в ночное время, Иякову казалось, что его сейчас вышвырнут. Он, конечно, перекусил по дороге, чтобы не выглядеть уж настолько мертвенно, и умылся, но это всё равно не отменяло того факта, что он здесь был ни к селу, ни к городу в своих-то уже задрипанных ритузах и в край измятом козырьке.
Однако это мало его волновало: в конце концов, он пришёл сюда за информацией, а не за новыми знакомствами и общественным одобрением.
[Ияков: …]
Юноша стиснул жирную сигарету в зубах (это был единственный элемент его маскировки, который он «позаимствовал» по дороге сюда) и приблизился к стойке, засунув руки глубоко в карманы.
[Ияков: Здравствуй, не можешь показать, где здесь находится третий столик? Меня там ждут.]
Чернокожий трактирщик эффектно приземлил бутылку на стол, вытер свои толстые губы и указал пальцем куда-то в зал.
[Трактирщик: Там.]
Ияков резко, но очень аккуратно выдернул ладонь из кармана и схватился за вытянутую руку трактирщика. Глаза негра опустели и стали будто замыленными. Юноша в козырьке простоял так всего несколько секунд и, наконец, отпустил чёрный палец трактирщика.
[Трактирщик: Э…]
Он слабо понимал, что происходит, запузыренным взглядом глядя на свою ладонь.
[Ияков: Спасибо, что подсказал.]
Ияков слегка улыбнулся, выплюнул сигарету куда-то на пол, и двинулся в сторону, уверенно прошагивая меж многолюдных столиков и стараясь попутно не задевать покуривающих и хохочущих игроков.
[Ияков: …]
Лысый юноша подошёл к небольшой шторке и пробрался внутрь чулана. Здесь стояла бочка, пара подносов, несколько пепельниц на полке и, что самое главное, запасная форма обслуживающего персонала: белый фрак с чёрными пуговицами по всему воротнику и такие же чёрные брюки.
Ияков, наконец, стянул свои ритузы с потрёпанной рубахой и приоделся в здешнюю форму, что впрочем не так уж сильно его облагородило.
Он резким движением выдернул краник из, как оказалось, пустой бочки и вставил его в круглое сучковатое отверстие в деревянной стене, провернув вентилёчек.
Что-то затрещало, и перед Ияковом образовался дверной проход, удаляющийся где-то там ниже.
Ияков уверенно ступил на каменную лестницу и спустился вниз.
[Ияков: …]
Это был кабинет Пинблада, он сидел за своим столом и раскладывал какие-то позолоченные узорчатые карты, попутно…
[Пинблад: Я лично убил своего последнего дворецкого. Как ты здесь оказался и как тебе взбрело в голову так бездарно замаскироваться?]
Старик тут же приподнял свои выцветшие глаза и с неким укором уставился на вошедшего юношу.
[Ияков: Меня назначил Гувер, он сказал мне…]
[Пинблад: Я самый лучший вор и мошенник на всём Континенте, если не во всём мире… Ты на полном серьёзе пытаешься меня обмануть?]
Хрипловатый голос Пинблада был наполнен явным раздражением. Его золотые зубы едва вылезали из-под вялых обветрившихся губ.
[Ияков: Я здесь, чтобы ты мне всё рассказал о Линче.]
[Пинблад: Для начала научись уважительно разговаривать со старшими, а потом уже врывайся внутрь и задавай глупые вопросы.]
[Ияков: Мне надо знать всё.]
[Пинблад: Ничего нового от меня ты уже не услышишь – я всё сказал на Сборе.]
[Ияков: Я не слышал – повтори.]
[Пинблад: Я видел тебя рядом с Динкинсом – что ты мне втираешь?]
[Ияков: …]
[Пинблад: …]
[Ияков: Что ты ещё знаешь?]
[Пинблад: Эх…]
Казалось, старику стало совсем скучно. Ияков, и правда, слабо понимал, как ему стоило вести диалог, да и у него не было-то, по сути, ни одного аргумента или причины, почему глава «Когтя» вообще должен был с ним поделиться какой-то информацией.
[Пинблад: Надоело перед тобой распинаться.]
Пинблад тихонечко кивнул головой и…
[Ияков: !!!]
Ледяное лезвие ножа коснулось горла Иякова, но он успел прыгнуть вверх и схватиться за ладонь, вылезшую из-за его спины.
[???: …]
Мускулистый юноша в форме дворецкого развернулся и подхватил незнакомца под плечо, оторвав его от земли и впечатав в пол.
[???: Гха!]
Широкая стопа Иякова вдолбилась в челюсть убийцы, и в кабинете раздался характерный хруст.
[Пинблад: Погоди, погоди!]
Старик слегка приподнялся со своего кресла и принялся махать морщинистыми руками.
[Ияков: ..?]
Ияков поражённо уставился на Пинблада, держащего ладони открытыми, тем самым говоря, что он уже сдался.
[Пинблад: Остановись, я не хочу крови. Давай лу…]
Юноша в костюме дворецкого дёрнулся от неожиданной боли в боку и развернулся – сзади него стоял ещё один мужчина весь в чёрном. Чуть ниже рёбер Иякова торчал клинок. Однако он не успел войти так уж глубоко, так что юноша мгновенно провернулся, вырвал клинок и занёс его над убийцей.
[Пинблад: …]
Ияков держал лезвие над ассасином перед его лицом, а позади, там где сидел Пинблад, послышался какой-то подозрительный щелчок.
[Ияков: !!!]
Юноша тут же двинул голову в сторону и пригнулся.
[???: Гх…]
В лицо второго скрытного воина вонзился арбалетный болт, вгрызшись в его плоть.
[Ияков: …]
Ияков обернулся и взглянул на Пинблада. В его руках был небольшой арбалет, направленный прямо на юношу в козырьке.
[Пинблад: …]
[Ияков: …]
[Пинблад: Ладно.. Как я погляжу, тебя так просто не обхитрить… Болт мне всё равно ещё долго заряжать, так что я не вижу больше смысла в драке…]
Из-под подмышки старика вылез ещё один арбалет, и болт с огромной скоростью понёсся в лицо Иякова.
[Ияков: …]
Юноша даже не дёрнул глазом – он поднял ножи приставил его к своему лбу.
[Пинблад: ?!]
Болт врезался в лезвие и упал на пол. По лицу Иякова потекла кровь, но он по-прежнему был живой.
[Ияков: Вы целитесь ровно в лоб – идеальная меткость, но это только является вашей слабостью.]
[Пинблад: Наконец-то ты заговорил на «вы».]
[Ияков: Я не разбрасываюсь этим словом налево и направо. Уважение надо сначала заслужить, и уж точно не словами и не возрастом.]
[Пинблад: Не слишком ты принципиален для такого громилы?]
[Ияков: Я повторяю снова… Вы можете мне рассказать про Линча?]
[Пинблад: …]
[Ияков: …]
[Пинблад: …]
[Ияков: …]
Хоть лицо старика и раздобрело, но оно до сих пор было довольно раздражённым. Он сжал свои губы и задумчиво уставился на лицо Иякова, потом на труп за его спиной, на израненного убийцу под его ногами, на свои арбалеты, на карты, разложенные на столе.
[Пинблад: …]
[Ияков: …]
[Пинблад: Это началось несколько месяцев назад… Появился какой-то психопат, который начал повально вырезать и потрошить девушек одну за другой. Никто тогда не обратил на это внимание – мало ли сумасшедших в наши-то суровые времена… Тем не менее, дурная слава о нём разлетелась далеко за пределы Пейрута, и граф Кеерфаген начал вести активные поиски…
