– Ох, Калайя… – Инженер обнял ее одной рукой и, не останавливаясь, привлек к себе. – Любимая ты моя, я не могу устать от тебя. Но ты права, пока достаточно. Сегодня дома я еще должен объяснить тебе правила твоей работы.
– Я поняла. Должна ли я проложить кратчайший безопасный путь до дома?…
Магазин бытовой электроники, упомянутый медсестричкой Тампарой, оказался не просто крутым. Он выглядел шикарным. Другого слова Карина подобрать не сумела бы. Другие магазины в Крестоцине ориентировались к тротуару перпендикулярно и выходили на улицу только узкой витриной и неширокой дверью: за ширину фасада муниципалитет взимал отдельный налог. Но это заведение, похоже, в средствах стеснено не было. Цельная стеклянная стена витрины протянулась саженей на пятнадцать. Первую ее половину занимали разнообразные товары наподобие телевизоров (с диагональю видеообъема от полусажени до трех), звуковых стереосистем (внушительных ящиков в человеческий рост), видеокамер (солидные налобные и нагрудные объективы соседствовали с системными блоками величиной с палец, а то и с ноготь), развлекательных центров и прочего блестящего, переливающегося и манящего великолепия. Карина, в отличие от Палека, всегда оставалась равнодушной к этим чудесам техники, так что задержалась только у второй части витрины, где стояли чоки.
Неактивированные, человекообразные киборги чрезвычайно напоминали манекены. Мужские чоки носили элегантные костюмы, женские – не менее элегантные платья, но чаще – узенькие шорты и короткие топы, а некоторые были полностью обнажены. Карина вспомнила объяснения Лики. Ее ехидный сводный братец утверждал, что в магазинах чоки специально одевают – или, скорее, раздевают – для привлечения покупателей противоположного пола.
– Видишь вон ту, грудастенькую? – ткнул он пальцем в облаченную в совершенно прозрачное куклу в витрине, мимо которой они проходили. – Если покопаться в техпаспорте, наверняка в ней обнаружится полный набор причиндалов для траха во все дырки. Вон, видишь, в пупке клапан для капсулы с смазкой? Соответственно, и выглядит она, как уличная проститутка. Рассчитана на одиноких старичков старше сорока, которым вживую уже ничего не светит. А вон тот, в костюмчике, специально для бабусь за пятьдесят: жеманный, элегантный и наверняка с двойным встроенным вибратором, способным лошадь до смерти задолбать…
Невольно фыркнув от воспоминания, Карина погладила между ушами свернувшегося вокруг шеи Парса, миновала чоки-витрину – на всех ценниках светились эмблема корпорации "Тёбица" и шестизначные цены – и, пройдя в автоматически раздвинувшиеся двери, окунулась в многоцветный сверкающий мир магазина. Несколько минут она бродила между полок, безуспешно пытаясь обнаружить искомое, но так и не преуспела.
В одном из проходов ее перехватил продавец в костюме не менее шикарном, чем на витринных чоки.
– Чем я могу помочь великолепной госпоже? – учтиво осведомился он, кланяясь, и цепким профессиональным взглядом охватил девушку с ног до головы, оценивая толщину ее кошелька. На секунду его взгляд задержался на Парсе.
– Э-э-э… я хотела бы арендовать терминал… – пробормотала та, растерянно озираясь. – Не подскажешь ли, господин, где секция…
– Прошу следовать за мной, великолепная госпожа, – снова поклонившись, продавец последовал по проходу. Пару поворотов спустя он остановился и, поклонившись в третий раз, указал на витрину. – Могу я осведомиться, желает ли госпожа терминал или компьютер?
– А в чем разница? – робко спросила Карина. – Я как-то не очень…
– Все очень просто, госпожа. Компьютер содержит внутреннюю память и полноценный процессор, а также локально установленные приложения. Он автономен, с ним можно работать даже без доступа к Сети. Терминал же – всего лишь приставка, через которую по Сети обращаются к большим компьютерам, установленным где-то у сервис-провайдера. Начинка у него минимальная, сам по себе он бесполезен и лишь показывает на своем мониторе картинку, которую транслирует ему обслуживающий сервер. Я бы порекомендовал взять компьютер – его тоже можно использовать как терминал, но он полезен и сам по себе. Он немного дороже, но того стоит.
– А сколько именно он стоит? – осторожно поинтересовалась девушка.
– О, вполне недорого. Вот, например, – он указал на небольшой коробок в центре витрины. – Он стоит семнадцать с половиной тысяч. Дисплей с диагональю в пятьдесят сантиметров – еще четыре, но по желанию можно заменить его на другой, побольше. Сверх того предусмотрена специальная скидка на приложения, если ты возьмешь их не по отдельности, а в одном из трех стандартных комплектов. Например, комплект из редактора, персональной бух…
– Погоди, господин, – перебила его девушка. – Я не хочу покупать компьютер. Я в вашем городе ненадолго, так что я всего лишь хочу взять его в аренду. Сколько он стоит?
– К моему огромному сожалению, мы не предоставляем компьютеры в аренду, госпожа, – развел руками продавец. – В этом случае тебе придется остановиться на терминале. Вот здесь, – он подвел ее к небольшой скромной витрине, уставленной разноцветными бумажками, – ты можешь увидеть предлагаемые разными провайдерами тарифные планы. Стоимость различается в зависимости от количества оплаченного времени, набора доступных приложений и объема места под хранение персональных данных. Впрочем, последнее не обязательно, если ты уже пользуешься услугами какого-то сетевого хранилища.
Карина скользнула глазами по бумажкам и с ужасом убедилась, что ни на одной из них не фигурирует цена ниже тысячи двухсот маеров в период. Да еще и страховой взнос – пять тысяч! Пусть с возвратом, но все равно пять тысяч!
– Слишком дорого для меня, господин, – покачала она головой. – А нет ли чего-нибудь подешевле? У меня свое хранилище, нужны мне только почтовая программа, универсальная читалка и несложный редактор.
– Еще раз сожалею, великолепная госпожа, – снова развел руками продавец. – Магазин не устанавливает цены на пакеты услуг. Это делают сервис-провайдеры, мы всего лишь посредники.
– Мне надо подумать… – промямлила Карина. Она поклонилась продавцу, повернулась и пошла ко входу. Продавец скептически покачал головой, глядя ей вслед. Ох уж эти приезжие провинциалы!
Холодный ветер швырнул ей в лицо запахи большого города: бензиновый чад, озон, гарь, выбрасываемую заводскими трубами… Она поежилась и побрела по тротуару, лавируя между прохожих. Плохо. Конечно, можно ходить в публичные центры доступа, но ведь и там нужно платить деньги. И это страшно неудобно. Наверное, так и придется пользоваться терминалами в ординаторской – вечерами и утрами. Тоже не очень удобно, но там все оплачивается из больничного бюджета…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
