Прошло десять минут. А может, пять. Ливия села. Лицо ее было белей скафандра.
— Санди, ты прости, но я пойду в кабину. Я хочу вместе с Кимом. Что бы ни было… — и быстро выбежала из каюты. Сандра осталась одна.
СЭКОНД
Небо зловещего желтого цвета. Столб растрескавшийся, отполированный телами до блеска, как старые перила, как ручка лопаты или рукоятка топора. Сандра прижалась к нему лицом, грудью, обхватла руками, сцепив пальцы. Почему-то нельзя ни на секунду разжать руки. Если отпустит, случится что-то плохое, страшное. Она же наказана! Скар наказал ее, поставил у столба, запретил отходить. Она дала слово.
Плачет недоеная корова. Надо что-то делать. Кого-то позвать. Лужу, бабу Кэти. Но язык не подчиняется. Во всем форте — ни души. Даже на вышках никого. Тишина. Только корова плачет. Нельзя отпустить столб. Тогда вместе со столбом! Девушка раскачивает столб, обхватывает руками, по миллиметру вытягивает из земли. Она только подоит корову и принесет столб назад, воткнет в старую дырку. К утру все будет, как было. Никто из посторонних не узнает, что она вытаскивала столб. Скару она скажет, но он поймет, что клятва не была нарушена. Она же не отходила от столба, она вместе с ним… Медленно, по миллиметру тяжелое бревно выходит из земли. И вдруг столб начинает крениться, опрокидывает ее на спину…
С криком девушка проснулась. За тонкой перегородкой плачет Птица. Сама виновата. Сандра же предлагала ей защиту. В очередной раз поставила бы на кон жизнь. Не привыкать. А эта — отказалась, глупая. Теперь плачет… Сандра скрипнула зубами, перевернулась на другой бок, поплотнее закуталась в тонкое одеяло.
… прижимается щекой к полированному дереву столба. Скар пробует бич, взмахивает им. Удар обжигает спину. Сандра сжимает зубы. Молчать, молчать. Терпеть. Это спектакль, и ты должна сыграть свою роль. Второй удар.
— Ты что, боли не чувствуешь?
— Хозяин, тебе бы так! Знаешь, как обожгло!
— Почему же не кричишь? Все кричат.
— Хорошо, хозяин, я буду кричать.
Бич свистит в воздухе. Обжигает спину. Терпеть. Раз-и, два-и. Три-и Самая резкая боль прошла. Теперь можно кричать. Крик льется естественно и свободно…
Просыпается от собственного крика. Испуганно оглядывается. Родная комнатушка, квадраты лунного света на полу. Тускло поблескивает оружие на стене. Тишина. Даже плача за стенкой не слышно. Вдруг распахивается дверь, в комнату врывается темная фигура. Блестит меч в руке. Сандра визжит и набрасывает на гостя одеяло. Скатывается с кровати, срывает со стены клинок. Гость отступает спиной вперед, размахивает мечом, лихорадочно сдергивает с головы одеяло. Сандра узнает знакомый медный браслет на левой руке выше локтя. Такой браслет, как маленький щит, предохраняет от рубящих ударов.
— Хозяин, это ты? Я тебя чуть не убила.
Скар выпутался из одеяла, отбросил его на кровать, осмотрел комнату. Сандра повесила свой меч на стену, зябко обхватила плечи руками.
— Ты чего кричала? — развернул ее лицом к свету.
— Не могу я больше. Устала, боюсь, — прижалась к его широкой груди.
— А кричала чего?
— Сон страшный приснился. Будто ты меня к столбу поставил, спину бичом полосуешь. — Сандра заплакала. — Мне кричать нельзя, терпеть надо, будто боли не чувствую, а не выдержала. Ты не рассказывай никому, что я плакала, мне нельзя. Я сейчас перестану.
Руки Скара гладят ее спину, волосы.
— Почему нельзя, глупенькая. Ты же не вождь клана.
— Ага. Я не в десантной группе. Не контактор. Я даже не в группе поддержки. Я из группы обеспечения поддержки. А на меня теперь два мира смотрят. Мне железной надо быть, несгибаемой. Я устала, не могу так больше. Даже спать не могу, кошмары. Что мне делать Скар?
— Выдумщица ты моя.
— Я серьезно говорю. Вы по мне о всем нашем мире судить будете.
Она уже лежит на кровати, руки Скара ласкают ее, губы находят ее губы.
— Скар, я боюсь.
— Забудь, глупенькая.
Страха больше нет. Ушел. Скар сильный, добрый, он защитит. А вдруг и это сон?
ШАТТЛ
Сколько времени прошло, она не знала. Удара в носовой части тоже не услышала. Только потолок внезапно бросился на нее. Тонкий слой пеногерметика не сумел погасить всей силы удара. Сандра потеряла сознание.
Лежала, видимо, совсем недолго. Еще пронзительно завывал, теряя обороты, какой-то механизм. Первое, что бросилось в глаза — потолок стал на метр ближе. Сандра пошевелила плечами, согнула ноги в коленях. Тело слушалось. Девушка высунулась в коридор и крикнула:
— Эй, вы живы?
Тишина. Сандра бросилась в кабину, спотыкаясь о разбросанные по полу аккумуляторы, на бегу ударила по клавише активации медицинского модуля. Пол заметно загибался вверх. Листы пластика на стенах потрескались, выгнулись гармошкой. Ворвалась в кабину…
— Не-е-ет! — крик разнесся по кораблю. Четыре изуродованных тела на полу, на пульте, в неестественных позах, ствол дерева и ветка с зелеными листьями вместо лобового стекла, порваные ремни кресел, струйки дыма в луче фонаря. Сандра, прижав кулаки ко рту, в ужасе переводила взгляд с одного на другое. Под пультом раздался глухой хлопок. Девушка очнулась. Схватила ближайшее тело, потащила по коридору к медицинскому модулю, побежала за следующим. Перевернула, поволокла, оскальзываясь на кровавой дорожке. Только один из четверых застонал. Сандра, завывая и всхлипывая, торопливо срывала с людей скафандры, разрывала одежду. Нога Ливии ниже колена изгибалась в любую сторону, не вынималась из сапога скафандра. Сандра полоснула по ней из лазерного пистолета, оттолкнула обрубок, выдвинула цилиндр биованны, забросила в него тело, с силой задвинула в стену. Рванула на себя следующий.
Через пять минут, когда все было сделано, она бессильно сидела на полу, прислонившись спиной к стене, тихо всхлипывала. Повернула голову. Фонарь осветил отрезанную ногу Ливии. Сандра зарыдала в голос. Выплакавшись, принялась собирать разбросанные по полу аккумуляторы, очищать клеммы от обрывков проводов. Аккуратно сложила все неповрежденные в контейнер. Зашла в грузовой отсек. Блок гироскопов сорвался с креплений, смял переборку и раздавил обоих киберов. Обе нуль-кабины лежали на боку и выглядели помятыми. Сандра поднатужилась, поставила одну вертикально. Контрольный дисплей разбит. Подошла к другой. Дисплей цел, но боковая стенка вмята внутрь. Страшно это, или нет, девушка не знала.
Медицинский модуль издал мелодичную трель. Сандра подбежала к нему, прочитала сначала общий диагноз: все живы. Потом стала читать о каждом подробно. Все четверо были в очень тяжелом состоянии. Предположительное время регенерации тканей — 700 часов. Сандра с трудом вычислила, что это три местные недели. Ввела приказ — дождаться выздоровления последнего и будить всех одновременно. Трагедия кончилась. Теперь все представлялось приключением, о котором приятно будет вспоминать и рассказывать друзьям, детям, внукам. Пошла в пилотскую кабину, попыталась оживить пульт. Ни одна система не откликнулась. Разыскала отвертку, сняла панель. Внутри была каша. Электронные модули пополам с землей, камнями, щепками, керамикой с наружной обшивки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
