Читаем без скачивания Мама, не плачь, я живой - Вячеслав Поляков

— Стоп, а я сегодня афганским-то языком буду заниматься?

— До завтра потерпишь. Некогда ей сегодня. Поэтому сегодня у тебя самоподготовка. Повторяй пройденный материал, — последние слова он сказал уже выходя из комнаты.

— Вот так всегда, — проворчал Никита, — чуть что — Никита, Никита, а как чего — так самоподготовка.

Но, оставшееся время честно зубрил пуштунские слова. Ночью ему снилась Волга.

С раннего утра Никита позанимался боем с тенью в спортзале, затем сбегал на спортивную лесную поляну, потаскал там камни, позанимался силовыми упражнениями, затем кросс и банные процедуры. В который раз вспомнил парную баньку в родительском доме…Придя в свою келью, увидел Фатиму, принесшую шикарный свадебный костюм. А затем его закружили свадебные процедуры. Свидетелями выступили кузнец и шахтёр. Обряд проводил сам шейх. Айша в белом платье была великолепна…

Через два дня Хранитель сообщил Никите, что уезжает из Монастыря по делам на неделю или две. Никита остаётся на хозяйстве, занимается тренировками и работает в библиотеке. Связь через астрал ежедневно в 21–00.

Потянулись рабочие будни. Правда, утренние тренировки стали труднее: если одиночные упражнения и асаны более-менее получались быстро; то приёмы, которые надо было выполнять в паре, перестали получаться и сильно затягивались по времени, и их приходилось повторять снова и снова. И Айша совсем не сердилась при этом, а с удовольствием показывала изучаемый приём снова и снова. Дообеденное и вечернее время Никита посвящал тренировкам в астрале, развитию нового зрения и работе с материальными телами из астрала. Его очень увлекала работа с мелкими предметами на предельном увеличении астрального микроскопа. Если раньше Никита видел и мог перестраивать большие по размерам молекулы белков и полисахаридов, то теперь он начал работать с молекулами аминикислот и жиров. Он уже мог починить практически любую клетку любого организма просто заменяя неисправную часть клетки на такую же часть соседней клетки. А уж работа с органами просто захватила его. Он делил любые органы и тут же соединял их обратно, абсолютно точно сшивая их сосуды, нервы и ткани на клеточном уровне. Возможность лечить практически любые болезни, воздействуя на органы и ткани из астрала без любых разрезов тела и без травмирования соседних тканей поражала его воображение. Пока он тренировался на лягушках и мелких грызунах и с нетерпением ждал приезда Хранителя для того, чтобы тот показал ему места для строительства Мостов Долголетия, а если проще — участки хромосом, где необходимо построить аминокислотные цепочки для возвращения гена-оператора в начальные участки ДНК для омоложения организма. Послеобеденное время Никита и Айша посвящали работе в хранилище библиотеки. На третий день Никита решил поработать в самых дальних хранилищах нижнего яруса тоннелей. Здесь на стеллажах лежало около сотни металлических ящиков сейфового типа. Ящики оказались из чистого серебра, покрытого чёрной патиной. Внутри ящиков находилось много артефактов непонятного назначения и серебряных пластин с выгравированными на них какими-то картами, созвездиями, рисунками и текстами на непонятном языке. При попытке выяснить возраст и место создания этих артефактов получалась какая-то несуразица: возраст пластин был 18 000 лет, а место появления их в это время — Южная Африка. На замечание Айши, что современная наука определяет возраст человеческой цивилизации от кроманьонцев приблизительно в 20 тысяч лет, Никита только пожал плечами, написал на листе своё мнение и вложил в ящик. Пусть специалисты разбираются. Для экономии времени Никита включил дополнительно новое зрение и просматривал ящики, не открывая их. В самом дальнем торцевом помещении, переходя от одного стеллажа к другому, Никита машинально бросил взгляд на стену и замер. В толще дальней от входа стены был явно виден тоннель, проходящий параллельно этой стене и с небольшим уклоном по уровню. И толщина скалы между комнатой и тоннелем была не более двадцати сантиметров! На планах тоннелей книгохранилища, нарисованных предыдущими поколениями монахов этого тоннеля не было! Охваченный нетерпением кладоискателя, Никита сходил к шахтёру, взял у него необходимый инструмент и в течение следующих трёх часов прорубил лаз в этот тоннель. Взяв в руки фонарь и пистолет, принесённые Айшой, Никита шагнул в лаз. Посветил в обе стороны: тоннель по дуге уходил влево вниз, а направо — вверх. Никита и Айша двинулись вверх. Тоннель был узкий — только одному человеку пройти. В нескольких местах уклон становился настолько крутым, что в полу были вырублены ступени. Наконец, они вышли на небольшую площадку, в стене которой находилась металлическая дверь стального цвета с голубоватым оттенком. Рама, на которой крепилась дверь, также была из голубоватой стали. На двери имелся большой такой же металлический засов. Никита отодвинул засов и потянул на себя дверь. Она неожиданно легко открылась, хотя снаружи она была каменная. В полуметре перед дверью, спиной к ним стояла статуя. Никита и Айша обошли статую и вышли в зал Пантеона сразу позади большой статуи Золотого Будды. Статуей перед дверью, закрывающей вход в тоннель, была статуя смеющегося Будды. Кладоискатели повернули назад. Дверь в тоннель уже закрылась и никаких следов, указывающих на наличие здесь двери не было. Если не знаешь — ни за что не догадаешься. Никита толкнул каменную дверь и она легко открылась. Никита и Айша зашли и заперли за собой дверь. Так как снаружи не было никаких рычагов, ручек или других следов, можно было сделать вывод о том, что открыть дверь со стороны зала мог только человек, умеющий двигать засов из астрала; то есть, только Хранители могли ходить в этот тоннель. Никита и за ним Айша пошли вниз, достигли пробитого ими лаза, переглянулись и пошли дальше. Спускались довольно долго. Наконец упёрлись в круглую металлическую дверь из незнакомого металла стального цвета с голубоватым оттенком. Дверь находилась в стене из такого же металла; и создавалось полное впечатление, что эта металлическая стена продолжается куда-то внутрь скалы, как будто она залита каменной массой как бетоном. Дверь была гладкая: ни петель, ни ручек, ни штурвалов. Никита привычно просканировал, обнаружил штурвал внутри, повернул. Дверь медленно открылась. Помещение внутри выглядело как разбойничья пещера в сказках про Али-бабу и сорок разбойников. Вот только стены этой пещеры были из такого же металла с голубоватым отливом. И не только стены, но и потолок и пол. Размерами помещение впечатляло: приблизительно пятьдесят на пятьдесят метров, высотой около пяти метров. В противоположной стене находилась точно такая же круглая дверь, как и та, через которую вошли Никита и Айша. На полу помещения лежали буквально горы золотой и серебряной утвари, дорогого на вид холодного оружия, украшенного золотом и драгоценными камнями, деревянные, обитые серебряными листами сундуки, полные золотых и серебряных монет и украшений, серебряные и золотые шкатулки с драгоценностями. В одном из сундуков находились перстни, браслеты и медальоны с крупными драгоценными камнями разного цвета с вырезанными на них портретами, воинами, красавицами, сценами битв и охоты. Айша объяснила, что это глиптика — искусство резьбы по драгоценным камням, известно ещё с шумерских и вавилонских времён. Никита подошёл к противоположной двери в металлической стене, просканировал, нашёл штурвал и попытался повернуть. Штурвал не поворачивался. Никита попробовал повернуть штурвал изо всех сил. Эффект был тот же. Никита просканировал дверь внимательнее: штурвал был, внутренний механизм привода запирающих штырей был. А вот дальше было что-то совершенно непонятное: сама дверь и её посадочное место в стене составляли единое целое, как будто металл расплавился и застыл в форме стены. Открыть дверь было невозможно! За дверью сканировался коридор из того же металла, уходящий влево и вправо. Коридор был высотой около пяти метров и шириной около четырёх метров. Для людей великоват. Может для техники? Если уж туда не попасть, Никита решил отложить решение этой проблемы на потом и продолжил осмотр помещения. В стенах по всему периметру помещения были устроены внутренние шкафы, на полках которых лежали металлические ящики из такого же голубоватого металла. Крышки их были подогнаны так, что соблюдалась полная герметичность ящиков. В ящиках в специальных пазах стояли золотые листы с чертежами, схемами, рисунками и текстами на каком-то древнем языке. При попытке определить их возраст и происхождение Никита получил ошеломляющий результат: возраст 120 тысяч лет и место происхождения — середина Атлантического океана между Европой и Северной Америкой! Пожав плечами, Никита вернулся в центр помещения. Здесь на небольшом постаменте лежал золотой лист, похожий на мелкий поднос с выбитыми на нём письменами. На подносе лежал серебряный перстень с крупным рубином, с вырезанной на нём восьмиконечной равнолучевой звездой и с надписью по окружности на древнем языке. Ещё одна надпись была вырезана на внутренней поверхности камня. Рядом с перстнем лежал широкий изогнутый кинжал. Ножны и рукоять кинжала были выполнены из светло-жёлтой слегка потемневшей кости с перламутровым оттенком. Клинок был изготовлен из того же неизвестного металла с голубоватым отливом. Отделка ножен и рукояти кинжала сделаны из серебра с драгоценными камнями. Надпись на подносе написана на арабском и ещё каком-то незнакомом Никите языке. Никита взял перстень и кинжал, чтобы полностью рассмотреть надпись и подозвал Айшу, попросив прочитать написанное. Айша долго старательно читала хмуря бровки и по-детски шевеля губами, потом странно посмотрела на Никиту и сказала: