— Он что, на ней женился? — с ужасом спросил молодой человек. — Она же та еще ведьма. Окрутит вокруг пальца.
— Сочувствуешь? — хитро поинтересовалась я. — Тогда зачем убивать? Он же лично тебе ничего плохого не сделал.
— Мы не нуждаемся в защите, Аня, — сурово произнес Алекс, выступая вперед. — Ну что, царевич, показывай свой меч. А я тебе скажу, сможешь ты нас убить им или нет. Ребенка тоже убивать будешь, герой? — кивнул он на Шурку.
— Мне ребенок без надобности, — задиристо буркнул Иван-дурак. — А меч я показывать не буду. Я его продемонстрирую. На таком храбром тебе, — царевич мягко повел рукой в воздухе и в его ладони появился меч, с богато отделанной рукоятью.
Солнце отражалось от начищенного до блеска лезвия, огненно-золотая вязь скользила по клинку будто живая. Буквы незнакомого мне алфавита переплетались самым причудливым образом.
— Из соседней сказки забрал! — хвастливо поведал нам добрый молодец. — С таким клинком можно и против Саурона выступить.
— Ты и Саурона знаешь? — настороженно задала вопрос я. — А что же его не пытаешься этим мечом порешить? Вот где зло, так зло.
— Да его сказочник и так порешил, пусть даже о его злодеяниях до сих пор легенды слагают. А вот этот вот Властелин жив, да и под боком. Как в гости не заглянуть? — хитро улыбнулся мне царевич. — Ты, красна девица, отойди лучше. А то ненароком пострадаешь. И ребенка уведи.
Алекс во время этого разговора лениво стоял, с презрительной усмешкой разглядывая меч в руках незваного гостя Темного Леса. Скелет же сделал несколько шагов вперед, стараясь встать так, чтобы загородить нас с Шуркой.
— Дядя дурак! — мальчишка-проказник решил не оставаться в стороне. — А что у вас с мечом? Какой-то он не такой, — и противно захихикал.
— Что ты сказал?! — рявкнул царевич и повернулся в нашу сторону. — Не посмотрю, что малец! Отшлепаю!
Я перевела взгляд с разозленного молодого человека на меч в его руке и некультурно открыла рот. Из украшенной драгоценными камнями рукояти бил фонтан. Золотисто-желтый, шипучий, наводящий на какие-то не очень хорошие подозрения.
— Твоя работа? — шепотом спросила у Шурика.
— А чего он понтуется? — обиженно фыркнул ребенок и вышел вперед, не собираясь прятаться за скелетом. — Шлепай! Я жду! Можешь и мечом это сделать.
Тут Иван-царевич заподозрил подвох, глянул на оружие в своей руке и непечатно выругался, отбросив фонтанирующий, но не намочивший его клинок в сторону.
— Зачем лимонадом разбрасываешься? — обиженно спросил ребенок. — Он вкусный, сладкий. «Буратино» называется, — мальчишка облизнулся и метнулся к клинку.
Только не успел, раньше ручной фонтан оказался в ладонях у Алекса, который и не сдвинулся с места ни на йоту.
— Занятная вещичка, — пробормотал молодой вампир и многообещающе улыбнулся царевичу. — Зря ты пришел в Темный Лес.
Меч в руках парня, одетого в черное с ног до головы, перестал исторгать из себя лимонад и снова превратился в смертоносное оружие. Золотой вязью побежали слова по клинку и лучик солнца упавший на сталь, отпрыгнул солнечным зайчиком прямо в глаза царевичу. Мурзик, до этого спокойно ожидавший хозяина, метнулся вперед, встав перед нами и загородив таким образом своего наездника. Оскалившись, здоровенный волчара зарычал, намекая на то, что стоило бы кое-кому сбавить обороты.
— Если я обезглавлю твою зверушку, — вкрадчиво произнес Алекс и сделал шаг к волку. — Ты сильно плакать будешь, Иван-дурак?
Из парня-разгильдяя, косящего под гота, он тут же превратился в опасного хищника, двигающегося быстро, грациозно и бесшумно. Ни один листик не зашуршал под его ногами, ни одна травинка не примялась. Казалось, что он вообще передвигается не касаясь земли.
— Хватит! — не выдержала я и топнула ногой. — Хватит, Алекс! Отпустите вы уже этого царевича восвояси, хватит издеваться. Он же против вас всех как младенец против цунами.
— Понравился? — недобро прищурился Алекс и обернулся ко мне. — Еще один повод убить его.
— Только через мой труп! — решительно заявила я и сделала шаг из-за спины скелета, все так же загораживавшего меня от опасности. — Ну верит юноша в дурацкие сплетни. Ну совершает глупости. И что? Из-за этого убивать его? Я в этом точно не участвую.
— Ты можешь вернуться в дом, — предложил мне Алекс и легко взмахнул мечом прямо перед носом у волка, который зарычал на это действие и попятился.
— Погуляли, называется, — процедила сквозь зубы я и сделала еще несколько шагов вперед.
Вот только далеко уйти и встать на защиту царевича мне не дали. Скелет крепко схватил меня за руку и дернул назад, змея у него на шее подняла голову, глянула на меня и зашипела.
— Спелись! — попыталась стряхнуть костлявые пальцы с запястья, только это мне не удалось.
Господа Соловьевы против общего врага сплотились как никогда, были забыты все старые обиды и недоверие, и действовали родственники теперь как единый организм. Шурка махнул рукой в сторону волка и тот грохнулся на бок, веревки, появившиеся из ниоткуда, крепко опутали его лапы, а кожаный намордник стянул страшную пасть. Волчара дергался, пытаясь вырваться из ловушки, но у него ничего не получалось. Добрый молодец с васильковыми глазами, сжал здоровенные кулачища и встал в боксерскую стойку, собираясь продать жизнь подороже. Он решил больше не вступать в разговоры и готовился действовать. Вот только и этой возможности ему не дали. Алекс отшвырнул меч куда-то назад, за спину, хлопнул в ладоши и земля под ногами царевича разверзлась. Иван-дурак полетел вниз, в яму, громко матерясь и не особо стесняясь при этом присутствия дамы.
— Попался, — ухмыльнулся парень-гот, подошел к краю ямы и заглянул в нее. — Сидим? Ну, сиди, сиди. Мы пока решим что с тобой делать.
— Теть Ань! — Шурка, довольно блестя глазами, подбежал ко мне. — Ты видела как мы его, да?! Раз и готово! Будут тут всякие Соловьевых обижать.
— Ну да, Соловьевым палец в рот ни клади, — сокрушенно согласилась я, окидывая задумчивым взглядом мальчишку.
Сейчас мне как никогда бросилось в глаза его портретное сходство с Алексом и прочими Соловьевыми. И почему я этого раньше не замечала? Не до того было? Слишком запутали меня чудесами… Я вглядывалась в синие глаза под густыми, черными ресницами, отмечала знакомые искорки и выражение… Гримаску, которую сейчас состроил мальчишка, не дождавшись от меня внятного ответа и восторга, очень напоминала то, как Соловьев-мертвый морщился, когда ему что-то не нравилось. Те же синие глаза, те же брови вразлет, то же упрямое выражение, те же недовольные складочки у губ, те же уши, тот же лоб… Только все более мягкое, детское еще, не такое ярко-мужское. Сглаженное пухлыми щеками и прической-ежиком.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
