном соответствии с канонами дипломатического протокола. В сослагательных наклонениях и... обтекаемых формах.

– Но с вполне конкретным содержанием, – подал голос молчавший до этого Бутко, который уже раскочегарил машину по загородной трассе до дозволенных девяноста километров в час и уверенно, одной рукой вел ее, отдаляясь от Парижа все дальше и дальше в западном направлении.

Ахаян многозначительно хмыкнул и, оставив сообщенные ему только что сведения без каких-либо словесных комментариев, некоторое время задумчиво помолчал, чем, как и раньше в подобных случаях, снова вызвал у остальных своих спутников активизацию процесса аналитического осмысления возможных причин возникшей паузы. Встретившись в зеркальном отражении с глазами спутника, сидящего на водительском месте, он дал ему короткий дружеский совет.

– За дорогой смотри, – а затем, внимательно посмотрев по сторонам в окна автомобиля, добавил: – И вообще, здесь сейчас потише давай, не гони. – После этого он снова повернулся к Иванову. – Ну а ты что ему сказал?

– Кому, «Мармону»? А что я ему мог сказать. Я пиастров не чеканю, – уверенным тоном ответил тот и выразительно добавил: – Надо узнать, есть ли сейчас в посольстве свободные средства. Скорее всего, вряд ли. Это надо теперь в Москве запрашивать, в МИДе.

– А сколько ему вообще надо?

– Двадцатку просит.

Ахаян снова хмыкнул.

– Да, в общем, не так уж много, – осторожно вставил Минаев.

– Да было бы за что, – тут же фыркнул Бутко.

– И когда ему надо? – Василий Иванович опять обращался к Иванову, опять, в который раз, казалось, проигнорировав комментарии сидящих впереди товарищей.

– Сказал, к концу месяца, кровь из носу.

– Ну, коли так, подождет. К концу месяца, я думаю, картинка чуточку-то хоть прояснится. Будем надеяться. Вот сведем дебет с кредитом, посмотрим. Может, так окажется, что еще он нам должен будет. За свои информационные выкрутасы. Да, Михал Альбертыч? – неожиданно обратился он к человеку за штурвалом.

– Конечно, – не задумываясь, ответил тот.

– Та-ак, это где это мы сейчас, – подавшись чуть вперед, Ахаян стал внимательно оглядывать через лобовое стекло пейзаж по обе стороны набегающей на них дороги. – Севр проехали, – констатировал он, оглянувшись и посмотрев в стекло заднее.

– Проехали, – подтвердил Бутко.

– Гелий Петрович, там у нас как, в культурной программе, ланчик какой-нибудь предусмотрен, чи ни? – Василий Иванович снова демонстративно поднял вверх запястье левой руки, на котором сидящий рядом Иванов, профессионально скосив глаза, с более-менее твердой степенью уверенности идентифицировал швейцарский «Лонжин».

– А как же, – мгновенно встрепенулся Гелий Петрович. – Сейчас подъедем и... сразу... А можно и по дороге где-нибудь заскочить, на трассе.

– Не надо на трассе, – слегка поморщился Ахаян. – Сейчас тут у нас скоро, с левой стороны, должен заводик какой-то цементный показаться. Или мукомольный, шут его знает. С цистернами такими здоровыми. А после него, правда, уже направо, дорога пойдет на этот, как же его... Вирофло, нет – Вирофле. Вот туда мы и свернем. – Он слегка хлопнул Бутко по плечу. – Только ты смотри повнимательней, не проскочи. Он поворот такой... малоприметный.

Бутко с Минаевым едва заметно переглянулись, после чего последний немного осторожно спросил:

– А чего там, за этим поворотом?

– А там, за поворотом, километра через два, на развилке, возле рощицы заправочка одна должна быть. А при ней харчевня. Маленькая, тихая. Если там, после нас кто-нибудь еще появится, это будет очень большим сюрпризом. И совпадением.

Ахаян снова откинулся на спинку своего сиденья, а Бутко, перекинув правую ступню с педали акселератора на тормоз, опустил стрелку спидометра на отметку 50 и начал пристально вглядываться в пробегающий мимо рельеф местности, с особым упором на правую сторону дороги.

– Не здесь, чуть подальше, – успокоил его Ахаян, – ты, главное, завод слева не прозевай. Он не очень такой... внушительный. – Немного помолчав, он довольно неожиданно спросил, не обращаясь ни к кому конкретно: – А что это вы там за визитку нашли? Ресторана какого-то. В отчете своем писали.

– Обычный китайский ресторан. Ничего особенного, – в соответствии со своим статусом, взял на себя инициативу ответа Минаев и обернулся к человеку, нашедшему карточку, – Как там его, бишь?

– Лун Ван, – подсказал автор находки и пояснил: – Что в переводе означает: «Царь-дракон».

– Китайский знаешь? – поднял вверх бровь Ахаян.

– Да нет, – улыбнулся Олег. – Это мне официант сказал. Я же туда тоже заходил, посидел. Так, на всякий случай, посмотреть, что к чему. Понюхать.

– Шустрый, – непонятно, то ли с одобрением, то ли с иронией произнес Ахаян. – Ну и что вынюхал?

– Да, в общем-то, ничего особенного. О «Матрене» я, естественно, расспрашивать не стал. А так... ресторан, действительно как ресторан. Единственно, там, помимо обедов, хозяин гаданиями еще какими-то занимается. Для особо приближенных.

– Какими гаданьями?

– Ну... я точно сказать не могу. Что-то там в китайском духе.

– А «Матрена» у нас что, любительница гаданий?

– Ну... да, похоже. И не только. Она еще и астрологией увлекается. Насколько можно судить из собранной информации. Всякими там магиями чисел.

– И прочей разной херомантией, – добавил Минаев, снова – то ли непроизвольно, то ли преднамеренно – исказив произношение последнего слова.

– Хм, – Ахаян задумчиво опустил голову.

– Взбалмошным натурам свойственна некоторая тяга к сверхъестественному, – подал голос еще немного сбавивший скорость водитель.

– Можно подумать, она не взбалмошным несвойственна, – резонно возразил ему его сосед справа.

– Так, вот и завод, – прервал грозящую начаться научную дискуссию Василий Иванович и, снова чуть подавшись вперед, стал давать ориентирующие подсказки Бутко: – Через триста метров будет поворот. Нет, даже чуть подальше. А вот и он, пошли направо, так. – Он продолжал уверенно командовать действиями водителя. – Здесь налево, по параллельной дорожке вперед полкилометра... Так, давай, давай, еще вперед. Cейчас снова направо, и теперь прямо, версты две, чуть побольше, до развилки. – Закончив давать штурманские указания и немного помолчав, Ахаян опять повернулся к Иванову. – А где вообще сейчас эта карточка?

– У меня.

– Доставай.

Через несколько мгновений подобранный десять, вернее, одиннадцать, дней назад на мостовой улицы Виталь белый плотный прямоугольник перекочевал из аккуратного складывающегося пополам кожаного портмоне в худощавые, сухие руки, с тонкими длинными пальцами.

– А сие что означает? – Ахаян, перевернув карточку, рассматривал уже ее обратную сторону, на которой был изображен написанный шариковой ручкой какой-то иероглиф, в сопровождении не менее непонятных палочек.

Иванов немного смущенно пожал плечами:

– У нас здесь с китайским никого. Можно, конечно, было в ресторане спросить. Но опасно, расшифровка.

На выручку ему снова пришел обернувшийся назад Минаев.

– Да хрен его знает, что это означает. Может, название блюда. А может, и вообще какую-нибудь белиберду. От нечего делать в кабаке со стены иероглиф срисовала.

– Может быть, может быть, – протянул Ахаян, пряча визитку во внутренний карман надетого под пальто пиджака. – Возьму-ка, я пожалуй, с собой. Покумекаем на досуге.

– Думаете, она может на узкопленочных работать? – как-то сразу нахохлившись, спросил Минаев.

– Ну... Пути Господни, как говорится...

– А что, очень может быть, – встрепенулся Иванов. – Для китайцев же белого агента завести – это высший пилотаж. И удобно. С практической точки зрения. И престижно.

– Это тебе где напели? В «лесной школе»?[42] Ветераны движения? – в усмешке прищурил глаза Василий Иванович.

– Ну... да.

– Это все, дружок, уже ретро. Престижно для них белого вербануть было при Мао. При Дэне. А сейчас белый агент – для китайцев заурядное явление.

– Да, комплексов у них сейчас нет, это точно. И вообще... умные люди говорят, Китай – это гегемон двадцать первого века, – внимательно вглядываясь вдаль, протянул Бутко. – Это не та вон заправка? Вроде по расстоянию подходит. – Проехав вперед еще метров двести, он показал рукой направо. – А вот и харчевня. Это место?

– Да вроде, – как-то не очень уверенно, оглянувшись по всем сторонам, произнес Ахаян. – Чего-то они здесь все, что ли, перестроили. Ну да ведь сколько лет прошло. – Он посмотрел на Бутко. – Никого за нами не было?

– Чисто, – уверенно отрапортовал тот, медленно, в обвод маленькой – всего на четыре колонки – бензозаправочной станции, подводя машину к боковой террасе тоже с виду не очень большого, но вместительного заведения, добротной старой постройки, хотя и заметно, во всяком случае снаружи, подремонтированного и обновленного.