Из-за того, что есть машины, на которых по закону нельзя ездить по обычным дорогам, возрастает вероятность разделения на богатых и бедных в мире классических автомобилей будущего.
Компания Porsche производит запчасти для большого количества своих старых моделей: каждый год в каталоге прибавляется по 300 новых деталей. В него входят запчасти даже для менее престижных моделей вроде 924 Turbo, если можно так выразиться. Эд Майлэнд, член Клуба владельцев Porsche 924 Turbo, сказал мне: «Нам так повезло, что в Porsche обширная программа поддержки автомобиля: у дилера можно без труда найти 4200 деталей». Другой способ удовлетворить спрос на запчасти – напечатать их на 3D-принтере. За счет печати уменьшается стоимость и расширяется количество доступных деталей. Подтверждение этому я нашел в центре «Бистер-Херитедж», где работает компания Retrotech. В основе ее деятельности лежит реставрация исторических автомобилей при помощи технологии трехмерной печати.
«Последние успехи в области лазерного сканирования, а также производство с использованием цифровых технологий (в частности, трехмерная печать и многокоординатная обработка) позволили нам заметно сократить время изготовления деталей и снизить стоимость оборудования, – заявляет Фрэнсис Гэлэшен, председатель правления компании Retrotech. – Запчасти, на изготовление которых в прошлом требовались месяцы кропотливого труда лучших специалистов, сейчас можно создать на компьютере за несколько часов, а затем произвести на базе трехмерных моделей, сэкономив множество ресурсов». Компания помогла изготовить впускные коллекторы для раллийного автомобиля Metro 6R4, выпускные коллекторы для Sunbeam Tiger, произведенные в 1960-х годах, запчасти для тормозной системы довоенных Alvis и целый ряд деталей для двигателей винтажных Bentley, в том числе и блоки цилиндров.
Даже на любительском уровне 3D-принтер окупает себя. Эд Майленд рассказал мне еще кое-что: «У нас в клубе есть несколько специалистов, которые работают над воссозданием деталей. Это потрясающе. В модели 924 Turbo на капоте используется особая решетка, которая больше нигде не встречается. Все, что продается на eBay, неизменно в плохом состоянии и стоит не меньше 80 фунтов. Новых и вовсе не достать. Поэтому мы печатаем решетки на 3D-принтере. Сейчас стало сложнее найти омыватели фар, поэтому их мы тоже печатаем. Даже для изготовления шаблонов (если требуется переделать какие-то металлические детали) мы стараемся по максимуму использовать технологии».
Вполне возможно, что трехмерная печать ослабит давление на тех, кому нравится разбивать классические автомобили ради развлечений. Появление исторического автомобиля в кино не сулит ничего хорошего, ведь, скорее всего, у него будет трагическая судьба. Вспомнить хотя бы Ford Thunderbird в фильме «Тельма и Луиза» или кабриолет Mercedes 280 SE 1969 года в «Мальчишнике в Вегасе». Старинные дома или картины не взрывают и не рвут на части. При этом дело не в высокой стоимости машин. В мире еще много рабочих Lamborghini Countach, поэтому не так важно, сколько из них уничтожат в процессе съемок «Волка с Уолл-Стрит». Режиссер Мартин Скорсезе не захотел использовать макет автомобиля и выбрал настоящую машину, чтобы кузов после столкновений выглядел реалистичнее.
Но когда в фильме используются обычные автомобили, с ними церемонятся еще меньше, благодаря чему на зрителей кинокартины оказывается сильный эффект. В фильме «Зеленый шершень» 2011 года появляется автомобиль главного героя «Черная красавица» – обычный американский седан Chrysler Imperial середины 1960-х годов. Он распространен в США так же, как Austin Westminster в Великобритании. В съемках задействовали 29 машин, большинство из которых разбились при выполнении на них различных трюков. Продюсеров франшизы «Форсаж» тоже часто критикуют за количество классических автомобилей, которые были разбиты на съемках экшен-сцен.
При этом в фильме о Джеймсе Бонде «007: Координаты „Скайфолл“» 2012 году удалось сохранить настоящий Aston Martin DB5: для отдельных сцен были напечатаны трехмерные макеты в масштабе 1:3. Каждый макет состоял из 18 деталей, чтобы открывалась дверь и крышка капота – так они выглядели реалистичнее. Будем надеяться, что эту же технологию начнут широко использовать в будущем, когда очаровательная классика станет еще менее доступной. Если кто-нибудь соберется снять ремейк «Крестного отца», то прелестный автомобиль Майкла Корлеоне Alfa Romeo 6C, который взрывается, пока его невеста пытается его завести, будет не оригиналом, а копией. Похоже, другого выбора нет, ведь сейчас он оценивается в сумму более 100 000 фунтов стерлингов.
Автомобиль за 100 миллионов долларов
В июне 2018 года самый ценный классический автомобиль в мире – Ferrari 250 GTO, участвовавший в гонках, – обрел нового владельца по результатам частной сделки на сумму 70 миллионов долларов. Подобные сделки позволяют экономить на отчислениях организаторам аукционов, но ее сумму вряд ли кто-то назовет несущественной. Этот класс активов служит основой для целой отрасли, которая получает стабильный доход. Не пройдет много времени, прежде чем мы станем свидетелями сделки на 100 миллионов долларов.
10 самых дорогих классических автомобилей, проданных с аукциона[8]
![]()
Cтоимость всегда колеблется по мере того, как инвесторы приходят на рынок и уходят с него в ответ на потенциальную доходность, доступную в других отраслях экономики. Точно так же меняется и мода на отдельные модели, когда меняется вкус покупателей. Но в целом рыночные цены заметно выросли за последние годы. Индекс Blue Chip («голубые фишки»), который составляет страховая компания Hagerty, выводит среднее значение из стоимости 25 самых востребованных послевоенных автомобилей. В период с января 2007 года по январь 2019 года цены выросли почти в пять раз.
Одной из причин подобного роста цен стало появление на рынке нового сильного зарубежного игрока – Китая. Джефф Ланкастер как-то сказал: «Китайцы любят бренды и питают особую страсть к дорогим ретроавтомобилям». Однажды он пригласил к себе председателя китайской организации, которая занимается теми же вопросами, что и Федерация британских клубов исторических автомобилей. «Мы отвезли его в Прескотт и предложили подняться на холм на Bugatti Brescia, выпущенной в 1920-х годах. Он буквально потерял дар речи и не мог ничего сказать еще полчаса после восхождения. Эта поездка стала вершиной его опыта. Наверное, он никогда близко не подходил к такой машине, не говоря уже о том, чтобы посидеть за рулем такой. Да и место культовое. После мы отвезли его на встречу Клуба водителей Bentley. Там он прокатился на четырехлитровом Blower Bentley, который привез один из членов клуба. Если бы была возможность импортировать автомобиль, он бы тут же достал чековую книжку», – вспоминает Джефф.
В настоящее время правительство Китая запрещает ввоз исторических автомобилей. Ланкастер замечает: «Богатые китайцы держат свои машины в Нью-Йорке, Париже или Лондоне. Одни стоят в городах, другие – в ангарах внутри систем хранения Carcoon [они представляют собой пластиковые шатры, которые защищают автомобиль от внешнего воздействия и вместе с тем обеспечивают циркуляцию воздуха]. Владелец прилетает на своем частном Learjet, машина для него уже прогрета, и он просто садится и едет по живописным местам. В субботу днем китаец возвращается, автомобиль отправляется обратно в Carcoon, а человек летит домой».
Джефф продолжает: «В мире классических автомобилей много политики. Нас приглашали прилететь в Китай на съезд, чтобы переубедить их центральный комитет. Мы провели презентацию о важности наследия для экономики, чтобы постараться убедить руководство разрешить ввоз исторических транспортных средств.
