затем лейтенант.
— Саша, готовься к передаче. Мы прикроем.
Генерал-командор тут же извлёк коммуникатор, произвёл ряд манипуляций и уставился на экран.
— Связи нет. Мы вероятно в низине, а на орбите спутников осталось мало, сигнал неустойчивый.
Ещё одна напасть. Огляделся. Вокруг развалины и ни одной более-менее возвышенности, только на юго-запад небольшой холм. Скорее всего какое-то разрушенное строение.
— Туда. И быстро. Скоро сеанс. Лейтенант, ты у входа прикроешь отход.
Только через полкилометра коммуникатор анторса заработал в штатном режиме.
Прошла минута, вторая.
— Всё. Сигнал принят, подтверждение получено, — радостно сообщил генерал-командор.
— Возвращаемся! — в ушах у меня вновь появился непонятный монотонный нарастающий шум. Но сколько не вглядывался в округу, так ничего подозрительного не заметил. От основной дороги мы далеко. Вокруг развалины, вероятных направлений откуда можно подойти незамеченным не так много. Да и пробираться на тяжёлой технике через обломки зданий по заваленным дорогам занятие не из приятных.
Шум нарастал.
— Стой! Ложись!!! — крикнул, падая в кучу битого камня. Анторс последовал за мной. До входа в убежище осталось метров триста. Прошло десять секунд, тридцать… сорок и ничего не происходило. — Ты шум слышал? — подполз к ашш Сошша Хааш, который лёжа на спине с улыбкой на лице смотрел на небо.
— Какая прекрасная мелодия, — произнёс он продолжая улыбаться.
«Хрень какая-то», — не успел додумать, как шум резко усилился, переходя в ультразвук и раздался впереди примерно в трёхстах метрах от нас сначала один взрыв, а затем второй, примерно на таком же расстоянии не менее сильный, но теперь сзади.
«Вилка. Сейчас внесут корректировку и накроют», — с трудом соображал от лёгкой контузии. Вокруг поднятые клубы пыли, чувствовался запах гари.
Потряс головой. Кое-как проморгался.
— Саша! Надо в укрытие! — тряс его за грудки, а сам осматривался, куда можно спрятаться. Калибр заряда, что по нам ударил достаточно мощный и не всякое укрытие подойдёт, но и оставаться на открытой местности нельзя. Если не прямое попадание, то осколками или ударной волной уж точно достанет. — Вставай! — продолжал приводить в чувство ашш Сошша Хааш, но он так и лежал, не подавая признаков жизни. Достал из его нагрудного кармана противошоковое и обезболивающее. Маркировку анторских боевых стимуляторов я изучил и вполне сносно ориентировался в их цветовой гамме обозначений. Сделал укол противошоковым. Осмотрел руки, ноги анторса, перевернул на спину. Вроде видимых ранений нет. Если только ударной волной хорошо приложило, да контузия.
— Саша!!! — прильнув к лицу генерал-командора кричал ему прямо в ухо, но безрезультатно. Противошоковое пока не подействовало, надо несколько минут, пока раствор боевой химии распространится по телу, но времени ждать нет. Поднял и взвалил его на плечо. В суматохе не сразу понял, что у него отстегнулась поясная сумка, а только когда сделал пару шагов и обернулся, сообразил, что часть экипировки потеряна, но возвращаться не стал.
Пригнулся под тяжестью тела. Худощавый то он худощавый, но весил под центнер. Не знаю, может особенности строения костной ткани таковы или слишком много снаряжения на него навешано, но мне показался его вес запредельно высоким и несоответствующим внешности.
Сначала хотел добраться до сформированных плитами перекрытия зияющего провала, но вспомнил кадетские годы, когда стояли в отцеплении и повернул в другую сторону.
«Снаряд в одну точку не попадает», — успокаивал себя, выбрав местом для укрытия воронку, что образовалась сзади по ходу движения. Вперёд двигаться не стал. Туда дальше, да и клубы пыли и гари в той стороне до сих пор не рассеялись, а в этом облаке пылегазовой взвеси можно надышаться до потери сознания.
Как мне казалось, двести метров преодолевал непозволительно долго. Воронка примерно на том самом месте, где мы буквально десяток минут назад связывались с окружённой в городе группировкой, оказалась достаточно глубокая и с пологими стенами. Но вниз спускаться не стал. Выбрал удачно вывороченную плиту перекрытия, что образовала небольшое углубление без неустойчиво нависающей конструкции и втащил туда тело ашш Сошша Хааш.
— Саша, ты как? — прошло несколько минут, а скорректированного повторного удара всё нет.
— Нормально, только голова сильно болит, — ответил анторс, придя в сознание.
— Я тебе вколол противошоковое. Если боль сильная, вколи болеутоляющее.
Тот завозился с амуницией, достал контейнер с боевыми стимуляторами, открыл её и, поморщившись, вернул обратно.
— Всего один остался. Потерплю.
Прошло двадцать минут.
— Ты посиди, я вылезу, посмотрю, что с лейтенантом, — состояние ашш Сошша Хааш было всё ещё неважное и не стал его заставлять вылезать из укрытия. Тем более, как предполагал, придётся искать новый вход в укрытие. Слишком близко рванул заряд возле входа и скорее всего его завалило, что за короткое время не разберём, тем более вдвоём. И я оказался прав. Даже близко подбираться не пришлось. Воронка и месиво из железобетонных конструкций, смешанных с почвой, и мелких камней именно на том месте, где совсем недавно был вход в укрытие завалил путь отхода безвозвратно. Ни вдвоём, ни втроём такой завал мы не разберём, а если и разберём, то не исключено, что своды вертикальной шахты обрушены и без тяжёлой техники нам её не пробить. Поискал тело лейтенанта, но только нашёл оторванную руку и больше ничего…
— Что там? — при моём возвращении поинтересовался ашш Сошша Хааш.
— Лейтенант мёртв, тело разорвало на куски. Прямое попадание. Вход разрушен, не разберём, — коротко ответил, спустившись вниз в щель.
— Что будем делать? — Саша более-менее отошёл от перенесённой контузии. Его взгляд приобрёл осознанность, а лицо, до этого бледное приобрело естественный цвет, но при неосторожном движении он продолжал изредка морщиться от боли.
— Сейчас посмотрим, — я развернул планшет с бумажной картой. Их на базе было много. Все старого образца, так что перед выходом мне пришлось наносить новые опознавательные знаки и ориентиры. Но это всё лучше, чем пользоваться приёма-передатчиком с позиционированием сигнала. Да и толку от него сейчас. Наша-то орбитальная группировка приказала долго жить ещё несколько месяцев назад. — У тебя коммуникатор где? — пришла мысль, как так быстро и довольно точно по нам отработали.
Анторс пошарил по амуниции и развёл руками.
— Понял. Потеряли, когда тебя вытаскивал. Ладно, без него безопаснее.
— Но со своими не свяжемся.
— Это минус, — пробормотал, изучая карту. Ближайший вход, откуда можно попасть в убежище оказался аэродром, что находился на юго-западе от Североморска другой — возвращаться в Малое Росляково. От нашего местоположения до аэродрома всего-то четыре километра, если по прямой. Но что меня смущало, так это то, что это военный объект и со стопроцентной вероятностью по нему отработали ещё анторсы, и вряд ли там вообще что-то осталось. Другой вход, который обозначен на карте, возле Североморска-3, а до него
